— В Индии СССР помогает строить крупные индустриальные центры и сельскохозяйственные комплексы.
— У самих зад голый, а мы тянемся на них, — выкрикнул с места Миша-слесарь.
Леонид Александрович приподнял очки и посмотрел в переполненный зал.
— Глубоко ошибаетесь, молодой человек, мы сотрудничаем на равных и имеем обоюдную пользу, а американцы только с выгодой для себя нещадно эксплуатируют целые народы и за бесценок выкачивают их недра. Потому они и тянутся к нам, как к свету, за комфортом души, а США удерживают их военной силой.
И продолжает:
— Благотворный дух утверждается в Народной Республике Конго, Ираке, Бангладеш, Вьетнаме… Дух мира и дружбы, единства и сплоченности, сердечности и взаимопонимания, совместный порыв людей творческого созидания. Может мой пафос не всем понятен, — вставил он, — но укрепляются связи и социалистических стран с арабским миром. Например, Румыния обменивается посольствами с Сирией и все это во имя счастья и прогресса народов этих стран.
Разве может это понравиться заправилам мировой экономики? И силы реакции пытаются опутать мир своими липкими щупальцами, плетут тайные заговоры, нагнетают гонку вооружения, отравляют сознание людей, усыпляют бдительность сил мира.
Нарушив присягу, генерал Пиночет и Международный заговор насилия, в Чили подняли мятеж против правительства Народного единства и со своими головорезами совершили бессмысленное злодеяние, расстреляли первого избранного демократическим путем президента Сальвадора Альенде.
Это уже проверка и запугивание миролюбивых сил союзом Дракона и Доллара в своих замыслах овладения богатствами земли.
Рассказ известного в городе человека приумножил память молодых рабочих. Слушая, они переполнялись чувством достоинства и гордости за свою историю, в которой их дедам и отцам досталось каждому по войне. Для них же наступало время наибольшего подъема и развития молодого общества, в котором предстояло дальше строить и облагораживать общим дом.
Из всех заданных вопросов упреком прозвучал вопрос Володи Фоменко.
— По профсоюзным путевкам я отдыхал в Грузии, в Прибалтийских республиках и, приезжая домой, мне казалось, что я приехал в другую страну, почему же разный уровень жизни?
— На честный вопрос я честно и отвечу, — помолчав, сказал Леонид Александрович.
— Русских никто и нигде не ждет, да со своих земель мы никуда не уйдем, а вот окраинные республики могут отложиться от Союза и переметнутся, потому великодушный и щедрый великий русский народ поддерживает их в первую очередь, это и есть не на словах, а на деле — дружба народов.
Шумная ватага шла на трамвайную остановку, а в центре Леонид Александрович улыбчиво продолжал отвечать на различные вопросы.
Счастье есть всеобщая цель жизни, все люди стремятся к нему и имеют равное право, только понимание счастья и путь его достижения разные.
В следующую субботу солнце встало яркое и сверкающее. Виталий вывез свое семейство в огород на окучивание картошки. Когда с Сережей садили, он возмущался, что перевернули пласт, а проборонить забыли, земля хорошая, но не обработанная. Дважды пололи, а трава прет и все тут! Выгружая из машины еду, Юрика с коляской, оглядывая посадки, жаловался Людмиле: «Вот травища, и картошку не найдешь». «Не волнуйся, — успокаивала она, рассматривая рубинами расцветшую росу на траве, — Новиковы пропололи, и мы найдем». Виталий продолжил: «Земля структурная, картошка будет хорошей. Славка уже сетку завез на ограду, а я приготовил столбы — уберем и сразу огородить надо. Пока роса, давай распланируем, где посадим крыжовник, смородину, вишню, грушу и яблони.
Так увлеклись, что Юра закряхтел, да заплакал, тогда они оторвались и с Сережей взялись за тяпки, а как спланировать свой участок, примут решение после тщательного изучения книжки «Сад, огород».
Людмила так загорела, что Виталию пришлось дома мазать ее кремом от ожогов.
Озаряя пламенем сердец путь Сереже с Юрой, они горят ровным светом, как две головешки в спокойном огне и никакой дождь со снегом их не погасят.
Уборка картофеля — явление большой значимости не только на селе, но и у горожан. Это самый распространенный продукт питания, как вода, без него — нигде. И перед этой массовой работой Маркины получают опять расширенную квартиру в новом доме в связи с появлением второго сына. И снова шесть подъездов и девять этажей счастья. Никто не задумывался об архитектурном оформлении зданий, стоящих на фоне частных домишек поселка Мочище, созерцая их с балкона в минуты покоя и умиротворенности. Наш климат и потребности подчиняют архитектуру удовлетворению человека. Воздействие этих громадных коробок на моральное состояние со стороны жителей домишек производит чувство зависти и восхищения. А въезжающие испытывают неописуемую радость и восторг, их лица словно озарились счастьем поутру и обновили души.
Такое массовое переселение, перетасовка семей, это особая атмосфера, в их квартиры тоже въехали люди с такой же радостью и удовлетворением. А неорганизованный въезд: толчея в подъездах, теснота в лифте, очередь машин под разгрузку у подъезда, что-то забыто на старой квартире и т. д., - не омрачало смеющиеся глаза, не утратило взаимопомощь и внимание друг к другу.
Счастье порождает радость, которое производит странное действие. Люди становятся как дети, не обращая внимания на неурядицы, столпотворение в квартире беззлобно ругнуться по мелочам. Что-то потеряли при переносе с машины — никуда не денется, на входной двери появится объявление, что найдена подушка, мясорубка или книги, и находятся в такой-то квартире. Дух дружелюбия в свежей краске растворил добрососедство, а труд объединил их и сеет зерна света в детях.
Обычно при переезде помогают родственники, друзья. Людей столько носит, бывает перепутает квартиру и только через неделю при окончательном разборе обнаруживается чужой мешок с посудой или обувью.
Виталий с Людмилой старую мебель разобрали, уложили в гараже для отправки в сад, как только будет построен домик, а купят новую. Этим намного облегчили работу по доставке домашнего скарба на четвертый этаж.
Когда налили стаканы, сели кто на что может, Людмиле не досталось места. Она говорит Виталию: «Положи самый большой ковер». Он хвать сюда, хвать туда, а его нету. Это был период, когда шла мода на ковры и их доставали по великому блату. Все переполошились, перевернули все в квартире, начали вспоминать кто что нес, и тут Альберта Королева обожгла догадка, пошли к соседям этажом выше, а он стоит, куда его поставили. Они даже не обратили внимания на чужую вещь.
Извинения Виталия потонули в хохоте и шумных приглашениях выпить за новоселье.
Под шум и аплодисменты стиха Р.Гамзатова Виталий опрокинул стопку, закусил что было на импровизированном столе и пригласил к себе.
Долго в доме раздавались звуки музыки и залихватских песен, постепенно меняясь на стук вбиваемых дюбелей, жужжание дрелей, шипение ножовок, переходивших из квартиры в квартиру, помогая друг другу в устройстве.
Вот она, примета нашего времени, а местная газета скупо сообщит, по такому-то адресу заселилось столько-то семей в новый дом — обычное дело.
В дальнейшем описании благих дел меня останавливает только боязнь утомить вас. Но об одном увлечении трудового народа хотелось бы коротко поведать.
Умных и не очень, расторопных, деятельных и инертных от малых и больших повседневных забот всегда тянет к животворящим силам воздуха, земли, воды. Может поэтому исстари на лесных, речных и горных просторах Алтая стоят ветхие избушки: рыбак, охотник или заблудившийся путник найдет там спички, дрова и ночлег, не боясь ни воров, ни обманщиков. Но, уходя, заготовь поленницу, оставь лучину и последнюю спичку.