И сейчас Марина в панике бросилась к драгоценному бигосу, которому пригорать никак нельзя. Вдруг ложка чуть не вывалилась из её руки: если в драке пострадал Кароль, может, бигос и вовсе не понадобится? Да плевать на стряпню, надо было продолжать дозваниваться.
Выйти из кухни не давала Хелена, настроившаяся на кулинарный шедевр и преисполненная патриотическими амбициями. Хозяйка не смеет бросать её тут одну! Надо ещё взглянуть на утку, которую подадут как холодное заливное; и на слоёное тесто, которое должно отлежаться положенное время; и на орехи, которые должны как следует пропитаться мёдом и пряностями. И ещё на многое другое, ведь бридж уже послезавтра!
— Послезавтра, послезавтра, — проворчала Марина, прислушиваясь к еле слышному фуканью капусты на дне большого чугуна. — Кто знает, состоится ли он вообще. Боже, в какое страшное время мы живём!
И прикусила язык, да поздно, кухарка тут же вцепилась в неё. Что это значит, что бриджа может и не быть?
— Я так сказала… ведь с иностранцами никогда не угадаешь…
— Это пан Кароль звонил?
— Нет, я не знаю пока ничего определённого…
— Состоится не состоится, а раз начали, надо докончить, — решительно заявила кухарка. — Не пропадать же добру! Сами съедите. Или пани кого пригласит. Такая еда, что не стыдно и людей угостить! У пани всегда выходит — лучше не бывает.
Гениальное замечание простой женщины придало новое направление мыслям хозяйки. Правильно! Вдруг по какой надобности забежит эта выдра переводчица. Угощать её не будут, но пусть хоть попробует и лопнет от зависти, пусть узнает, как кормят её шефа, к каким изысканным блюдам он привык, и оставит свои поползновения.
Следующей мысли, что после кончины Кароля проблемы с переводчицей отпадут сами собой, уже не было доступа в голову Марины. Пришлось все внимание посвятить последней, завершающей заправке филейчиков из сельди.
И все же сама идея утереть нос переводчице оказалась благотворной. Марина позабыла о происшествии перед Дворцом культуры, целиком отдавшись кулинарным изыскам. Очнулась лишь поздним вечером, уже после возвращения Юстины с занятий, и опять помчалась звонить детективу.
— Так что там было на стоянке у Дворца культуры? — нетерпеливо спросила она, услышав голос Конрада.
Отвратительных скрежетов и писков в трубке уже не было, но слышимость оставляла желать лучшего. Удавалось разобрать лишь отдельные слова, которые то и дело прерывались сакраментальным «абонент временно недоступен», «абонент находится вне зоны досягаемости». Опять этот кретин остановил машину в неподходящем месте! За что она только платит деньги их агентству? Приходилось то и дело орать в трубку: «Не слышу!»
Вот опять какие-то обрывки слов: «…разбил две машины, в том числе и „ягуар“… искорёжил по-страшному… некий Сухчик… крутилось много людей… пан Вольский вышел…»
Тут за окном Марина увидела в темноте свет фар, вот машина свернула к их воротам. Быстренько погасив настольную лампу — не хватало ещё, чтобы Кароль увидел свет в своём кабинете! — Марина торопливо бросила в трубку:
— Остальное доскажете завтра! Я сама позвоню.
Выходит, был там какой-то скандал на автостоянке перед казино Дворца культуры. «Ягуар» вдребезги. Кароль вышел…
И, не веря собственным глазам, с упавшим сердцем Марина наблюдала в кухонное окно, как Кароль въезжает во двор на своём чёртовом «ягуаре». Оба, и муж, и «ягуар», в идеальном состоянии. Опять другие люди пострадали, а этому ничего не делается. Злой рок её преследует, не иначе! И теперь до завтра придётся пребывать в неизвестности, не станет же она расспрашивать мужа о происшествии, о котором вообще не имеет права знать.
Домой Кароль вернулся в превосходном настроении: входя, ласково потрепал кошек, громко потребовал накрывать стол к ужину, потом, весело насвистывая, плескался в ванной.
Наконец сел за стол. Юстинка присоединилась к нему. Марина сто раз открывала рот, намереваясь язвительно поинтересоваться о причинах столь отличного расположения духа благоверного, но, к счастью, воздержалась. Решила подождать, когда он начнёт есть, но Кароль её опередил, обратившись к Юстине:
— Вот интересно, как относится наша юриспруденция к посягательству на имущество должника?
— Это зависит от ряда обстоятельств, — живо отозвалась девушка, всегда готовая порассуждать на любимые темы. — Кого мне придётся обвинять — должника или посягателя?
— А ты намерена обвинять? — удивился дядя. — Не защищать?
— Обвинять. Я всегда предпочитаю обвинять.
— Ну-ну, прокурор в собственном доме. Неплохо! Можешь обвинять обоих, сначала одного, потом другого. Оба идиоты, причём один ещё и мошенник. С кого хочешь начать?
— Мошенник предоставляет обвинению больше возможностей.
— Верно, к тому же он хронологически первый. Мне кажется или у нас действительно пахнет капустой?
Наконец Марина могла вставить слово:
— Бигос. Если окажется ненужным, его можно съесть и в другой раз. Ведь чем дольше стоит, тем лучше делается. И я подумала…
— А вот это напрасно. Нет-нет, дорогая жена, вот думать тебе совсем не след. По опыту знаю, что твой бигос бьёт все рекорды, и мне очень интересно, как воспримут его иностранные едоки. Я правильно понимаю, готовишь его к бриджу?
— Ну да, ты же сам сказал.
— Надеюсь, одним бигосом ты не ограничишься? Будут и другие блюда?
— Ну, знаешь!
— Ты права, глупый вопрос. В кулинарном отношении могу на тебя положиться целиком и полностью, если, разумеется, ты не решила по злобе испортить мою карьеру. Надеюсь, нет, ведь она в некотором отношении и твоя.
Видя, что тётка пошла пурпурными пятнами и вот-вот взорвётся, племянница поспешила перевести разговор. Даже не побоялась перебить дядюшку. В данном случае имела на это право, он же сам велел ей рассудить должника и кредитора.
— Может, оставим пока дядину карьеру в покое и вернёмся к нашим баранам? — предложила она. — Например, поговорим о мошеннике. Мне нужны данные.
По застарелой привычке Каролю хотелось немного поизмываться над женой, но девушка права, ведь он сам велел ей поупражняться в юриспруденции. К тому же это интересней, чем поднадоевшие стычки с супругой.
И хозяин, оставив в покое жену, обратился к племяннице:
— Итак, мошенник взял у одного идиота деньги в счёт оплаты за материальные блага и не предоставил последних. Не имея никаких шансов на получение обещанных благ и даже возврат денег, идиот отомстил мошеннику, раздолбав его машину. Что говорят об этом наши законы?
Юстинка потребовала подробностей, за что Марина была ей искренне признательна, уже догадавшись, что разговор идёт отнюдь не абстрактный. Очень хорошо, не придётся ждать до завтрашнего дня.
Ну и выяснилось, что в Варшаве имеется не один «ягуар». Так уж ей не повезло, что свою машину Кароль, по обыкновению, припарковал в некотором отдалении от казино, а на платной стоянке стояла машина совсем другого, ни в чем не повинного человека. И как раз рядом с машиной негодяя Бавольца. Распоясавшийся Сухчик раздолбал чужой «ягуар» заодно с машиной своего врага, просто так уж разошёлся. Весть о погроме на стоянке мгновенно обежала все казино, заинтересованные лица выскочили на улицу, Кароль тоже вышел, просто из любопытства, убедился, что его машина в безопасности, поэтому спокойно, стоя в сторонке, наблюдал за спектаклем до самого приезда полиции.
Юстина с воодушевлением взялась за дело. По её личному мнению, кредитор должен пользоваться по закону правом выдрать из должника свои деньги даже силой. Увы, параграфы нашего кодекса трактовали данный прецедент несколько иначе, и, к сожалению, именно с ними следовало считаться. А кроме того, приведение в негодность транспортного средства никоим образом не приближало к цели. Однако, если бы у неё был выбор, она бы предпочла обвинять должника, ибо противная сторона, то есть кредитор, с её точки зрения, располагал многими смягчающими вину обстоятельствами и хороший адвокат положил бы обвинителя на обе лопатки. Кароль попеременно выступил в обеих ролях и получил большое удовольствие.