Изменить стиль страницы

-О, ты что, с Луны свалился, Драстен. Ты же правда не веришь, что я смогу направить два клана пойти войной друг против друга просто, что бы доказать свою правоту, не так ли? Это же смешно.

Его пристальный взгляд окинул ее с волос до тапочек и обратно. – когда я смотрю на тебя, девушка, я не знаю, во что я верю, и на данный момент, меня до чертиков утомило смотреть на тебя.

-Дай угадаю. Это значит я не получу поцелуй на ночь, а? – сказала она, скрывая свои уязвленные чувства за поддразниванием.

Он замер, его пристальный взгляд остановился на ее губах. Тогда он тряхнул головой и нахмурился. – Я обрученный мужчина, девушка, – натянуто сказал он.

-Напомни мне напомнить тебе об этом, в следующий раз, когда поцелуешь меня, как сегодня, – многозначительно сказала она: – Ты не можешь просто целоваться в одну минуту и прятаться за невестой в следующую. Как ты сказал тогда – ты не женат пока.

-И как я помню, тебя не заботило это.

-Я изменила мнение.

-И я поцеловал тебя только потому, что ты бросилась на меня…

-Хмм, вряд ли. Ты целовал меня потому, что ты хотел это сделать, – подчеркнуто сказала она: – Я может много и не понимаю в эмоциях, и я может новичок в сексе, но одну вещь, которую я точно знаю, это то, что ты хотел поцеловать меня.

Она резко развернулась и пошла вверх по лестнице.

Его рот неожиданно пересох, Драстен смотрел как она уходит. Он закрыл глаза и глубоко вздохнул. Она была права. Он хотел. Снова и снова и снова… до тех пор, пока она не растает в его объятиях и не станет умолять его взять ее. Не знакома с сексом? Он бы хотел научить ее всему чему угодно.

И, к тому же, он не думал, что сможет когда-либо устать смотреть на Гвен Кейсиди.

Глава 18

Она соблазнить его.

Таково было ее решение.

Когда он поцеловал ее вчера, она мельком увидела крошечный кусочек ее Драстена в его глазах. Она просто должна будет поцеловать его в ответ, что бы всколыхнуть его чувства. Может с каждой лаской, он восстанавливал неясный фрагмент памяти.

Ей все больше нравилась эта идея.

А его невеста? прошептала ее совесть.

Все средства хороши в любви и на войне, ворчало ее сердце. Прости, Анна, извиняющимся тоном добавила она. Я на самом деле не мужчино-ворующая девушка, но я влюбилась в него и не сдамся без боя.

Рассматривая себя в зеркале, он разгладила шелковое платье и изучила отражение. Платье цвета индиго сделало ее глаза голубе чем обычно. С ее косметичкой в Бог-только-знает-каком-измерении (ученый коротко обдумал виды двумерных миров, ну разве это будет не смешно?), она была благодарна ее ресницам, длинным и темным, и ее мягкой коже. Но она многое бы отдала за гигиеническую помаду, зубную щетку, и парочку трусиков.

Не плохо, решила она, поворачиваясь из стороны в сторону. Она потрясла пальцами челку, взъерошив ее. Она почувствовала себя …слабой, соблазнительной и прелестной. Она не знала, что процесс ношения длинного шелкового платье, может повлиять на осанку женщины. Оно заставило ее почувствовать себя намного женственнее, чем сделал бы лабораторный халат. Оно выделяло ее изгибы и подчеркивало талию. Корсаж платья сильно открывал ее ложбинку.

Драстен восхищался ее грудью, и она собиралась, конечно, показать ему ее сегодня.

Какими бы не были его чувства к невесте, это, казалось, не уменьшало его влечение к ней ни на кусочек.

Засунув руку в корсаж, она взяла в ладони одну грудь, затем другую, подтянула их выше в обтягивающей сорочке. Когда она распрямилась и посмотрела в зеркало, она покраснела. Надо работать с тем, что у нее есть,– напомнила она себе. Он сказал это только вчера.

*****

-С добрым утром, Сильван. Где Драстен? – спросила она, ярко улыбаясь, когда села за стол на стул рядом с ним.

Зарывшись носом в книгу, Сильван даже мельком не посмотрел на нее, просто продолжил глотать кашу, затем пробормотал. – Будет с тобой через минуту, моя дорогая.

Гвен терпеливо ждала, зная, как сильно она ненавидела, когда ей мешали, во время чтения. Надеясь, что Драстен скоро придет, она откинула голову назад и восхитилась элегантной балюстрадой, которая окружала верхний этаж Грейтхолла, потом перевела взгляд на великолепные гобелены украшающие станы.

Замок бы прекрасен и даже больше, так же щедро обставлен, как любые из современных замков, которые она видела во время туристической поездки. Каждый предмет мебели, который она видела – от обеденного стола для сортировки еды и заканчивая список большими шкафами, сундуками с одеждой и кроватью – сделанные из полированной вишни и тщательно украшенные замысловатыми узорами. Кресла были высокими, с обитыми подлокотниками и высокими спинками, с разложенными по ним яркими подушечками и покрытые мягкими шерстяными покрывалами. На полу лежали овечьи полости и тканые из шерсти ковры. Ароматные цветы и травы были вышиты кружевные мешочки, завязанные лентой, и разбросаны по наружным подоконникам.

Когда она спустилась, она прошла мимо дюжины служанок, мчащих по коридору, проветривать внизу тюфяки и выбивать коврики. Замком Кельтар хорошо управляли и поддерживали в чистоте.

В общем, это был изумительно уютный и привлекательный замок. Только основное различие, которое она смогла увидеть, было недостаток водопровода и света, и зимой, конечно, недостаток центрального отопления будет досадным.

Но, задумалась она, так много каминов – большинство из них такие высокие, что в них можно встать – и большой мускулистый Горец в кровати, и женщина может забыть о многих вещах…

Она стерла мечтательную улыбку с губ, когда вмешалась Нелл и поставила большое блюдо со сваренными без скорлупы яйцами и жирный ломоть ветчины на стол рядом с кусочками персика, ягод, орехов в озере сладких сливок. Вслед за этим, она с гротом поставила поднос с теплой овсяной кашей с медом.

Живот Гвен заурчал, когда она увидела заставленный стол. Если бы у нее был скотч, а она бы не могла отказаться есть, то просто заклеила ткань прямо на ее боках и бедрах, уступая неминуемому. Ее обычная тарелка отрубей с изюмом раньше никогда не внушала аппетит, но и не вдохновляла ее весы отклоняться сильнее в право.

– Положи свою книгу, Сильван, – упрекнула Нелл: – У тебя за столом гость.

Гвен прикусила губу и спрятала улыбку. Все, что Драстен говорил о его отце и домоправительнице, было правдой. У них были оригинальные отношения, при которых Нелл не смягчала ни слова, ни уступала свои позиции. Когда Нелл мелком посмотрела на нее, Гвен улыбнулась и полная надежды спросила :– А кофе этим утром тоже будет?

Сильван отложил книгу и рассеяно посмотрел на Гвен. Его взгляд опустился в ее вырез и одинокая белая бровь взлетела. Он несколько раз моргнул.

-Конечно будет, – сказала Нелл, огибая стол. Она встала за Гвен и опустила льняную солфетку на ее плечи, так что она спускалась с ее шеи как детский слюнявчик.

-Отодри свои глаза от груди девушки, – мягко сказала Нелл Сильвану.

Гвен вспыхнула двадцатью оттенками красного, подсунула руки под слюнявчик и подтянула ее корсаж, пытаясь хоть немного втрясти их назад. Омертвевшая, она целиком отдала свое внимание рассматриванию средневековым столовым предметам – тарелкам, кубкам, сделанным из тяжелого серебра, ложку и нож для хлеба, и тяжелые голубые миски.

-Она из тех, кто подтягивает их вверх, – возмущенно протестовал Сильван:– Я не собирался смотреть на них, но они были…так…здесь. Словно пытаясь увидеть солнце в небе.

Нелл изогнула бровь и снова обогнула стол. – Я с трудом верю тебе, что она специально подтянула их, не так ли, девочка?

Гвен посмотрела вверх и в смущении кивнула головой.

Нелл наклонилась над тарелкой Сильвана, потянувшись, что бы наполнить его пустую кружку, и ее корсаж натянулся. Когда Сильван провел за ним взглядом, Гвен чуть не засмеялась, но смех умер в ее горле, когда она увидела, как мгновенно изменились глаза Сильвана.