– Линь.
– Это как-то связано с Дианой Юнг, я уверен в этом. Кольцо, которое нашли возле тела…
– Может быть, ты прав, – нахмурился Сунь. – Но у нас еще нет этой девушки.
– Ну так будет. Ло Бин и десять человек против безоружных штатских…
– Безоружных? – Сунь поднял бровь.
– Ну, я предполагаю….
– Она находится с караваном «Стейтвинг». Согласно донесениям из доков, эти лихтеры, выходя из Гонконга, были на девяносто процентов укомплектованы бывшими моряками военно-морскими силами США. У них достаточно оружия, чтобы экипировать пехотный взвод. Но, Гоин, – Сунь позволил себе устало улыбнуться, – пожалуйста, не сообщай об этом Ло Бину.
Глава 30
Леон втянул антенну портативного телефона и покачал головой.
– Но он должен быть там!
– Генерал-майор Ло Бин убыл в Кантон и выйти с ним на связь невозможно. Никому не известно, чем он занят.
– Никто ничего никогда не знает. – Шелковым носовым платком Камнор вытер пот со лба. – Этот человек слишком опасен, чтобы оставаться на этом свете, – злобно произнес он.
– Что вы собираетесь предпринять?
Камнор уставился вдаль.
– Если он скрылся из поля зрения, это может говорить только об одном: он готов сделать свой ход. Через несколько часов он будет в Коулуне с половиной китайской армии. – Он снова вытер лицо. – Свяжись с Фоменко, узнай, что там у них.
– Я уже говорил с ним. Он сказал, что у них проблема. Они потеряли связь со своими людьми в Китае.
Камнор выругался.
– И фотографий «боинга» нет?
Леон покачал головой.
– Хорошо. Мы будем играть согласно обговоренному плану. Ло Бин хочет, чтобы компьютерная программа Клуба была уничтожена, не сработала, все что угодно. Я должен наложить на нее лапу, прежде чем Юнг сумеет использовать ее и перекачать отсюда деньги.
– Они не захотят дать ее вам.
– Захотят, когда выслушают меня. – Выражение его лица стало просто убийственным. – Давай покончим с этим фарсом.
Он вышел из туннеля и поправил обшлага на рукавах пиджака, войдя в подземный зал для заседаний как раз вовремя, чтобы услышать слова Саймона Юнга.
– …Я получил окончательный вариант программы «Свитка благоволения» от «Дьюкэнон Юнг электроникс» час назад. Она готова к работе.
– Ты проверил ее? – спросил Том Юнг.
– Да. Она в порядке.
– Так, значит, она существует, – пробормотал Гранвиль Петерсон. – На самом деле существует. Наконец-то. Это все, что нужно Тому, чтобы перекачать деньги из колонии. И где она теперь?
– Если ты не возражаешь, я бы предпочел пока умолчать об этом.
Александр Камнор вздрогнул от нетерпения. Он сверился со своими наручными часами, перепроверил их показания по циферблату, который он носил на рукаве пиджака, и подался вперед.
– Лучше было бы, чтобы она работала. Мы уходим завтра.
Атмосфера в подземном зале на мгновение изменилась от движения многих людей, менявших положение и застывших от изумления. Том Юнг откашлялся.
– Почему, когда нам еще столько предстоит сделать здесь?
– Потому что рынок на последнем издыхании, гонконгский доллар пробил сегодня нижний уровень поддержки, и мы не сможем и далее сохранять все в тайне. В воздухе носятся слухи всех видов, в том числе и о том – могу вам сообщить, – что самые богатые компании колонии убегают отсюда.
– Минутку, Алекс.
Том посмотрел в конец стола, чтобы определить, кто это сказал, и с облегчением увидел лицо своего союзника. Гарри Лонгмэн представлял одну из крупнейших риэлтерских групп Гонконга.
– Да, Гарри?
– Мы все знаем, что дела плохи. Когда лопнул этот грошовый банк, волнения просто должны были начаться. Но, похоже, русские и американцы уже начали разбираться в происходящем и скоро устранят имеющиеся между ними разногласия.
Лонгмэн, полный лысеющий англичанин немного за пятьдесят, окинул взглядом собравшихся, ища поддержки. У некоторых он нашел ее. Том увидел, как зашумели собравшиеся, и сжал под столом руки в кулаки. Неприятности сродни крепкому пиву: можно учуять, как они бродят и созревают.
Камнор сложил вместе указательный и большой пальцы и постучал ими по столу.
– Не понимаю тебя, Лонгмэн. Ты что, не заметил этим утром, что тебе пришлось прорываться сюда? Всюду вооруженная полиция, Корпорация отсечена от мира кордонами… Или ты сегодня не читал газет? Граница с КНР перекрыта. Корреспондента Рейтер выслали из Пекина, и ожидаются еще высылки. – Он повысил голос, в нем зазвучали истерические нотки. – Тайваньская пресса аж подпрыгивает от радости, они говорят, что близится новая революция; а ты проверял, сколько шифровок теперь получает и отправляет каждое посольство? Ты знаешь, что английский посол передает Лондону? И не прикидывайся, что тебе это неизвестно, потому что все, сидящие за этим столом, годами налаживали свою систему информации… Они передают, что посольство Таиланда сожжено до основания и что перед корейской дипломатической миссией был массовый расстрел демонстрации студентов, протестовавших против китайского империализма – китайского империализма, Боже мой! – Он широко развел руками. – Меня кто-нибудь слушает?
– Мы слушаем, Алекс. – Том попытался произнести эти слова с саркастическими нотками, но его попытка обернулась против него же самого.
Кто-то в дальнем конце стола эхом отозвался:
– Все в порядке, Алекс, мы слушаем тебя.
Ободренный Камнор захватил инициативу в свои руки.
– Хуже того. Согласно моим данным, именно Китай стоит за уничтожением того спутника связи, а вовсе не Советский Союз.
– Что?
Но Камнор поднял руку, остановив гул голосов.
– Если это правда, то вряд ли мне стоит говорить вам о последствиях, которые это повлечет для «Благоволения». Весь наш план основывается на наличии соответствующей связи со всем миром в течение всех критических часов. Если Китай сумеет отрезать нас…
– Кто сообщил тебе это? – В голосе Тома прозвучало нескрываемое подозрение.
– Надежный источник.
– Кто?
– Я не могу это разглашать.
– Тогда вряд ли ты можешь ждать…
– Доказательства скоро будут. Доказательства точно скоро будут.
– Когда? И какие именно?
– Самое позднее завтра. Заявления очевидцев, фотографии, сделанные внутри самолета, сбившего спутник. – Камнор оглядел всех присутствующих. Никто, судя по его высокомерному поведению, не смог бы распознать, насколько он блефует. – Говорю вам, я верю в эту историю и собираюсь действовать, основываясь на этих фактах.
– Успокойся, Алекс. Все мы знаем, что у тебя превосходные источники информации.
– Тогда давайте предпримем что-нибудь. Давайте уберемся отсюда, пока еще есть что спасать. Потому что «красный» Китай не только обладает возможностями для изоляции Гонконга, но им еще известно о плане «Свиток благоволения». Или они узнают о нем в самом скором будущем.
После секунды молчания, последовавшего вслед за взрывом этой бомбы, наступил хаос. Тому пришлось встать и прикрикнуть, прежде чем установился какой-то порядок.
– Хорошо, Алекс, – сказал он. – Мы выслушали твою драматичную речь. Теперь давай перейдем к сути. Что ты слышал?
– Спрашивать надо не меня. – Камнор повернулся так, чтобы теперь смотреть на Саймона Юнга обвиняющим взглядом. – Спроси своего сына, вот он сидит. Спроси его, где его дочь. И что ей известно.
Одна за другой головы присутствовавших поворачивались к Саймону, пока он не обнаружил, что все члены Клуба смотрят на него. Он откашлялся.
– Да, это правда, что Диана в Китае, – медленно начал он. – Джинни перед смертью попросила ее отвезти ее прах в Чаян. Но ей ничего, повторяю, ничего не известно о «Свитке благоволения». – Он сделал паузу. – К несчастью, она… она попала в переплет.
– Какой именно переплет? – спросил Лонгмэн.
– Центральное управление разведки село ей на хвост. – Голос Саймона поднялся и зазвучал тверже. – Важно то, что она уже почти дома. Уоррен Хонимен прислал мне сегодня утром радиограмму, что Диана добралась до Лючжоу. – Он посмотрел на часы. – Прямо сейчас она возвращается домой с караваном «Стейтвинг».