— Может быть, объясните, что вы имели в виду, или мне вам ногу прострелить?
— Лаженес — бандит из мафии. То же самое, что «Ангел ада», только без наколок. Он не продажный полицейский, потому что полицейским никогда не был. Он всегда был дерьмом, работающим на мафию и «Ангелов ада». Они его протащили в полицию и продвигали в управлении по службе. Потом нашли ему подходящее применение.
— В чем же оно заключалось?
— Они хотели убрать меня его руками. Тем хуже было для него, потому что он уже прилично проработал в полиции. Размяк, подружился с полицейскими, и в итоге нервишки у него сдали.
— Поэтому теперь он бумаги перебирает.
— Ты не думаешь, что он и здесь вполне может им пригодиться? Я, например, теперь совсем не удивляюсь, что они с такой легкостью проворачивают дела с угнанными тачками.
Билл Мэтерз провел рукой по волосам, потом саданул кулаком о переднюю панель.
— Табарнак! — выругался он.
— Что это с тобой?
— Я просил его отследить для нас «Q45».
Санк-Марс так газанул, что, обгоняя ехавшие впереди машины, выехал за бордюрную линию.
— Неужели, Билл, ты до сих пор не понял самых простых вещей? Бок о бок с нами работают люди, которым мы не можем доверять!
— Теперь я понял, Эмиль. Раз и навсегда.
Санк-Марс выскочил на улицу Ги и резко затормозил перед красным сигналом светофора.
— Ну и что из того, если они будут знать, что мы разыскиваем эту машину? — извиняющимся тоном спросил Мэтерз. — Как это может нам навредить?
— Пока трудно сказать… «Ангелы» не знают, зачем мы ищем эту «инфинити». Если бы речь шла только о них, я бы не беспокоился. Сами они не поймут, что делать с этой информацией. Но меня беспокоит этот малый из КГБ. — Санк-Марс постучал костяшками пальцев по рулю. — Если они знают слишком много, если они поймут, что мы ищем человека из ЦРУ, тогда, считай, мы подставили Селвина Норриса и засветили его человека.
Нарушив правила движения, он повернул налево на улицу Шербрук, где метрах в пятидесяти к западу от улицы Сан-Матье у ворот в старое, внушительное, мрачное здание семинарии они заметили «инфинити-СИ5». Санк-Марс остановился прямо за ней и вышел.
— Ты поезжай куда-нибудь, — крикнул он Мэтерзу, — а то я выйду из себя и натворю бед.
Молодой человек тоже вышел из машины, чтобы пересесть на водительское место. Санк-Марс распахнул пассажирскую дверцу «инфинити» и плюхнулся на кожаное сиденье. Перед тем как поставить ноги на шикарный ворсистый коврик, он постучал ботинками один о другой, чтобы сбить с них снег и соль.
— Я рад, что вы позвонили, господин Норрис. Введите меня в курс дела.
В роскошной обстановке машины детектив особенно явно почувствовал, насколько сам он был неопрятен после бессонной ночи — у него даже не было времени перекусить по-человечески.
— Вы понимаете мое положение, — начал Норрис.
— А вы — мое. Я хочу, чтобы женщина вышла из игры.
— Как я уже говорил вам раньше, я не могу спасти одного агента и поставить под угрозу всю операцию. Она имеет слишком большое значение. Вы же торгуете лошадьми, Эмиль, может быть, вы сами что-нибудь предложите?
Санк-Марс предвидел такой поворот событий. Интересно, знала ли девушка, что ее наставник будет торговаться за ее жизнь, соглашаясь ее сохранить только в том случае, если ему предложат равноценный выкуп.
— Давайте попробуем договориться.
— Вы хотите вывести девушку из игры. Мне нужен человек, который бы действовал внутри «Ангелов ада» и русских банд.
— Я бы сказал, вы хотите большего, — возразил Санк-Марс. — Вам нужен главарь русской организованной преступности в Северной Америке, вы хотите получить его голову на блюде. Кроме того, я полагаю, вы не стали бы возражать, если бы против вас не выдвигали обвинений в убийстве бывшего банкира «Ангелов».
При каждом доводе полицейского правая рука Селвина Норриса сильнее сжимала рычаг переключателя скоростей.
— Да, я жадный человек, — он улыбнулся. — Но, сдается мне, и у вас аппетиты немалые. Вы сами хотите взять этого русского главаря, обвинив его в убийстве Акопа Артиняна.
— Ничего подобного, — возразил Санк-Марс. — Убийцу Артиняна я уже посадил за решетку.
Агент ЦРУ уставился на Санк-Марса, ухмылка исчезла с его лица.
— Разве это не русский?
— Вы не настолько хорошо знаете «Ангелов», как вам бы хотелось.
Норрис слегка поджал губы в знак согласия. Если ему не было суждено одержать верх в ходе этой сделки, он в любом случае должен был получить от нее определенные выгоды. Санк-Марс не упомянул о самой важной потребности соперника, решив выбрать для этого более подходящий момент. Точно так же Норрис ничего не сказал о том, что было самым важным для полицейского. Как и в торговле лошадьми, они оба оставили самое существенное на конец переговоров.
— Вы меня поражаете, Эмиль. Вам удалось внедрить своего человека к «Ангелам». Я бы мог успешно использовать этот источник. Может быть, мы смогли бы договориться об обмене, удовлетворяющем обе заинтересованные стороны.
— Девушку надо оттуда убрать, — в который уже раз повторил Санк-Марс, — вместе с ее так называемым отцом. Я не хочу, чтобы в этом деле были задействованы неподготовленные штатские.
— Хорошо, — подумав, сказал Норрис, — предположим, мы выведем девушку из игры. Надежно ее где-нибудь спрятать будет нелегко, но, допустим, мы сможем этот вопрос решить. Ее фиктивный отец, естественно, тоже должен будет оказаться в безопасности. Но мне что-то надо взамен — я здесь не в бирюльки играю. Затронута общественная безопасность моей страны, под угрозой человеческие жизни. Мы не можем допустить, чтобы, объединившись, эти банды получили то, на что они рассчитывают. Что я буду иметь взамен, Эмиль?
Санк-Марс потер подбородок, как будто размышлял об ответе на заданный вопрос впервые. Он напомнил себе о своих собственных правилах: никогда нельзя допускать, чтобы у противной стороны создалось впечатление, будто обещанное легко получить.
— Господин Норрис, я готов познакомить вас с человеком, который в настоящее время уже действует внутри организации.
Норрис покачал головой, давая понять, что такое предложение не представляет для него особого интереса.
— Я навел справки, Эмиль. Моя протеже говорила о злокачественном смещении только одному человеку. Это дало мне возможность определить имя вашего осведомителя. Вы действительно меня поразили. Адвокат «Ангелов ада» и мафии — это отличная работа. Надеюсь, что когда-нибудь вы решите оказаться по мою сторону баррикад. Но проблема в том, что теперь, когда я об этом знаю, мне не нужна ваша помощь, чтобы выйти на него, разве не так?
Санк-Марс поднял правую руку и покачал в воздухе указательным пальцем. Этот жест должен был дать понять Норрису, что его позиция отнюдь не вызвала удивления полицейского. Он ожидал именно такого ответа, намеренно подведя к нему собеседника. Санк-Марс понимал сам, что одного Гиттериджа в этой ситуации будет маловато — у этого субъекта слишком много изъянов.
— Вам, господин Норрис, необходимо, чтобы я вас с ним познакомил. Ведь в данном случае вы имеете дело не с добропорядочным гражданином. Он наполовину антиобщественный элемент, как и остальные его подопечные. Исключение разве что составляет тот факт, что его мотивацией является страх. Сердце у него заячье. Я располагаю средством воздействия на него, а вы — нет. У меня есть бесспорные доказательства, на основании которых я могу привлечь его к ответственности за убийство Каплонского, поэтому, если вы решите меня обойти, я его засажу за Каплонского, а вы останетесь при собственном интересе. Без меня вам здесь не обойтись, господин Норрис, вам позарез нужны мои средства убеждения этого человека.
Норрис какое-то время смотрел через боковое стекло на улицу, потом заметил, что Санк-Марс внимательно рассматривает его отражение на стекле. В зеркальце заднего обзора он поймал взгляд Мэтерза в припаркованной сзади машине.
— Дело в том, Эмиль, что Гиттеридж ввел моего агента к «Ангелам», так сказать, представил ее им. Когда они вычислили Акопа, после того, как он был убит, следующим в списке оказался Каплонский, поскольку именно он ввел парня в банду. Мне очень неприятно об этом говорить, но Гиттеридж может стать их следующей жертвой. Поэтому вместо живого человека, которого я отдам вам, мне может достаться труп.