Абсолютно ясно, прекрасное майское утро стало мрачным, а градообразующее предприятие — химический комбинат — выпускавший 200 наименований товаров для народа и промышленности, погиб безвозвратно, а с ним и город умирает. Эта страшная картина разрушений способна действовать удручающе и возмутить хоть кого, но только не рыночников.
Завод Минеральных удобрений — последний писк технологического и аппаратурного оформления, с высокоинтеллигентным и интеллектуальным коллективом, с территорией в цветах и плодовых деревьях превратился в свалку, загроможденную разваливающимися зданиями.
Завод Товаров народного потребления — в опустевших, рушащихся зданиях, в пустых глазницах окон и вырванных дверей — воет жалобно ветер. Кое-что продано за бесценок или сдано в аренду частникам за наличку хозяевам. Оставшееся в спешке вывозится, что можно отправляется на переплавку, зарплаты — опять та же фигура из пальцев.
И все это сопровождается нашествием голодных, обездоленных людей с мешками, рюкзаками, санками хоть что-нибудь украсть у воров. А они под громкий хохот и улюлюканье гоняют их, унижая и делая обездоленных еще более несчастными.
Остатки пяти цехов пороховой площадки объединили в один. А борец за сохранение каждого болта, килограмма сырья, грамма готовой продукции — Виталий Сергеевич Маркин — назначен начальником и вынужден организовывать демонтаж, резку, погрузку превращенного в металлолом дорогостоящего оборудования. Оборудования, которое усиливало мощь артиллерии, военных кораблей и самолетов, способствовала маневренности космических аппаратов и создавала авторитет нашему рабочему классу во всем мире. Если этот авторитет и мощь с умом поставить на пользу Ивана с Марьей, то внуки бы купались в доброте, радости и удовольствии, создавая это же своим внукам.
Теперь криминальная финансовая удавка, накинутая на промышленность, вышвырнула высококвалифицированных специалистов в никуда.
Виталий Сергеевич закрыл глаза, поднял лицо к солнцу, стараясь ни о чем не думать. Но все его существо переживало: золотые эшелоны уходят и вереницы КАМАЗов увозят по ночам народное добро, а работники комбината живут без зарплаты. Раньше по ночам вывозили остатки спец. продукта на сжигание, из соображений безопасности, теперь ночь нужна ворам.
Много он выслушал гневных проклятий от рабочих. И чем дальше, тем тяжелее становилось у него на сердце. А этот солнечный блеск создан как будто для того, чтобы яснее увидеть, как заковала народ тирания криминальной власти.
Не раз задавал себе вопрос Виталий: «Откуда у этих молодых людей такой запал на разрушение, упоение своими победами? Учились в советских школах, где все воспитание шло на созидание и мощный прорыв в будущее».
И как напрягшийся трос между тяжело нагруженной баржой и выдыхающимся буксиром он видел: как у одних кожа темна от загара, другим, душу отогревая, приходится ждать прихода солнца.
Не выдержали нервы за издевательство над людьми и техникой у этого стойкого и преданного доброму делу человека. Встал он на последней оперативке уходящего века во весь рост, расправил плечи и выдал этим напыщенным юнцам, назвавшимися генеральными директорами компаний раздробленного комбината, с зауженными мыслями, как резинка в трусах, и заформованными в рамках лицах. Уверенно и нахально сидят они во главе огромного стола, за которым когда-то сиживали министры, ученые, космонавты, представители советской власти и решали проблемы, нужные народу и государству.
— А теперь вы, жаждущие халявного обогащения: Мало сломали! Мало украли!
Твердым, отдающим металлом голосом, он говорил, не давая себя перебить:
— Надеетесь, что простым людям не понять этой вашей нечеловеческой мудрости. Суть плана и все комбинации явных, полуявных и скрытых врагов исконно Русской земли таковы: довести русских до состояния, чтобы они не смогли удерживать занимаемую ими территорию, которая всегда являлась величайшим соблазном для западного мира. И вы стали их мобилизационной силой.
США применили свой суд Линча в международных отношениях и за послевоенный период разбомбили 21 государство за просто так, чтобы устрашить Советский Союз. Причиной бомбежек являлось, как полицейский искусно придирается к столбу, тренируясь в искусстве обвинения, — на полуслове сделал вдох и продолжал.
![Его «величество» ГРАБЁЖ i_012.jpg](https://litlife.club/books/122518/read/images/i_012.jpg)
Носитель из смесевого твердого топлива. Первая и третья ступени ракеты стратегического назначения подводного базирования.
Россию нельзя было взять оружием и я рад, что частица моего труда имеется в создании ракетного щита Родины. Так, они оккупировали нас экономически, с помощью таких, как вы, и навязывают свою идеологию.
Сидевшие за главным столом генеральные остолбенели. Может позже их мозги как-то прокручивали услышанное, а сейчас они сидели как приговоренные.
— Вы, одуревшие от возможности обогатиться за чужой счет, не думаете, что может быть завтра. Локальные войны идут по всей земле.
Пороховые изделия иссякают, сроки службы ракетного топлива, выпускаемого заводом «Полимер», заканчиваются. Бездумное превращение высокотехнологичного оборудования в металлолом уничтожает гордость и последний оплот нашего государства.
Виталий Сергеевич на последней фразе оглядел застолье и увидел растерянные глаза Андрея Бритвина, говорящие: «Теперь они будут давить Сергея».
Главный генеральный попытался что-то сказать, но указующий перст Виталия Сергеевича придавил его:
— Я жил при сталинизме, при хрущевизме, теперь живу при вашем бандитизме, мне нечего бояться!
И набирающим силу голосом продолжил:
— Бойтесь вы! Это вас отстреливают как бешеных собак без суда и следствия по 50 тысяч в год молодых, хороших и плохих. Посмотрите на события в Бийске: директор трамвайного управления — расстрелян, директор мясокомбината — расстрелян, председатель Союза афганцев — расстрелян… Посмотрите друг на друга, кого послезавтра настигнет бесславная смерть от пули киллера.
Заскрипели под генеральными кресла, поднялся главный из них, что-то гавкая, произнес, но осмелевшая за столами разношерстная по возрасту, убеждениям и приспособляемости компания загудела.
Полуминутное выжидание и побеждающий голос Виталия Маркина стоявшему главному:
— Продала нас ручная Российская власть за бесценок, как бывших в употреблении!..
В наступившей тишине было слышно дыхание и биение многих сердец из приемной главного генерального.
— И заставила предать русских самих себя, — продолжил он, как бы подкрепившись силами их сердец и дыхания.
— …Великую державу, созданную умом, духом и волей наших предков. Вы служите великому обману Великого народа, то есть — несуразице!
Главный из генеральных для чего-то открыл рот. Виталий мысленно плюнул в это чрево наподобие гиппопотама и продолжил:
— Вам преподносится разбазаривание достояния ваших внуков, как интеграция в мировое сообщество, то есть новое мироустройство. Ослепленные возможностью иметь лучшую автоиномарку, съездить на банановые острова, вы не способны понять, что в этой гонке не окажется места многим народам, населяющим территорию Советского Союза.
В довольно наивных терминах общая характеристика обрисована не так уж плохо.
Не поддаваясь волнению спокойно и хладнокровно подводил он свою мысль к концу.
— Нас разделили на репрессивный аппарат, к которому относитесь и вы с вашей охраной, наемной армией, телевидением и мощным бюрократическим сословием. Остальные — пенсионеры, учителя, врачи, дети нищие, торгующие, ворующие и мизерная часть людей, создающих в унижении материальные ценности. Вот поэтому и грызете глотки друг другу, чтобы выжить в богатстве.
Главный решил сдержать марку генерального: подскочил, что-то заорал.
Виталий Сергеевич, перебивая, выкрикнул:
— Ваша наглость и кровавость очевидная!
И счел ненужным дальнейший диалог, дружелюбно с улыбкой пожелал: