Наконец-то были изготовлены гарпуны и копья, и, вооружившись ими, мы поспешили вернуть себе утраченную в охоте на «амингма» честь. В конце концов даже один добытый бык мог бы удовлетворить наши нужды. Неумолимо приближались зимние штормы. Мы оставались не только без пищи, но и без топлива, и без одежды. Прилагая отчаянные усилия для того, чтобы выбраться из областей, где мы были бы обречены на голод, мы побросали наши зимние меха, включая спальные мешки. Наша летняя одежда совершенно износилась. Мы нуждались в топливе и в жилах, жире и рогах.
Однажды мы заметили стадо мускусных быков — 20 животных спокойно паслись на лугу, подобно коровам в прериях Запада. Это было восхитительное зрелище. Они разделились на семейные группы. Шерсть на самцах была слегка коричневатой, а самки и молодняк были облачены в великолепные черные мантии.
Заполучить хотя бы одного из них казалось делом безнадежным, но наши насущнейшие нужды приказывали нам двигаться вперед. Поблизости не было нагромождения каменных глыб, однако каждый из нас прихватил с пригоршню крупных камней, так как нашей целью было произвести внезапную бомбардировку, чтобы заставить их отступить в беспорядке и рассыпаться среди скал.
Мы приблизились под прикрытием невысокого, поросшего травой холма. Когда нас обнаружили, бык издал громкое сопение и бросился к своим сородичам, после чего все стадо встало в круг, разместив молодняк в центре.
Мы совершили свое «притворное» нападение и забросали животных камнями. Быки продолжали стоять почти неподвижно, пригнув к земле головы. Когда камень попадал в одного из них, бык издавал короткое фырканье и чуть заметно переступал ногами, но тут же застывал, продолжая наблюдать за нами. Вскоре наш запас камней иссяк, а животные стали понемногу перестраиваться. Мы истолковали это как подготовку к активным действиям и поспешили ретироваться.
Дни были еще долгими, а ночи достаточно светлыми для наших охотничьих операций, если мы были в состоянии не смыкать глаз. Однако бич голода лишил нас сна. Итак, мы решили разыскать менее внушительную группу животных в более благоприятном для нас положении. Мы продолжали поиск до тех пор, пока уходящее за горизонт солнце, его отблески не отмерили время полуночи. Компас служил нам указателем времени.
Когда Этукишук добыл зайца с помощью лука, мы поднялись на скалистую возвышенность и уселись, чтобы умиротворить наши голодные желудки, не прибегая к помощи костра. С вершины этой возвышенности мы заметили группу из четырех мускусных быков, которые спали неподалеку от кучи камней.
Это послужило для нас призывом к выступлению. Планирование операции заняло немного времени. Ветер позволял нам атаковать со стороны скал, на которые мы рассчитывали в случае отступления. Мы также набрали мелких камней. Камни превратились для нас в необходимую часть нашего вооружения. Наша первая попытка была основана на предположении, что животные продолжали спать. Однако они попросту пережевывали жвачку и, когда мы приблизились, тут же поднялись на ноги, образовав круг. Мы обрушили на них шторм камней, и они встали под укрытие скал. Мы продолжали медленно наступать, время от времени швыряя в них камни для того, чтобы предотвратить атаку с их стороны, прежде чем мы сами сможем воспользоваться укрытием скал.
Теперь кроме лука, стрел и камней мы имели еще и копья. Эти копья мы метнули, когда быки бросились на нас. Два копья бьли разбиты в щепы, прежде чем мы успели выдернуть их с помощью линя. Копья нанесли животным лишь легкие ранения. Отметив невероятную силу животных, мы поначалу посчитали неблагоразумным рискнуть гарпуном и его драгоценным линем. Однако гибель двух копий не оставляла для нас другого выхода.
Авела метнул гарпун и попал в ребро животного. Гарпун отскочил, высек искру на скале и был уничтожен. К счастью, мы имели при себе запасной наконечник, который быстро приспособили к делу. Затем мы стали двигаться так, чтобы спровоцировать нападение быков.
Двое быков бросились на нас одновременно — старый и молодой. Этукишук метнул гарпун в молодого, и оружие вонзилось в тело животного. Линь был предварительно закреплен за скалу, и животное, раненное, по-видимому, недостаточно серьезно, побежало к своим соплеменникам. Линь лежал на земле со слабиной, и один из быков немедленно атаковал его рогами, копытами и зубами. Однако линь ему не удалось порвать.
Теперь надо было отделаться от трех других животных, чтобы они не мешали нам иметь дело с быком на лине. Нам оставалось только забросать быков камнями, что оказалось весьма эффективным средством. Трое быков разбежались и взобрались на усеянный камнями мыс-утес, где самый старый бык задержался, чтобы наблюдать за нами. Молодой бык делал отчаянные попытки спастись бегством, однако линь из кожи тюленя был прочным и эластичным. Удачное попадание копья с близкого расстояния завершило битву. Затем мы стали наступать на старого быка, который был в одиночестве и в удобной для нападения позиции. Мы набрали камней и стали приближаться, швыряя их в животное. Как мы обнаружили, это вовсе не причиняло ему вреда, однако напасть на нас он не решался. Покуда мы теснили его, он, зловеще всхрапывая, постепенно отступал к самому краю утеса, не предпринимая никаких попыток для того, чтобы спастись бегством по боковой полке утеса или напасть на нас. Он уставился на нас большими карими глазами, нацелившись своими мощными острыми рогами. Очевидно, он собирался неожиданно броситься на нас и пятился, стараясь выиграть время и пространство, однако каждый из нас держался так, чтобы не отходить далее чем на несколько ярдов от ближайшего большого камня.
Неожиданно для быка мы, держась поближе к длинной скале, которая могла бы послужить нам укрытием, открыто напали, забрасывая быка камнями. Каменный шторм возымел свое действие. Бык, придя в раздражение и потеряв самообладание, нетерпеливо отступил на один шаг назад и совершенно неожиданно упал с утеса, приземлившись на скалистый гребень внизу. Посмотрев на него сверху, мы увидели, что он сломал переднюю ногу. Обрыв был не более 50 футов высотой, и мы воспользовались копьем, чтобы прекратить страдания бедного животного. Теперь мы были богаты и могли позволить себе поразмять желудки, сократившиеся от продолжительного голодания. Разделанный бык одарил нас 300 фунтами мяса и сотней фунтов сала.
Мы взвалили на спины столько мяса и сала, сколько могли унести, и направились к нашему зимнему лагерю, находившемуся в десяти милях от нас. Оставленное мясо было тщательно накрыто тяжелыми камнями. На следующий день мы вернулись с парусиновой лодкой, высадившись на берег примерно в четырех милях от места сражения. Когда мы приблизились к тайнику, то, к нашему ужасу, обнаружили несметное количество медведей и песцов. Медведи разворотили камни и забрали так тяжело доставшуюся нам добычу, а песцы и вороны подобрали все остатки, уничтожив даже шкуры. Песец поплатился позднее своей шкурой, а медведь всякий раз переигрывал нас.
Мы были готовы продолжать охоту, однако отказались от использования гарпуна. Для топлива нам нужен был моржовый жир, и если бы мы лишились гарпуна, то потеряли бы всякую надежду атаковать другими приспособлениями столь мощное животное, как морж. Высаживаясь на сушу, мы приметили небольшое стадо мускусных быков, однако ветер дул с нашей стороны, и они исчезли. Мы решили преследовать их. Через несколько дней мы нашли их среди волнистых холмов, где отступившие ледники оставили множество эрратических валунов.[163] Быки по своему обыкновению выстроились в круг, как только обнаружили нас. Их было семь, все очень крупные, с огромными рогами. Дул пронизывающий ветер, он наметал снег, что затрудняло нашу задачу.
Начинать сражение градом камней стало нашей обычной тактикой, и мы никогда не отказывались от нее, продолжая совершенствовать свое охотничье искусство. Однако манера, в которой мы швыряли камни, зависела от того, какого результата мы желали добиться. Если мы хотели, чтобы быки отступили, мы совершали комбинированное нападение, швыряя камни в стадо. Если же мы желали, чтобы быки оставались на месте, и сами провоцировали их на нападение, то приближались медленно и бросали камни несистематически, более или менее наугад. Если же мы хотели, чтобы животные атаковали нас, тогда один из нас подходил как можно ближе и запускал здоровенным куском скалы в голову животного. Камни были дешевым и очень эффективным оружием.
Note163
Валуны различных размеров, перенесенные и переотложенные различными природными агентами (нередко ледниками) из районов распространения материнских пород.