В этот момент у него на запястье запищал комлинк. Дроид, стоявший неподалеку, тут же оглянулся.
Вот черт. Рекс забыл перенаправить сигнал от комлинка на свой шлемовый компьютер.
— Рекс, ты можешь говорить? Это Скайуокер. Да, дроиды все слышали. К нему повернулся еще один робот.
Рекс все еще лежал неподвижно.
— Ну вот, ребята. Приготовьтесь, — сказал он другим бойцам.
Дроиды соображали очень медленно. Двое стали обсуждать, что теперь делать. Один подошел к Рексу, склонился над ним, чтобы посмотреть, откуда исходит звук. В конце концов робот уставился на его руку. Комлинк снова запищал.
— Рекс, если не можешь ответить, ты хотя бы постучи по приемнику.
Дроид склонился еще сильнее. Тогда Рекс медленно поднял руку, заставив себя не думать о том, как ему сейчас будет больно. Он услышал, что его ребята уже готовятся к бою.
— Ну что, консервная банка, хочешь узнать, как это работает?
Быстро схватив дроида за нагрудник, Рекс с силой ударил робота кулаком в нижнюю челюсть. Голова дроида тут же запрокинулась назад. Послышался треск рвущихся проводов. Рекс понял, что остальные бойцы сейчас вступят в бой.
И действительно, все пятеро тотчас же вскочили на ноги. Корик выхватил у покалеченного робота автомат. Нэкс начал забрасывать камнями другого дроида. Вскоре робот уронил голову на грудь. Рекс вынул виброкинжал из-под пластины на предплечье и набросился на третьего дроида. Тот рухнул на землю, потеряв равновесие, и Рекс тут же выколол ему фоторецепторы. Пока ослепший дроид пытался стряхнуть с себя противника, Рекс добрался до главных проводов, ведущих к его голове, и перерезал их одним движением руки.
Шестеро клонов промчались через двор и укрылись за упавшим страйдером. Там было полно заряженных бластеров — их побросали сепаратисты и дисы. Этого вполне хватит, чтобы какое-то время отстреливаться от дроидов. Прежде чем прицелиться, Рекс вытащил из своей аптечки шприц с сильным болеутоляющим и вколол себе в руку. Началась перестрелка.
Дроиды были отличными бойцами, если надо просто стоять и стрелять. А вот если требуется проявить сообразительность и военную хитрость, тут они бесполезны. Роботы не умеют ловко уворачиваться, откатываться в сторону, душить противника, выкалывать ему глаза, перепрыгивать через противника и набрасываться на него со спины. К тому же дроидов лучше вообще использовать только на ровных поверхностях.
— Я страшно рад, — тихо сказал Нэкс, как будто сам себе. — Наконец-то удалось сбросить напряжение и прийти в себя.
— Что ж, вперед — тебя ждут вон те двое, они помогут тебе окончательно расслабиться, — усмехнулся Рекс. Во дворе появилась парочка СБД. у них не было голов, которые можно было бы проломить или оторвать. А скоро прибудут и дроиды-«пауки». Рекс прикинул, далеко ли до края площадки. Можно было бы спрятаться в джунглях. — У всех при себе канат? Может быть, нам придется спускаться по скале.
— Да, сэр.
Значит, если что, выход есть. А пока можно спокойно пострелять и отвести душу.
— Рекс, прием!
Ага, Скайуокер все еще намерен связаться с ним.
— Слушаю, генерал. Мы застряли во дворе — я и еще пятеро…
— Помощь нужна?
— … а еще хаттова уйма дроидов, — Рекс выдал еще пару плазменных очередей. Грохот бластеров эхом отражался от забора, которым был обнесен двор. — Вернее, почти что хаттова уйма — одного не достает.
— Понятно. Значит, нужна, капитан. Скоро прибуду.
АТ-АТ дрогнул — в него попал один из дроидов. Растянувшись на земле, Нэкс заглянул в какую-то дыру в корпусе, а потом сунул в нее руку и извлек оттуда огромные клещи.
— Там лежит ящик с инструментами, — объяснил он и щелкнул клещами в воздухе. — Ну-ка, иди ко мне, консервная банка! Иди, иди, не бойся…
Рекс снова посмотрел на дроидов. Вот почему люди-клоны всегда воюют лучше, чем все эти роботы, вместе взятые.
Они не только гораздо сообразительнее.
У них есть друзья, за которых надо отомстить.
— Оставь мне хоть одного! — попросил Рекс.
ГЛАВА 14
Война — страшная штука. Она выявляет в человеке все его самые худшие качества. Но и лучшие тоже: мужество, самопожертвование, изобретательность, стойкость, героизм, сообразительность и даже юмор. Если бы только мы могли пробудить все это друг в друге, не проливая крови!
ПОСАДОЧНАЯ ПЛОЩАДКА
Энакин пошел к двери, раздумывая о том, как бы освободить Рекса и других выживших, которых сейчас держали в плену во дворе. Бесполезно сейчас вызывать другой шаттл — даже если какой-нибудь и остался, он все равно не сумеет долететь до них и благополучно приземлиться на площадке. Теперь все зависит от того, как долго придется ждать подкрепления. А пока что можно заманить дроидов в ловушку, как-нибудь отвлечь их внимание, чтобы Рекс с ребятами смогли улизнуть, или просто вступить с ними в бой, — главное, продержаться до тех пор, пока не прибудет Кеноби.
— Учитель! — Асока бросилась за ним. Энакин не остановился. — Учитель, этот хаттенок все еще болен. А нам ведь надо доставить его живым, ты не забыл?
— И что с того? — Энакин прекрасно это помнил. Но продолжал идти к двери. — Значит, оставим наших друзей умирать здесь?
— Но разве спасти маленького хатта — не наша первостепенная задача?
— Ты сама знаешь ответ на свой вопрос, Цап-царап. Так что лучше ответь на мой. Разве товарищи не должны помогать друг другу в беде, особенно на войне?
— Это так, Учитель, но ведь, отдавая приказ, командир должен быть готов к тому, что его подчиненных могут убить.
— Да, ты права. Однако это вовсе не означает, что командир должен бросить своих подчиненных, даже не попытавшись их спасти!
— Если в то время, как мы будем спасать Рекса, малыш-хатт умрет, получится, что все наши солдаты погибли напрасно.
— А если этот хатт все равно умрет?
Энакин готов был убить любого хатта на свете ради спасения хотя бы одного солдата. Асока ненадолго задумалась.
— Вряд ли Рекс скажет тебе за это спасибо.
— Ладно, Цап-царап, уговорила. Включи комлинк и передай ему все это сама.
— Что? Я?
— Ну да. Свяжись с Рексом и скажи ему, что ты заставила меня передумать. Доказала мне, что нам не стоит спасать ни его, ни других ребят.