— Впрочем, ты, вероятно, права, откуда ему об этом знать. Ведь прошло почти два года. — В голосе матери звучала грусть.
— Я еще позвоню тебе, мама, и расскажу, как устроилась.
— Обязательно позвони, Конни, девочка моя, и не обращай внимания на мой тон. Все, что у меня осталось, — это моя гордость, и я не стану унижаться перед всеми этими… Сейчас я ношу голову еще выше, чем прежде.
— Мне приятно, что ты рада за меня. Передай привет мальчикам.
Конни понимала, что она теперь — чужая для двух четырнадцатилетних мальчиков, которые учатся в школе Бразерс в маленьком провинциальном городке, а не в престижном колледже иезуитов, куда их когда-то намеревались отдать.
Ее отец умер, а от матери помощи ждать не приходится. Теперь Конни может рассчитывать только на себя. Она сделает так, как посоветовал ей мистер Хэйес. Получив первую в жизни ответственную должность, она докажет, что умеет работать, заставит уважать себя. В «Хэйесе» ее запомнят не только как первого, но и как лучшего администратора, который когда-либо работал в этом отеле.
Мистер Хэйес снова и снова поздравлял себя с тем, какую блестящую кандидатуру ему удалось подобрать на должность главного администратора. К тому же, она так похожа на Грейс Келли! Интересно, думалось ему, как скоро она встретит своего принца?
Это случилось через два года. Разумеется, на Конни, как из рога изобилия, сыпались самые заманчивые предложения. В отеле останавливалось много бизнесменов, и они буквально выстраивались в очередь перед стойкой администратора, чтобы пригласить ослепительную мисс О'Коннор в дорогой ресторан или какой-нибудь фешенебельный ночной клуб, которые росли в окрестностях Дублина как грибы. Однако Конни оставалась непоколебимой. Она мило беседовала с ними, одаривала их лучезарной улыбкой и отклоняла все предложения, говоря, что никогда не смешивает работу с удовольствием.
— Хорошо, — в отчаянии вскричал Тедди О'Хара, — чтобы вам не приходилось «смешивать работу с удовольствием», я перееду в другой отель! Только согласитесь поужинать со мной! Я вас умоляю!
— Не очень-то это будет благородно с моей стороны — отплатить такой неблагодарностью отелю «Хэйес» за его доброту, — улыбнулась ему Конни. — Отсылать клиентов к конкурентам.
Обо всех своих ухажерах Конни обычно со смехом рассказывала Вере. Она каждый день навещала свою подругу, Кевина и Дирдру, которой мама вскоре должна была подарить братика или сестричку.
— Тебя приглашал сам Тони О'Хара? — с округлившимися от восторга глазами переспросила ее Вера. — О, Конни, выходи за него замуж, умоляю тебя! Тогда нам достанутся контракты на отделку всех его магазинов. Мы заработаем целое состояние. Выходи за него, ради Бога!
Конни посмеялась, но задумалась о том, что и впрямь могла бы помочь друзьям в их семейном бизнесе. На следующий день она сообщила мистеру Хэйесу о том, что знает одну очень хорошую фирму, которая занимается дизайном и отделочными работами, и что отель вполне мог бы в случае необходимости пользоваться ее услугами. В ответ мистер Хэйес сказал, что решение подобных вопросов он полностью передоверил одному из менеджеров, но зато в отделке и обновлении нуждается его собственный дом в Фоксроке.
Впоследствии у Кевина и Веры только и было разговоров о том, какой огромный и роскошный дом у мистера Хэйеса, какая милая у него семья. Кевин и его отец собственными руками со всей возможной роскошью отделали спальню его маленькой дочери Марианны. Надо же, у ребенка собственная ванная комната, выдержанная в розовых тонах!
Вере и Кевину было чуждо такое чувство, как зависть, но они не уставали благодарить Конни за то, что она оказала им такую протекцию. Качество их работы пришлось мистеру Хэйесу по душе, и он стал рекомендовать их своим друзьям. Вскоре Кевин уже катался по городу на новом мини-грузовичке, и они с Верой даже поговаривали о том, чтобы купить дом побольше — до того, как родится второй ребенок.
Конни продолжала поддерживать дружеские отношения с Джэко, который теперь трудился в бизнесе, связанном с торговлей электротоварами. Как-то раз ей в голову пришла мысль: а может быть, подыскать более приличную работу и для него? Вера обещала дипломатично прозондировать почву, а после разговора с Джэко сообщила подруге:
— Он не проявил особого интереса. На самом же деле Джэко сказал:
— Пусть эта зазнавшаяся стерва высушит свои благодеяния и повесит их на стену в рамочке.
Но Вера не любила раздоров.
А сразу же после того, как на свет появился второй ребенок Кевина и Веры, — его назвали Чарли, — Конни познакомилась с Гарри Кейном. Он совершенно не походил на бизнесменов, с которыми приходилось общаться Конни, и был самым красивым мужчиной из всех, кого она встречала: высокий, с густыми и вьющимися каштановыми волосами, которые спускались ему на плечи. Для каждого у него была наготове радушная улыбка, и сам он вел себя так, будто не сомневался: ему все будут рады. Завидев его, швейцары опрометью кидались открывать двери, продавщица в гостиничном магазине бросала всех остальных покупателей, чтобы вне очереди продать ему газету, и даже самой Конни, которую многие называли Снежной Королевой, было нелегко устоять перед чарами этого обаятельного плейбоя.
Однажды возникли проблемы с какими-то особенно капризными постояльцами, и Конни удалось решить их быстро и с большим тактом. Гарри Кейн оказался свидетелем этой сцены.
— Вы настоящий дипломат, мисс О'Коннор, — восхищенно сказал он, и Конни расцвела от удовольствия.
— Я всегда рада видеть вас в нашем отеле, мистер Кейн. Комната для переговоров, которую вы заказывали, приготовлена.
Гарри Кейн на паях с двумя партнерами, которые были гораздо старше его, владел процветающей страховой компанией. Бизнес в стране находился на подъеме, новые фирмы открывались десятками, и каждую нужно было застраховать. Многие смотрели на предприятие Кейна с подозрением: уж больно стремительно шли в гору его дела, а быстрый успех, как известно, — предвестник скорых неприятностей. Однако все опасения оказывались беспочвенными.
Партнеры Кейна работали в других городах: один в Гэлвее, другой в Корке, и каждую среду все трое встречались в отеле «Хэйес». С девяти до половины первого они в присутствии секретарши совещались в комнате для переговоров, а затем отправлялись обедать с различными важными персонами. Иногда это были промышленные магнаты, иногда профсоюзные лидеры, a иногда даже министры. Конни удивлялась, почему они не проводят встречи в своей штаб-квартире в Дублине. У Гарри Кейна была огромная престижная контора, и в ней работало не менее дюжины сотрудников. Наконец она решила, что бизнесмены предпочитают встречаться в отеле, чтобы их никто не тревожил. Поэтому в «Хэйесе» действовало строжайшее правило: в среду с комнатой для переговоров не соединяли никого из звонивших.
Наверное, только их секретарша знала все секреты своих боссов и то, какие скелеты они хранят в шкафах. По средам, когда все четверо приезжали, а затем покидали отель, Конни с любопытством смотрела на эту женщину. Та всегда носила с собой кейс с документами и никогда не принимала участия в деловых обедах. Но, тем не менее, она, по всей видимости, была самым доверенным лицом этой респектабельной тройки.
Конни подумала, что, вероятно, тоже с удовольствием работала бы вот так же на какого-нибудь влиятельного человека, причем желательно, чтобы тот был похож на Гарри Кейна. И она стала искать подход к этой женщине, используя все свое обаяние.
— У вас нет претензий к комнате для переговоров, мисс Кейси?
— Конечно, нет, мисс О'Коннор, в противном случае мистер Кейн не преминул бы сообщить вам об этом.
— Мы только что получили новую аудио- и видеоаппаратуру. Если у вас возникнет необходимость в оборудовании такого рода, вам стоит только сказать.
— Благодарю вас, но это вряд ли понадобится. Каждый раз у Конни возникало ощущение, что мисс Кейси норовит как можно скорее завершить разговор и уйти, словно ее чемоданчик набит ворованными деньгами. Впрочем, может, так оно и было. Конни и Вера могли часами обсуждать эту тему.