Я встретился глазами с Аннабет. Ее лицо было белым как мел. Она выглядела так, будто кто то только что выдернул мир у нее из-под ног.
Позади нас бушевала битва.
Кларисса сурово посмотрела на своих соседей по домику.
- Идите, помогайте кентаврам. Защищайте двери. Вперед!
Они поплелись прочь, присоединяясь к битве.
Силена сделала тяжелый болезненный вздох
- Простите меня.
- Ты не умрешь, - настаивала Кларисса.
- Чарли... - Глаза Силены были уже за много миль от сюда. - Увидеть Чарли...
Больше она ничего не сказала.
Кларисса сжала ее и заплакала. Крис положил руку ей на плечо.
Наконец, Аннабет закрыла глаза Силены.
- Нам надо сражаться. - Голос Аннабет сломался. - Она отдала свою жизнь, чтобы помочь нам. Мы должны сделать это в ее честь.
Кларисса всхлипнула и утерла нос.
- Она была героем, поняли? Героем.
Я кивнул.
- Пойдем, Кларисса.
Она отобрала меч у одного из своих поверженных братьев.
- Кронос заплатит за это.
***
Я бы хотел сказать, что отодвинул врага от Эмпайр Стэйт Билдинг. Но правда была в том, что Кларисса сделала всю работу. Даже без своих доспехов и копья она была демоном. Она направляла свою колесницу в глубину армии Титанов и крушила все на своем пути.
Она была так вдохновляюща, что даже запаниковавшие кентавры оживились. Охотницы вытягивали стрелы из павших и запускали залп за залпом в стан врага. Обитатели домика Ареса резали и кололи, что было их любимым занятием. Монстры отступили к 35-й улице.
Кларисса подлетела к скелету драгона и осмотрела линию нападения через его глазницы. Она хлестала своих лошадей и привязала драгона к своей колеснице, как дракон на Китайский Новый Год. Она понеслась на врага выкрикивая оскорбления и подбивала их сражаться с ней. Когда она летела, я понял, что она буквально светится. Красная аура мерцала вокруг нее.
- Благословение Ареса, - сказал Талия. - Я никогда раньше не видела такого лично.
На тот момент Кларисса была так же непобедима как я. Враги посылали копья и стрелы, но ни одно не достигло ее.
- Я - Кларисса, убийца драгона! - кричала она. - Я убью вас всех! Где Кронос? Ведите его сюда! Он струсил?
- Кларисса, - закричал я. - Прекращай это. Отходи!
- В чем дело, повелитель титанов? - кричала она. - Выходи!
Враг не отвечал. Медлено они отступали за защитную линию из дракониц, пока Кларисса нарезала круги над Пятой Авеню, призывая кого-нибудь сразиться с ней. Двухсотфутовый скелет драгона скрежетал по асфальту как тысячи ножей.
Тем временем мы позаботились о раненых, заведя их во внутрь здания. Еще долго после того как враг скрылся из виду, Кларисса продолжала разъезжать вверх и вниз по улице со своим ужасным трофеем, требуя, что бы Кронос сразился с ней.
Крис сказал.
- Я знаю ее, ей это в конце концов надоест. Я уверен, она вернется внутрь.
- Что с лагерем? - спросил я. - Там кто-нибудь остался?
Крис покачал головой.
- Только Аргус и духи природы. И Пелеус все еще охраняет дерево.
- Они долго не продержаться, - сказал я. - Но я рад, что вы пришли.
Крис грустно кивнул.
- Простите, что так задержались. Я пытался урезонить Клариссу. Я сказал что не будет смысла защищать лагерь, если вы ребята погибнете. Все наши друзья здесь. Мне жаль Силену...
- Мои охотницы помогут вам с охраной. - Сказала Талия. - Аннабет и Перси, вам надо подняться на Олимп. У меня чувство, что вы там нужны - что бы создать последние укрепления.
Работник лифта исчез из фойе. Его книга лежала перевернутой на столе и кресло было пусто. Остальная часть фойе, тем не менее, была забита ранеными полукровками, охотницами и сатирами.
Коннор и Тревис Стоуллы встретили нас у лифта.
- Это правда? - спросил Коннор. - Насчет Силены?
Я кивнул.
- Она умерла героем.
Тревис замялся.
- Эмм... я также слышал..
- Это все, - перебил я. - Конец истории.
- Действительно, - пробормотал Трэвис. - Слушай, мы думаем, что армии Титана будет проблемно поместиться в лифте. Они должны будут подниматься несколько раз. А гиганты вообще не смогут поместиться.
- Это - наше самое большое преимущество, - сказал я. - Есть какой-нибудь способ отключить лифт?
- Это магия, - сказал Трэвис. - Обычно тебе нужна карточка-пропуск, но швейцар исчез. Это значит, что обороноспособность рушится. Любой может зайти в лифт и попасть наверх.
- Тогда мы должны держать их подальше от дверей, - сказал я. - Мы оставим их в фойе.
- Нам необходимо подкрепление, - сказал Трэвис. - Они продолжают наступать. В конце концов они сокрушат нас.
- Подкрепления нету, - пожаловался Коннор.
Я посмотрел наружу, на Миссис О'Лири, она дышала на стеклянную дверь и пачкала её слюнями адской гончей.
- Может быть, это не так, - сказал я.
Я вышел наружу и погладил Миссис O’Лири по голове. Хирон перевязал ее лапу, но она все еще хромала. Ее мех был спутан грязью, листьями, кусочками пиццы, и засохшей кровью монстра.
- Эй, девочка. - Я пытался показаться оптимистичным. - Я знаю, ты устала, но у меня есть ещё одна огромная просьба к тебе.
Я наклонился к ней и прошептал ей на ухо.
После этого Миссис О'Лири отправилсь в сумеречное путешествие, а я вернулся к Аннабет в вестибюль. По дороге к лифту мы увидели Гроувера, стоящего на коленях над раненым толстым сатиром.
- Леней! - сказал я.
На старого сатира было страшно смотреть. Его губы били синими. В животе было сломанное копьё, и его пушистые козлиные ноги были искривлены под неестественным углом.
Он пытался сосредоточиться на нас, но не думаю, что видел нас.
- Гровер? - пробормотал он.
- Я здесь, Леней. - Гровер моргал, пытаясь сдержать слезы, несмотря на все ужасные вещи, которые Леней говорил о нём.
- Мы... Мы победили?
-Гм... да, - солгал Гровер. - Благодаря вам, Леней. Мы прогнали врага.
-Говорил же вам, - бормотал старый сатир. - Истинный лидер. Истинный...
Он закрыл свои глаза в последний раз.
Гроувер сглотнул. Он положил свою руку на лоб Ленея и проговорил древние благословления. Тело старого сатира таяло, пока всё, что от него осталось, стало крохотным деревцем и горсткой свежего грунта.
- Лавр, - трепетно произнёс Гровер. - Ох, счастливый старый козёл.
Он взял деревце в руки.
- Я... Я должен посадить его. На Олимпе, в садах.
- Мы как раз туда собирались, - сказал я. - Пойдем.
Легкая музыка играла, когда лифт поднимался. Я думал о первом разе, когда я посетил гору Олимп, еще когда мне было двенадцать лет. Аннабет и Гровера не было со мной тогда. Я был рад, что они были со мной сейчас. У меня было ощущение, что это может быть нашим последним совместным приключением.
- Перси, - сказала тихо Аннабет. - Ты был прав на счет Луки.
Это был первый раз, когда она говорила после смерти Силены Богард. Она все не сводила глаз с отметки этажей, поскольку они мигали волшебными номерами: 400, 450, 500.
Гровер и я переглянулись.
- Анабет,- сказал я. Я сожалею...
- Ты пытался сказать мне, - её голос дрожал, - Лука плохой. Я не верила тебе пока... пока я не услышала о том,как он использовал Силену. Теперь я поняла. Я надеюсь ты счастлив.
- Это не делает меня счастливым.
Она прислонила голову к стене лифта, чтобы не смотреть на меня.
Гровер баюкал свое лавровое деревце в руках.
- Что ж... конечно хорошо, быть снова вместе. Рассуждая. Почти погибнув. Страшно боясь. Ах, смотрите. Это наш этаж.
Двери звякнули, и мы ступили на воздушную дорогу.
Угнетение – не то слово, которое описывает Гору Олимп, но оно было более подходящим сейчас. Никакие огни не освещали жаровни. Окна были темными. Улицы были оставлены, и двери были забаррикадированы. Единственное движение было в парках, которые были устроены как полевые больницы. Вилл Солас и другие из детей Аполлона суетились вокруг, заботясь о раненых. Наяды и дриады пытались помочь, используя волшебные песни природы, чтобы излечить ожоги и отравления.