— Так я же рассказывал — на болоте языковой амулет к местному жителю применил.
— А кого ты своим языковым амулетом на болотах «осчастливил»?
— Не знаю, мы не знакомились, предполагаю, что либо архивариус, либо книгочей — очки у него были. А у вас, у хумансов, только такая категория глаза себе постоянно портит, да причем так, что магическое лечение слишком дорого обходится. Вот и щеголяют в очках.
Отвлекшись, обратил внимание на греющего уши радиста и прикинув про себя, что дальнейшее его присутствие тут явно лишнее, обратился к Кадорину:
— Капитан, есть серьезный разговор.
Многозначительный взгляд делает свое дело, и капитан отправляет Олега на другую сторону поляны.
— Да?
— Просто, перед тем как отправиться к главе своего Дома, ты должен кое-что узнать. Когда запустили источник магии, я воспользовался последним одноразовым амулетом связи, который у меня оставался и связался со своим руководством.
Судя по выражению глаз капитана, это его очень сильно обеспокоило. Видимо, он уже полностью просчитал все плюсы и минусы моего наличия на карте этого мира, а тут я со своими новостями.
— И какие новости?
— А ты как думаешь, что могут сказать командиру, положившему весь свой отряд и оставшемуся при этом в живых? Правда задание я все же выполнил, это, кстати, и спасло мне жизнь — иначе живьем бы сожрали. А так — устроили разнос. Предложили два варианта. Или ждать спасения, когда у них руки дойдут. А это может случиться и через пятьдесят и через сто лет. Маги у нас неторопливые. Да и срок жизни подождать позволяет. Или второй вариант.
Выражение лица Андрея стало вопросительным. А мои лицевые мышцы буквально принялись разрываться от боли — волевые усилия по поддержке спокойного выражения лица были просто чудовищные.
— Ну и как звучит второй вариант?
— Дом принял мою отставку с поста сотника наземной разведки. И с благословения Ллос, предложили занять пост главы Дома Риллинтар в этой реальности.
С этими словами и абсолютно серьезным лицом я продемонстрировал капитану качественную иллюзию, перстня лежащую на ладони моей правой руки. Причем не просто лежащую, после включения моего извращенного воображения колечко немного поменяло свой внешний вид. Брюшко паука теперь светилось изнутри пульсирующим красным светом, а лапки — лапки находились в постоянном движении, смещаясь буквально на пару миллиметров и возвращаясь обратно. Особую гордость вызывали оскаленные хелицеры, зазывно ощупывающие воздух. Дополнительное удовольствие принесло мне выражение ужаса и брезгливости на лице Кадорина. Ага, хуманс-то у нас паучков боится!
Каких усилий мне стоило задушить жестокую ухмылку, пытающуюся прорваться на мое лицо — не знает никто. С предельно серьезным лицом я протянул руку в сторону капитана и торжественно произнес:
— L'elamshin d'lil Ilythiiri zhah ulu har'luth jal.
Небольшое усилие воли и иллюзия разжимает лапки, поднимается на них и начинает двигаться. Чуть пошатываясь при ходьбе, эта иллюзорная тварь подошла к основанию безымянного пальца и аккуратно обняла его лапками. Махнув в сторону, покрывшегося холодным потом, побелевшего лица капитана хелицерами и издав тихий скрежещущий звук, подобный звуку пенопласта по стеклу, иллюзия поудобнее ухватилась лапками, переползла тельцем на внешнюю сторону фаланги и покрутив там брюшком поудобнее устроилась. Дождавшись, когда я переверну ладонь, эта тварь покровительственно скрежетнула и медленно, размерено замерцала камнем в такт биению моего сердца.
— Капитан Дома СССР, Кадорин Андрей Геннадьевич, глава Дома Риллинтар приветствует тебя.
Несколько секунд тишины и почти слышимое шуршание шестеренок в голове у Андрея. Все же озадачил я его знатно. Но к его чести, он быстро опомнился и взял себя в руки.
— Так значит, тебя можно поздравить?
— Угу — поздравить. — Скептически хмыкнул я. — Было бы с чем. Связался на свою голову с родиной.
— А что такое? Вроде даже повысили? Ты же ведь если не ошибаюсь, старшим сотником был? А теперь вон — глава Дома. Это если сравнивать с нашим миром, чуть ли не глава Республики.
— Да ссылка это Андрей — почетная ссылка. Старший сотник наземной разведки — это прямое подчинение главе Дома. Фактически, правая рука. Тут интрига почище — навязали мне в отряд тут одного специалиста. Подсидеть коллеги решили. А отбрыкаться от него не получилось. Так вот, когда мой отряд пропал при выполнении задания, та же команда на совете Дома такой вой подняла. Мол — подрыв обороноспособности Дома Риллинтар, сговор с эльфами и шпионаж в пользу хумансов. Всё припомнили. Хоть послужной список у меня чистый, но все равно грязи накопали. Благо в совете моих людей больше было — кое-как отбились. А тут и я нарисовался. Мне и предложили поправить свою репутацию, организовав отделение Дома в этом мире. Просто потеря отряда, да и сам факт, что меня в ваш мир затянуло, все это нанесло очень серьезный удар по моей репутации. Мне даже намекнули, что две-три человеческих жизни пред темные очи совета Дома мне лучше не появляться. Да и с этим назначением без пакостей не обошлись — назначение на эту должность без высланной в помощь жрицы для работы с подчинёнными, коих, кстати, тоже не прислали, это нонсенс. Ну, подчиненных я в принципе найду, подвижки к этому уже есть. А как, скажи на милость, без жрицы защиту от враждебных богов обеспечить? А… Ссвет! У вас же богов нет… Ну, хоть тут повезло.
— Нда… Ситуация… Мне почти тоже самое предстоит. Как подумаю, как начальству всю эту историю объяснять буду….
— Кстати, ты готов?
— К чему?
…
Недоуменный взгляд капитана попытался проникнуть под тьму капюшона, скрывавшего лицо дроу.
— Как к чему? Ты к своим собираешься? Собираешься. Обо мне докладывать ведь тоже будешь? Вот. А у нас ситуация изменилась — я теперь у вас не просто гость, а представитель возможного союзника. А это значит, что надо устраивать дипломатические отношения с руководством твоего Дома. Самый безопасный вариант, в моем случае — написать письмо. Или у вас дела по-другому делаются? Материал я уже подготовил. У Духа Чащи восьминогие работники всю ночь старались, свиток делали. Зато, смотри, какая красота получилась.
С этими словами дроу развернул перед капитаном, до той поры скрываемый за спиной свиток. Свиток матово-черного цвета. Чем вызвал удивленный взгляд Андрея. Все же на старушке Земле привыкли к немного другой цветовой гаме посланий.
— Это что?
— Основа для письма. Самый лучший шелк в этом лесу, кой-какие травки и чуток магии. Ну что ты такой скептик, капитан? Ты вот посмотри, как сделан. Ни одного хвоста нитей, причем плетение не плоское, а объемное. Вон на просвет попробуй.
Настороженно пыхтящий капитан, осторожно взяв в руки этот плотный, поглощающий свет материал, принялся его осматривать. Следов плетения он действительно разглядеть не смог, как, впрочем, и любых других следов. Даже край листа выглядел не обрезанным, а каким-то странно закругленным. Из-за почти отсутствующего веса возникало ощущение, что в руках находится, неведомым образом выкроенный кусок первородной темноты. Обладающий при этом текстурой и толщиной, причем, по мнению капитана, черезмерной. Что он и не замедлил озвучить.
— Так чего ж он такой толстый, это ведь даже не бумага, а картон какой-то получается. Да и мягкий очень, писать будет неудобно. И что за восьминогие работники? И шелк в этом лесу откуда?
В ответ дроу разразился следующей тирадой:
— Ну, хумансы, ну вы даете. Обычный шелк. Его пауки делают. Их Дух чащи согнал, вот они и расстарались. Обычное дело. А текст ты как писать собираешься — неужели на поверхности, чтобы все видели? Так тогда нашу переписку только ленивый прочитать не сможет. Ты думаешь, капитан, зачем я у тебя недавно крови просил? Вот сейчас, как раз и узнаешь. Есть что подложить?