Когда мы добрались до 'Айзаба, оказалось, что султан ал-буджат ал-Хадраби ведет войну с турками, и что он уже потопил[165] их корабли, и что турки перед ним бежали. Таким образом, оказалось, что переезд через море для нас невозможен. Поэтому мы продали приготовленную провизию и вернулись в Верхний Египет вместе с арабами, у которых мы наняли верблюдов. Мы добрались до города Кус — о нем было рассказано раньше — и оттуда спустились по Нилу. Это было время разлива, и мы, преодолев расстояние в восемь дней плавания, добрались из Куса в город Каир. В Каире мы провели одну ночь и после этого я направился в страны Сирии. Это было в половине месяца ша'бана семьсот[166] — двадцать шестого года.[167]

Рассказ о шейхе Са’иде ал-Хинди[168]

Когда-то давно шейх Са'ид отправился к царю Индии Мухаммад-Шаху. Мухаммад-Шах дал ему большую сумму денег, с которыми он пустился обратно в Мекку. Однако эмир 'Утайфа[169] бросил его в темницу и требовал от него уплаты этих денег. Шейх Са'ид отказывался и был подвергнут пытке. Ему сдавливали ноги. Тогда он отдал двадцать пять тысяч дирхамов в виде серебряных слитков. Его отпустили, и он возвратился в страны Индии. Я видел его там. Он жил в доме эмира Сайф ад-дина Гада, сына Хиббату-л-лаха ибн 'Иса ибн Муханна, эмира сирийских арабов. Гада жил в странах Индии и женился на сестре индийского царя. Я еще расскажу о нем.

Царь Индии дал шейху Са’иду какую-то сумму денег, и шейх вместе с каким-то хаджжием по имени Вашал[170] отправился в дорогу. Этот Вашал принадлежал к числу людей эмира Гада, и эмир послал его привезти к нему некоторых его людей. Он отправил вместе с Вашалом деньги и подарки, среди которых была почетная одежда, пожалованная ему царем Индии в ночь его бракосочетания с его сестрой. Эта одежда была из голубого шелка, вышита золотом и так украшена укрепленными на ней драгоценными камнями, что цвет ее не был виден из-за их множества. Эмир послал также вместе с Вашалом пятьдесят тысяч дирхамов, чтобы Вашал купил для него породистых коней.

Шейх Са'ид отправился в путешествие вместе с Вашалом. На деньги, что с ними были, они купили разных товаров. И вот, когда они были около острова Сокотра — по имени которого называется сокотрийское алоэ, — на них напали индийские разбойники, на многих кораблях. Между одними и другими произошла упорная битва. В ней погибло значительное число людей с обеих сторон. Будучи стрелком из лука, Вашал убил какую-то их часть. Но затем пираты одержали верх над путешественниками и пронзили Вашала таким ударом копья, что после этого он от него умер. Пираты взяли у них все, что у них было, но оставили корабли с инструментами для путешествия и с провизией. После этого путешественники направились в Аден. В Адене умер Вашал.

У этих пиратов обычай убивать кого-либо только во время битвы. Они также никого не топят. Они только отбирают деньги и отпускают людей отправляться на своих кораблях, куда они хотят. Они также не захватывают невольников, так как сами принадлежат к их роду.

… Затем мы отправились в море из Джидды на корабле, из тех судов, которые называют ал-джалба.[171] Корабль принадлежал Рашид ад-дину ал-Алфи ал-Йамани, хабашийцу по происхождению. Шериф Мансур ибн Абу Нума[172] ехал на другой джалбе. Он очень хотел, чтобы я ехал вместе с ним. Но я не сделал этого, потому что вместе с ним на его джалбе были верблюды, и я боялся этого, и к тому же до этого ни разу не ездил по морю. Там была также группа жителей Йемена, которые уже погрузили на джалбы свои вещи и запасы и были готовы к путешествию.

Рассказ о дирхамах, спрятанных в мешке[173]

Когда мы поплыли по морю, шериф Мансур приказал одному из своих рабов принести мешок с мукой — половину груза, который несет верховое животное, — и горшок масла, взяв их с какого-нибудь корабля жителей Йемена. И тот взял и то и другое и принес ему. Купцы же пришли ко мне, плача, и рассказали, что внутри этого мешка находится десять тысяч серебряных дирхамов. Они просили меня поговорить с Мансуром относительно возвращения мешка и чтобы он взял другой мешок. Я пошел к Мансуру, поговорил с ним об этом и сказал ему, что в середине этого мешка что-то лежит, что принадлежит купцам. Мансур сказал: «Если это вино, то я его им не отдам. Если же это что-то другое, то оно останется за ними».

Мешок открыли и нашли в нем дирхамы. Мансур отдал их купцам и сказал мне: «Если бы на моем месте был 'Аджлан, то он бы их не отдал». А 'Аджлан — это сын его брата Румайсы. Немного дней до этого он вошел в дом одного дамасского купца, который направлялся в Йемен, и унес большую часть того, что там было. А в настоящее время 'Аджлан — эмир Мекки. Он переменил свое поведение и выказал справедливость и достоинство.

Затем два дня мы плыли по этому морю при благоприятном ветре. После этого ветер переменился и погнал нас с того пути, по которому мы следовали. Морские волны низвергались посреди нас внутри корабля. Волнение людей усилилось. И страх их прекратился, только когда мы сошли на берег, расположенный между 'Айзабом и Савакином, на якорной стоянке, которая называется Ра'с Дава'ир.[174] Мы сошли там на берег и нашли на берегу тростниковую хижину, похожую по форме на мечеть. В ней было большое количество скорлупы страусовых яиц, которые были наполнены водой. Мы попили этой воды и приготовили на ней пищу. Я видел на этой якорной стоянке удивительную вещь. Эта бухта похожа на реку, которая выходит из моря. И вот люди взяли свои одежды, и, держа их за края, опустили в воду, и вытащили из воды наполненные рыбой. Каждая рыба имела размер в локоть, (и в ней признали рыбу,) которая называется ал-бури. Люди варили ее в большом количестве, а остальное изжарили. К нам пришла группа ал-буджат. Они — жители этой страны и имеют черную кожу. Одеждой им служат желтые покрывала. Свои головы они повязывают полосками ткани красного цвета шириной в палец. Они — люди храбрые и смелые. Оружие их — это копья и мечи. У них есть верблюды, которых называют ас-сухб,[175] и они ездят на них с седлами. Мы наняли у них верблюдов и отправились вместе с ними через пустыню, изобиловавшую газелями. Ал-буджат не едят газелей. И поэтому они привыкают к человеку и не бегут от него.

После двух дней пути мы достигли лагеря арабов, известных под наименованием аулад кахил, смешавшихся с ал-буджат и знающих их язык. В этот же день мы достигли острова Савакин.[176] Остров расположен на расстоянии около шести миль от материка. На нем нет ни воды, ни посевов, ни деревьев. Воду на остров привозят на лодках. На острове есть цистерны,[177] в которых собирается дождевая вода. Остров этот большой. На нем можно найти мясо страусов, газелей и диких ослов. У этих арабов много коз, есть молоко и животное масло. Часть от всего этого они посылают в Мекку. Единственное зерно, которое у них есть, — это ал-джурджур, а это вид проса, с большими зернами. Они его также вывозят в Мекку.

вернуться

165

Оба издания дают в данном случае глагол харака (ха с точкой), который мы и переводим как «потопить». Если же видеть здесь ошибку и предположить необходимость глагола харака (ха без точки), то перевод будет «сжег их», что, может быть, по смыслу подходит больше.

вернуться

166

В издании Д слово «семьсот» отсутствует (t. I, p. 111).

вернуться

167

3 июля 1326 г., если за половину месяца считать 15 число.

вернуться

168

В издании Д: «Рассказ» (t. 1, р. 361).

вернуться

169

Бейрутское издание дает огласовку этого имени с даммой, что отражено в нашем переводе. Перевод Д дает огласовку 'Атифа (t. I, p. 361).

вернуться

170

В переводе Д (t. I, p. 362) дана огласовка «Вашл». Мы даем огласовку бейрутского издания.

вернуться

171

В перевод Д включено объяснение: «После слова джалба добавлено в скобках: ”большая барка или гондола, сделанная из досок, соединенных веревками из нитей кокосовой пальмы”».

вернуться

172

Мы даем огласовку этого имени согласно бейрутскому изданию. В издании Д всюду последовательно дана огласовка «Неми» (t. 2, р. 158).

вернуться

173

В издании и переводе Д: «Рассказ» (t. 2, р. 159).

вернуться

174

Букв. «Мыс водоворотов».

вернуться

175

Букв. «рыжей масти».

вернуться

176

Бейрутское издание дает огласовку «Савакин».

вернуться

177

В тексте слово сахаридж, мн. ч. от сихридж, которое имеет значение и «цистерна», и «водоем».