1908 г. 12 июня Пройдено 15 миль 10.30 — 5. Небольшие поля, но хорошее продвижение вперед; небо черно на востоке.
1908 г. 13 июня Пройдено 14 миль 10 — 8 утра. Туман рассеялся впервые после последнего определения места. Земля в пределах видимости к югу и востоку. Земля Аксель-Хейберг и Земля Эллеф-Рингнес; водяное небо; небольшие поля; мелкобитый лед и снежные наносы к востоку. Нас унесло далеко на SW, а разведка льда к востоку говорит о том, что там только мелкие поля и открытая вода. Достичь Земли Аксель-Хейберг невозможно. Какова же наша судьба? Продовольствие и топливо почти на исходе, хотя у нас в запасе 10 костлявых собак. Рассчитывая на них и небольшой запас пеммикана, мы сможем протянуть еще суток 20. Как бы там ни было, мы должны куда-то идти. На юге наша единственная надежда.
Примечание. Все записи, начиная с 14 июня вплоть до 1 сентября, бегло набросаны в другом дневнике (собрание отдельных листков), где производились расчеты обсерваций при возвращении. Этот дневник вместе с инструментами был оставлен в Эта у мистера Уитни. Однако сами данные были переписаны на мысе Спарбо и, сослужив свою службу, больше не представляли ценности, тем более что претенциозная публикация не предполагалась.
Другие заметки были сделаны на отдельных листках бумаги или на страницах записной книжки. Многие листы были порваны, записи на других стерты, чтобы освободить место для записей, которые казались более важными, и лишь немногие сохранились совершенно случайно.
Вопросы, которые возникают в связи с полемикой по поводу точности выхода в точку Северного полюса с помощью обсерваций
В ходе дискуссии о точности выхода в точку Северного полюса с помощью обсерваций рассматривался в высшей степени трудный для понимания чисто теоретический материал. В этой проблеме много интересного. Чтобы пролить свет на нее, имеет смысл вернуться со мной в ту неуловимую, почти воображаемую точку, которая зовется Северным полюсом. В общем-то мы не найдем никакого полюса — на сотни миль вокруг нет ничего, что помогло бы отыскать это место на Земле. Мы в центре необъятного подвижного моря льда — на 500 миль в любом направлении видим лишь однообразную, безжизненную пустыню плавучего, дрейфующего льда.
Тогда я верил, что мы достигли полюса, но мне никогда не приходило в голову, что от меня потребуют абсолютных доказательств этого. Ничего подобного не было с исследователями в прошлом. Устный рассказ обычно принимался на веру.
Давайте изучим, исследуем проблему снова. Существует ли позитивное доказательство проблемы такого рода? Может ли вообще отыскаться такой покоритель полюса, в победе которого будут абсолютно уверены? Ведь там, на полюсе, нет обычных ориентиров, которые привязаны к поверхности земли координатами. Любая попытка собрать доказательства будет подобна определению места посреди Атлантического океана. Однако там, в океане, у наблюдателя есть огромные преимущества: вычисленное магнитное склонение, точный хронометр, всякого рода поправки. Там мы добиваемся точности не только с помощью тщательных наблюдений неподвижных звезд, но и использованием других астрономических данных, например всякого рода надежных таблиц приведения, которые рассчитывались десятилетиями. Там цель — берег — достижима легко и просто.
Всего этого мы лишены в центре Полярного бассейна в то время года, когда туда можно добраться и когда там нет ни ночи, ни звезд, а солнце, единственный ориентир, по которому можно вычислить местоположение, отнюдь не неподвижно. Оно висит над самым горизонтом. Его лучи, проходя сквозь густой лабиринт плавающей в воздухе влаги, преломляются прежде, чем достигнут измерительного прибора. Легкий туман парит над паковым льдом даже в ясные дни. Весьма низкая температура воздуха и все искажающий миражный эффект различных слоев воздуха с неодинаковой плотностью, температурой и влажностью — все это придает солнечному лучу, от которого и зависит расчет широты и долготы, подобно веслу, опушенному в воду, обманчивый вид. Весло кажется нам изогнутым. Солнечный луч преломляется точно так же, поскольку проходит через неизмеренную толщу воздуха, и для расчета рефракции нельзя вывести закон до тех пор, пока воздухоплавание не принесет науке данные для разрешения этой сложной проблемы географии атмосферы. По тем или иным причинам, которые мы рассмотрим, сама идея доказательства с помощью цифр, идея, надуманная мистером Пири и доморощенными географами, разбивается вдребезги.
Давайте рассмотрим наблюдение меридиональной высоты солнца. Это довольно надежный способ определения широты в большинстве зон земного шара, где за сотни лет мы научились пользоваться определенными поправками, которые в качестве законов приняты навигацией. Примерно за пять минут до наступления полудня по местному времени капитан с секстаном в руке поднимается на мостик. Он знает точное время, но, даже если бы и не знал, ему известно, что в полдень солнце набирает максимальную высоту и затем теряет ее очень быстро. Капитан сажает солнце на горизонт, получая определенный угол на лимбе секстана. Затем он откладывает инструмент в сторону. Через какое-то время он снова берет в руки инструмент, снова, посадив солнце на горизонт, снимает отсчет высоты. Однако полдень еще не наступил. Операция повторяется снова и снова — и вот наконец светило начинает опускаться. Наступил полдень по местному времени. Определение этого момента служит приблизительной проверкой времени. В течение обсервации наступает такой момент, момент абсолютно точный, когда солнце достигает высшей точки. Преимущества подобного метода сходят на нет в районах, близких к полюсу. Неделями хронометры содрогаются от трескающегося пака. Резкие перемены температуры тоже влияют на их механизм, в результате время — очень важный фактор, на котором основаны все астрономические измерения, — становится в лучшем случае величиной приблизительной. Только по этой единственной причине, если не принимать во внимание другие, например неизвестную величину рефракции и прочих оптических искажений, определение долготы у полюса становится делом трудным и ненадежным. Все соглашаются с этим, но, по утверждению доморощенных навигаторов, определить широту легко и просто. Посмотрим.
Близится полдень — время наблюдения солнца, но когда этот полдень наступит по местному времени? Хронометры либо сильно спешат либо отстают, и нет никакой возможности внести хотя бы приблизительную поправку. Я не имею в виду целые часы, но может существовать неизвестная наблюдателю разница в минутах, а каждая минута — это миля.
Давайте рассмотрим, как это влияет на наше полуденное наблюдение. За пять — десять минут до наступления полудня по местному времени наблюдатель настраивает искусственный горизонт и с секстаном в руке ложится на снег. Снегопад и ветер, от которых белеет нос, осложняют дело. Пальцы сведены холодом, работаешь в рукавицах, от холода в лучшем случае бегут по спине мурашки, глаза слепит снег. Наблюдатель на полюсе пытается проделать то же самое, что и капитан в море, однако он лишь гадает о точном времени. Он старается поймать солнце, когда оно достигнет максимальной высоты, но это так же трудно, как и угадать, когда моргнет стоящий к вам спиной человек.
Солнце не восходит и не садится, как это наблюдается в умеренных широтах, — день и ночь оно кружит над горизонтом спиралеобразно, почти параллельно горизонту, так что практически невозможно определить теми средствами, которые есть под рукой, когда же оно достигнет максимальной высоты. Вооружившись терпением Иова,[184] можно пролежать на снегу час, однако абсолютно точное определение меридиональной высоты или момента полудня по местному времени оказывается задачей неразрешимой.
В такой обсервации нет точности, и ее результат можно использовать только в сочетании с другими расчетами. Другие же расчеты в лучшем случае тоже нуждаются в введении пока неизвестных поправок на большую величину рефракции. Я уверен, что каждый, кто знаком с географией, согласится со мной, что в подобных случаях стрелка магнитного компаса может оказать значительную помощь, поскольку можно быть уверенным в том, что она указывает строго определенное направление. Тогда с ее помощью довольно просто получить приблизительное время и соответственно меридиональную высоту. Однако определение поправки магнитного компаса тоже основано на аккуратном отсчете времени, а кроме того, зависит от других местных и общих, но неизвестных условий, поэтому в полярных областях даже компас, этот становой якорь навигации, так же, как и другие средства определения местоположения, тоже ненадежен.
Note184
Персонаж библейских сказаний, отличавшийся долготерпением.