Воля гвардейцев испытывалась и во время прорыва блокады. Александр и штурман Черных наносили удар по мгинскому железнодорожному узлу, где сосредоточились резервы противника. Уже самолет находился на боевом курсе, когда увидели, что заход неточен. Под ожесточенным огнем вторично вышли на боевой курс. Опять неудача! Прожекторы схватили, ослепили летчика, Раз-гонин развернулся и в третий раз вышел на боевой курс. Зенитный снаряд разорвался перед самолетом, и осколком сбило с правого мотора редуктор вместе с винтом. Впору думать о спасении, а Разгонин в четвертый раз выходит на боевой курс. Самолет не хочет слушаться рулей. Разгонин пробился к цели, бомбы накрыли эшелон, вызвали пожар и серию взрывов.
На одном моторе привел летчик боевую машину на аэродром.
Невысокому, с острыми плечами летчику можно было дать лет восемнадцать, хотя в действительности было 22 и он давно считался "стариком". С ним советовались не только вчерашние курсанты, но и командиры звеньев. Не теряющий самообладания в бою, он спокойно выдержал и испытание славой. Уже в 1943 году почти каждая передовая фронтовой газеты о торпедоносцах призывала учиться мужеству у Александра Разгонина.
Начало сентября 1943 года Разгонин ознаменовал дерзкой победой. Вылетел со штурманом Чвановым в туман и дождь, стремясь, как наставлял Борзов, извлечь преимущества и из неприятностей. "Туман и дождь, - говорил командир полка, - они и для противника означают то же самое".
Разгонин скрытно прошел над занятой врагом территорией и начал поиск в море. Многих сил требует атака. Но не меньшее напряжение испытывает экипаж в поиске - длительном, однообразном, когда прошедшие часы поиска кажутся до обидного бесполезными. Двухтрубный транспорт внезапно появился прямо по курсу.
Разгонин вышел на боевой курс. Сброшена торпеда. Небо вздрогнуло от серии мощных взрывов, - значит, фашисты везли боеприпасы, - и пламя поднялось выше самолета. Когда проявят пленку, дешифровщик установит:
водоизмещение транспорта - десять с половиной тысяч тонн. Несколько часов спустя гвардии старший лейтенант Разгонин потопил транспорт водоизмещением в 3000 тонн.
В полк позвонил командующий флотом вице-адмирал В. Ф. Трибуц и поздравил с боевыми успехами.
- Я только что подписал приказ о награждении орденом Красного Знамени Разгонина, Бунимовича, Чернышева, Васильева, Чванова, Советского и Андреева, - сказал адмирал. - В ближайшее время вручим награды.
- Товарищ командующий, - ответил Борзов, - завтра у нас большая работа...
На другом конце провода раздалось покашливание:
- Понял, понял. Вечером буду у вас с наградами.
В крейсерский полет гвардейцы уходили с орденами на груди.
Шесть вражеских судов общим водоизмещением около тридцати пяти тысяч тонн уничтожил Разгонин. Последняя победа - транспорт 8000 тонн, до предела загруженный боевой техникой. Командующий авиацией Военно-Морского Флота СССР генерал-полковник авиации С. Ф. Жаворонков и командующий ВВС КБФ генерал-лейтенант авиации М. И. Самохин телеграфировали Разгонину:
"Горячо поздравляем вас и ваш славный экипаж с дерзкой победой. Входим с ходатайством о присвоении вам звания Героя Советского Союза..."
Комсомолец Разгонин продолжал наносить удары по врагу. Он совершил ряд опасных вылетов на постановку мин в военно-морских базах противника. 16 ноября отправился в полет вместе со штурманом Макаровым и стрелком-радистом Мигуновым.
Море на этот раз долго оставалось пустынным. Уже подумывали о возвращении: израсходована большая часть горючего. Балтика редко дарует хорошую погоду, дальнюю видимость. А уж в ноябре и подавно: только что хлестал дождь, за ним повалил мокрый снег, на крыльях - кристаллы льда. Все, время вышло.
- Зайдем на обратном пути к Либаве, - говорит Александр.
В базе - эскадренный миноносец, сторожевик, транспорты. Скорее выбрать цель и атаковать, ведь из-за непогоды снизились к самой воде. Маневрируя, Разгонин приблизился к транспорту. Торпеда пошла. В то же мгновенье - залп с эсминца и сторожевиков. Машину словно схватили за крылья. Едва долетели до берега, она врезалась в лес, прочертила просеку и разломилась. Все получили травмы. Решили пробиваться к фронту, но напали на полицаев. Летчика с травмой головы и ноги держали в тюрьме, затем гоняли по лагерям - все дальше и дальше от Родины. Стремясь помочь Разгонину, - он сильно хромал, - пленные через врача, тоже заключенного, добились перевода летчика истопником и уборщиком барака. Александр начал поправляться, осуществил побег. Вернулся на Родину, на Балтику. Боевые друзья с радостью встретили однополчанина.
Но это все уже происходило позднее. А тогда, 16 ноября сорок третьего года, считали, что Разгонин, потопив вражеский корабль, погиб.
Лунная дорожка
В конце сорок третьего на Балтике появилось выражение "лунная дорожка". Есть что-то в этом романтическое, возвышенное. Метафора для влюбленных, да и только. Однако "лунная дорожка", о которой идет речь, не имела никакого отношения к вздохам при луне. Это был новый тактический прием.
...День 12 октября 1943 года подходил к концу. Смеркалось, когда в холодное чистое небо ушел самолет командира полка гвардии майора Борзова.
Хотя была лунная ночь, экипажу удалось избежать столкновения с истребителями противника над занятой врагом территорией, и теперь торпедоносец выходил в район коммуникаций, по которым фашистская Германия получала морем технику и материалы из Финляндии, Норвегии, из других стран. Самолет Борзова "висит" в темной части горизонта. Борзов, Котов и Анатолий Иванов все внимание отдают лунной дорожке, разрезающей море. Когда вражеское судно появится на этой. дорожке, торпедоносец атакует. Многочасовой полет на ограниченном участке неба вызывает растущую усталость. Болят глаза от напряжения, а надо сохранить бдительность, иначе можно из охотника превратиться в жертву. А на палубах и надстройках кораблей противника десятки зенитных орудий и крупнокалиберных автоматов. Близ берега, занятого врагом, как правило, встречают "фокке-вульфы". Надо во что бы то ни стало обнаружить противника, с дистанции пистолетного выстрела метко бросить торпеду. Этот способ - торпедирование вражеских кораблей на лунной дорожке его, Борзова, идея, и он первым осуществлял ее на практике.
Заметив противника, гвардейцы ни на мгновение не теряли вышедшее на дорожку судно. Команды звучат приглушенно и лаконично и сразу же исполняются. От нетерпения и напряжения становится жарко. Глаза летчика напряженно всматриваются в волны. Майор - весь. внимание.
Транспорт уже почти на всю длину на лунной дорожке. Борзов атакует с самой малой высоты, почти на бреющем. Холодное море - под крыльями. Торпеда пошла, и Борзов вкладывает все свое искусство для выхода и" атаки. Он летит так низко, что мачта транспорта оказывается чуть ли не впритирку к крылу торпедоносца, несущегося на максимальной скорости.
Понятна радость летчика, когда он доводит до дома расстрелянный самолет после победы. У Борзова так было много раз. А сейчас - и это тоже радость не последовало ни одного залпа с транспорта, таким внезапным оказался удар.
Озаряя небо и волны, раздался взрыв. Пламя такое, что, кажется, луна бледнеет. Море встало дыбом, когда Борзов круто кладет торпедоносец на крыло. Иванов направляет на гибнущий транспорт фотоаппарат, крепко, как пулемет, держит камеру.
Летели домой и думали, как скорее сделать "лунную-дорожку" достоянием всего полка. И почему только полка? Это поможет победе, пусть все берут идею на вооружение.
- Успел заснять? - спрашивает Борзов.
- Все в порядке, - отвечает Анатолий. Анатолий Иванов - один из бывалых стрелков-радистов, ранее он много летал с Николаем Победкиным. В одном полете он смог отразить пулеметным огнем нападение четырех "мессершмиттов", в другом уничтожил истребитель, пытавшийся сбить торпедоносец с боевого курса. Дважды сбивали самолет, на котором летал Анатолий. Был случай, когда Иванова, выбросившегося из горящего бомбардировщика, спасли мальчишки. Толя и сам был похож на них - маленький и худенький. Когда приземлился на парашюте, мальчишки дали ему вместо флотских свои штаны, и он босиком, без рубашки (благо было это жарким летом сорок первого), катя перед собой железный обруч, вместе со своими спасителями проскочил мимо фашистского патруля. Преодолев линию фронта, Анатолий вернулся в полк.