Когда я и Нан впервые прибыли в Паттайю, мы гуляли по городу, попутно отмечая, какие мужчины замечают нас. Так мы гуляли некоторое время, пока не встретили несколько парней, которых мы постоянно видели вместе: Джона, Лари и других. Здесь не было недостатка в клиентах для привлекательных 16-летних девочек. Мы встретили много мужчин, живущих в Паттайе и которые были счастливы встречаться с нами днем, пару раз в неделю. У нас было много свободного времени и много денег в карманах. Это было прекрасное время для нищей девочки из Исарна. И оно было намного лучше чем в Бангкоке. Еще одним приятным дополнением было то, что он был полон выходцами из провинции Исарн. Я могла говорить на диалекте Исарна практически везде, где была. Это было здорово. Нам нужно было приехать сюда раньше.
В 1997 году, я повстречалась с мужчиной по имени Дэйв. Меня рекомендовал ему один мой постоянный клиент и он тогда находился в поисках девочек для работы в баре его друга в Бангкоке. Я сказала ему, что Нан и я не можем работать в Бангкоке, потому что нам не было 18 лет. Он был очень вежлив со мной. Он был вежливее чем другие и интересовался моим состоянием больше, чем кто-либо из моих клиентов. Я не знаю почему, может у него были какие-то свои соображения. Я — Тайка: а тайцы от природы недоверчивы и подозрительны. Вскоре после того как мы встретились, ему пришлось вернуться на работу в свою страну. Он дал мне свой адрес и я заверила его, что буду ему писать.
Немного поработав на улице, я решила найти себе постоянное место. Это означало устроиться на работу в ГоГо бар, но вдали от Sexy GoGo. Я была очень хорошей танцовщицей. У меня была кожа бронзового оттенка — тот загар, чтобы получить который западным дамам требуется провести целую вечность в соляриях или принимать солнечные ванны в течение многих выходных и который так нравится фарангам. Так что было легко раскручивать клиентов на выпивку и барфайны. Я также могла говорить по-английски, так что в ГоГо барах рады были видеть меня. Второй ГоГо бар, где я работала был Baby GoGo. Он был самым привлекательным в Паттайе. Меня тут же приняли на работу с зарплатой в 6000 бат (240 $) в месяц. Эти деньги платили за работу танцовщицей. К ним приплюсовывались деньги, на которые клиенты покупали мне напитки, оплата за «шорт-тайм» в комнатах наверху и барфайны, чтобы забрать меня к себе в отель. Я была одной из самых востребованных девочек в Baby GoGo.
Мой приблизительный месячный доход:
Зарплата: 6000 бат (240 $)
Леди-дриньки (моя доля в каждом — 30 бат): 2100 бат (84 $)
Шорт-таймы (по 200 бат каждый): 3000 бат (120 $)
Чаевые за шорт-таймы (1000 бат): 15 000 бат (600 $)
Барфайн (моя доля в каждом — 150 бат): 2700 бат (108 $)
Чаевые за барфайны (1000 бат): 18 000 бат (720 $)
Промежуточный итог: 46 800 бат (1869 $)
Клиенты, высылающие мне деньги (минимум) 10 000 бат (400 $).
ИТОГО: 56 800 бат в месяц (2269 $).
Сравните эту сумму с тем, что любая девушка с моим образованием, не занимаясь проституцией, сможет заработать в Паттайе, в курортном городке, где зарплаты намного выше чем в остальной части страны:
Горничная: 3000 бат (120 $)
Официантка со знанием английского языка (с чаевыми) 5000 бат (200 $)
Неквалифицированная швея: 3000 бат (120 $).
Еще девочки из Бангкока и Паттайи, включая меня, получали огромные суммы денег с туристов просто рассказывая им какую-нибудь из множества выдуманных историй. И эти мужчины верили нам снова и снова. А все потому, что до этого никто еще «не любил» и «не заботился» о них так, как мы. И у них никогда не было никого такой, как я, кто постоянно врал бы им и изыскивал любую возможность, чтобы вытянуть лишний доллар, фунт, марку или франк.
Моя мама больна и ей нужно 200 $, чтобы лечь в больницу.
Моей сестре нужно 200 $ на школу. (на 200 $ фактически можно оплатить целый год обучения в школе и более)
Моя сестра заболела и ей нужны лекарства. Мне нужно 100 $. А так как в государственной больнице пройдут недели, прежде чем ей окажут медицинскую помощь, поэтому ей нужно лечь в частную клинику.
У нас умер буйвол. Мне нужно 300 $.
У нас дома протекает крыша. Нам нужно 100 $.
Скудные дожди привели к скудному урожаю. Мне нужно 400 $. (Туристы не ориентируются в сезонах).
У нас сломался холодильник. Нужно 100 $.
Мне нужны деньги, чтобы послать своей маме подарок к Китайскому Новому Году, Тайскому Новому Году, Исарнскому Новому Году или любому другому Новому Году, который мы выдумаем.
У моей двоюродной сестры родился ребенок. Мне нужно 100 $ чтобы послать ей и получить благословение от Будды.
У меня день рождения, или у кого-нибудь из членов моей семьи; и конечно мне нужно послать им золото И у меня обязательно будет день рождения еще у кого-нибудь.
Фаранги давали мне деньги, не моргнув глазом. Им хотелось улучшить мою жизнь, видя мое состояние. Вот почему я занималась тем, чем я занималась и почему так сложно перестать быть барной девочкой. Мне действительно нравилось врать мужчинам и получать от них взамен все, что я хотела. Моя семья и я привыкли к такому источнику доходов. Неужели они правда думали, что цена за секс была равноценной компенсацией для меня за ту боль, которую мне причинял секс с мужчинами. За много лет, я скопила очень немногое, но я спасла своих сестер. Одной из причин, почему я отправляла домой деньги как можно скорее, было — чтобы мои сестры могли продолжать ходить в школу. Мне нужно было убедиться, что они не закончат свою жизнь как я. Мы все жили на мои доходы. Моя семья и я наслаждались тем, что могли купить в нищей стране и не хотели возвращаться к прежнему образу жизни. И я не поверю, чтобы кто-нибудь добровольно согласился бы на такое.
В 18 лет я была самой зажигательной танцовщицей в Baby GoGo. Я зарабатывала много денег, хорошо жила, говорила на английском языке, помогала своей семье и мне везло находить очень наивных мужчин, которые высылали мне деньги, вернувшись в свои страны — они верили, что я брошу работу в баре и буду ждать их возвращения, затаив дыхание. И я никогда не понимала, почему старые мужики верили, что привлекательная 18-летняя девочка, которую они едва узнали, ведущая жизнь проститутки, будет искренней с ними. Но более молодые мужчины тоже попадались на удочку и становились такими же легковерными, только в карманах у них было негусто. Но мне они все были интересны — те, что платили мне деньги. Я могу только предполагать, какого размера было эго у этих мужчин.
Я была довольна своей жизнью, по крайней мере своими доходами, и своей работой, пока моя зарплата в ГоГо резко не изменилась. Я была разозлена тем, как это произошло, чем действительной суммой, на которую она упала; Я разозлилась настолько, что уволилась. Такие ситуации случаются сплошь и рядом, когда мамасаны начинают ревновать к молодым привлекательным девочкам в своих барах, которые зарабатывают больше денег, чем они. Один раз, мои барфайны были оплачены мужчиной, который «снял» меня на пару недель. Когда я вернулась в бар, мамасан мне объявила, что они не были оплачены. В конце месяца, она вычла эти барфайны, 7000 бат (175 $) из моей зарплаты, плюс еще 150 бат за каждый день, который я отсутствовала на работе — оставив меня практически без заработка в ГоГо баре. Я сразу же уволилась. Я ушла в новый ГоГо бар. У меня при себе всегда были навыки, которые пользуются спросом вот уже на протяжении 5000 лет.
Прошло немного времени, как я опять стала танцовщицей № 1 в баре. Здесь было много других привлекательных девушек, но мне везло, что мужчинам нравилась я. У меня был уживчивый характер, который их привлекал, танцевальные навыки и мое обаяние. К этому времени, я уже очень хорошо говорила по-английски. В Таиланде, многие девочки не могут говорить по-английски, так что знание языка дает большое преимущество.