— А ты? — сухо поинтересовался Фотис. То ли его и правда не волнует горькая судьба этой девушки, то ли он очень хорошо держит себя в руках.
— Меня обвинили в пособничестве Тьме…
Надира замолчала, словно сказано было все и даже чуть больше чем нужно.
Впрочем, так оно и было.
— Ты — горгона, верно? — негромко спросила я, хотя в ответе и не сомневалась.
И вновь все внимание сосредоточилось на моей скромной персоне, вот только смотрели все с разным выражением: Карима — с удивлением, Надира — с ужасом, Фотис — с недопониманием, а Абрахас… он с непередаваемым интересом.
— Как ты узнала? — наконец спросила целительница, — даже я не сразу поняла, что произошло в той деревне, а ты, не зная ничего кроме скупого рассказа, пришла к верному выводу… как?
И что мне ответить? Что информация из меня льется через край, когда я сама того не желаю? Оно, конечно, так и есть, но это совсем не тот ответ, что интересует присутствующих.
Что ж, тогда попробуем использовать максимально близкий к истине вариант.
— Просто я вспомнила единственный известный мне случай побега ведьмы от инквизиторов. Тогда девушка-горгона обратила всех собравшихся на площади в камень и сбежала. Но силы ее дара оказалось недостаточно на такую толпу и уже через час инквизиторы ожили и бросились в погоню…
— И? Она сбежала? — напряженно уточнила Надира, на миг отбросив все свои претензии к моей персоне.
Я отрицательно качнула головой.
— Был отдан приказ на уничтожение любой ценой. Боевые маги нанесли удар по лесу, в котором укрылась горгона… помимо самой "сбежавшей особо опасной ведьмы" в пожаре погибло шестнадцать человек из ближайшей деревни, которая, кстати, тоже была уничтожена огнем.
— Когда это случилось? — хмуро спросил директор.
Я на миг закрыла глаза, вспоминая семейные хроники. Так это была последняя операция мамы перед свадьбой, значит…
— Чуть больше восемнадцати лет назад. Видимо, то была последняя горгона. Я ведь не ошибусь, если предположу что тебе сейчас около восемнадцати лет, так? — я посмотрела на Надиру. Быть "первой-в-роду" означает не иметь никакой унаследованной от предков защиты, никакого накопленного и сбереженного опыта в крови… но это так же значит и то, что мир выбрал именно тебя для возрождения ушедшей за грань линии силы. Боги всего лишь дали еще один шанс созданиям, которых однажды выпустили в мир. По какому принципу они выбирают достойных? Никто не знает, но иногда темные рода возрождаются вот так случайно — и чаще всего вновь гибнут, ибо не всегда носитель дара понимает, что он и чем владеет.
— Откуда у тебя такая информация, Лика? Даже я не знал, что в последние двадцать лет находили и уничтожали горгон, — Абрахас внимательно всматривался в мое лицо, словно пытаясь там найти что-то известное лишь ему самому.
— Из семейного архива, — просто ответила я, хотя прекрасно понимала, что такой ответ никого из них не устроит.
— Архива? — внезапно побледнев, переспросил Фотис, и я поняла — знает. Остальные нет, а вот он знает, ибо сам вышел из рода, ведущего такие же записи…
— Моя мать участвовала в вылазке. Она была охотником на нечисть. И упомянутые мной события относились к ее последнему делу.
Тишину, повисшую в кухне после этих слов, можно было резать ножом.
— Та-ак, — протянул Абрахас, перетягивая все внимание на себя. — То есть ты вышла из светлого рода? Но как же ты тогда сумела прочесть объявление? Оно зачаровано особым образом: только темные могут прочесть его, взгляд всех остальных просто проскользнет мимо.
— Во мне есть и темная кровь. Наверно, ее оказалось достаточно. Раньше я как-то не задумывалась над тем, чье наследие принять, а чье лучше отринуть.
— То есть ты наследуешь двум родам? Темному и светлому?
Я отрывисто кивнула. Конечно, никто не знает, что королевский род Нилама имеет темные корни (я бы даже сказала очень темные — прямо чернушные! — там и до бабушки нашлось, кому наследить…), но вдруг все-таки свяжут?..
— Любопытно… и одно не давит на другое? Не вынуждает делать выбор в пользу того или другого?
Я отрицательно мотнула головой. Меня саму это удивляло, но оба наследия словно бы слились воедино, взаимно усилившись. Эх, если бы я еще и пользоваться ими умела…
— Магические?
— Только темное. Светлое — скорее свойство организма.
— Ясно, должно быть поэтому, они и не вошли в конфликт, — задумчиво подвел итог директор, а потом, словно вспомнив о своих обязанностях, твердо произнес: — Завтра же пройдешь полное обследование у Каримы — надо быть точно уверенными, что слияние наследий тебе не повредит. А сейчас все спать! И так уже полночи потеряли! А завтра еще и Майя прибыть должна — вот уж от кого мы еще наплачемся!
Спорить с директором никто не стал, а потому уже через полчаса я упала в кровать и уснула. Все тревоги и заботы я решительно оставила до утра. Может, еще и повезет.
Глава 4. Госпожа иллюзий
Наступление утра ознаменовал чей-то истошный вопль. Подскочив на кровати, я в один момент слетела со своего ложа и оделась быстрее, чем сознание соизволило проснуться.
И кто же это, интересно узнать, решил с утра пораньше голосовые связки потренировать?!
Нет, в личности вопившего я ни секунды не сомневалась, но что это Надире в голову ударило? Дом был абсолютно спокоен, а значит, ничего серьезного произойти не могло. Все-таки это здание лучше знает и чувствует пространство, чем все маги вместе взятые. Почему помимо Дома это ощущаю еще и я? Не знаю, но за вчерашний вечер уже успела привыкнуть. В общем, раз охранные системы молчат, то, значит, ничего угрожающего моей безопасности произойти не могло. Но глянуть все равно надо — мало ли что. Да и вообще я еще не слишком сильно доверяю своей связи с Домом, возможно, вчера мне все это только показалось… хм, хотя поверить в пророческий дар еще сложнее, ибо им в моем семействе гарантированно никто не страдал.
Выскочив из комнаты, я, ни мгновения не сомневаясь, бросилась в северный коридор. Как я узнала, что кричали именно из того крыла? Хороший вопрос. Жаль, что ответа на него нет — все было на уровне инстинктов. В общем, я сама не сильно рассчитывала на то, что обнаружу источник проблемы, к сожалению, мне не повезло…
Надира стояла у окна и смотрела куда-то в глубь сада, бледная до синевы, испуганная до невозможного… на такую взглянешь — и сам со страху поседеешь.
Я невольно шагнула к ней, намереваясь, успокоить и утешить, если она в том нуждается, но в этот момент заметила, что именно стало причиной ее крика… и едва не повторила ее голосовой подвиг.
На небольшой поляне, располагающейся прямо под окном, находился… монстр? Ну, в некотором роде так оно и было, потому что хомячки размером с медведя — это ненормально! А уж если эти самые хомячки еще прижимают к себе окровавленное женское тело…
Может быть, в одиночку данный "зверек" и казался бы забавным, но в сопровождении "почти-трупа" (почему-то я была твердо уверена, что до состояния "труп-однозначно" ноша монстра пока не дошла) это было ужасающе страшно. И столь же нелепо.
— Нади, быстро за Каримой. И директора найди. Быстро!
Надира удивленно дернулась и уже собралась исчезнуть в обозначенном направлении, как у меня за спиной раздался спокойный голос.
— Не надо меня искать. И Кариму я уже позвал. Сейчас узнаем, что там случилось. И почему это моя племянница в таком состоянии, — обеспокоенно пожевав губами, произнес Абрахас. С каждым днем этот человек мне нравится все больше и больше! Мало кто мог сохранить бы такое спокойствие, видя окровавленное тело близкого человека всего в нескольких метрах от себя…
— Племянница? — я удивленно воззрилась на девушку, запоздало поняв, что именно имел в виду директор.
— Именно. Майя Зион, моя внучатая племянница. Позор всего рода. В неприятности влезает с заметной регулярностью. И если бы не ее дар, то давно бы уже на нее махнули рукой.