Глава 27
Они заявились в четвертом часу. Мы с Антоном, поработав в поте лица над укреплением нашей позиции, засели на втором этаже и дежурили, не выпуская из рук бинокль.
К сожалению, машинка была обычной, армейской, поэтому в темноте мы мало что могли различить.
Слабыми помощниками были и видеокамеры – по той же причине.
Будь нашим противником спецназ ГРУ, мы уже летали бы в эфире без крылышек. (Это в крайнем случае – если бы поступил такой приказ). Деревья, кустарники, многочисленные постройки были прекрасными укрытиями для того, чтобы незаметно проникнуть на подворье.
А дальше – дело техники. Несколько гранат с шумовым и слепящим глаза эффектом, вслед им слезоточивый газ, и рыдающие от полного бессилья "объекты", глухие и незрячие, выползают на свет ясный с поднятыми руками. Или их выводят.
Но бандиты особо не таились. Оставив машины – мы насчитали четыре штуки – там же, где и я оставил "ниву" Антона (очень удобное место), они двинулись к дому, стараясь охватить его со всех сторон.
– Человек двадцать, – сказал Антон. – И все со стволами.
– Боишься?
– Не так, чтобы очень… Дом жалко. Сожгут ведь, суки.
Последнюю фразу он сказал с сомнением. Наверное, Антон все еще не верил в возможный трагический исход нашего мероприятия.
– Будем тушить.
– Ага…
К осаде мы приготовились обстоятельно: натаскали в дом воды, чтобы потушить возможные возгорания, окна-бойницы на втором этаже закрыли мешками с комбикормом, окна первого этажа забили досками изнутри, а входные двери забаррикадировали.
Кроме того, все светильники и прожектора, освещающие подворье, Антон подключил на один пульт, который находился на втором этаже дома. В данный момент лампы не горели.
У нас была только одна беда – малый запас патронов. Поэтому мы договорились бить наших врагов только наверняка.
– Ничего, – успокаивал и меня, и себя Антон, – перейдем на подножный корм. Будем брать "орехи" у тех, кого положим.
Он не сомневался, что "жмуриков" будет много. Я не разделял его оптимизм, но помалкивал. Хорошо, если Джабраил прислал команду необстрелянных отморозков. А вдруг у него для таких дел есть профи? Тогда совсем худо.
По теням, которые мелькали там и сям, мы видели, что команда Джабраила заканчивает окружение и скоро пойдет на штурм. Надо отдать ему (или тому, кто командует этими бандитами) должное – он был очень осторожен. Другой на его месте бросился бы в атаку с места в карьер.
Интересно, что они думают о сложившейся ситуации? Загадка. Я бы и сам оказался в тупике. Дом не освещен, ворота заперты, машины и его людей нигде нет, только псы в вольере время от времени подают голос. Мрак и жуть.
На это мы с Антоном и надеялись. Если в душе бойца неуверенность, то она запросто может смениться страхом. А это уже мандраж во всей своей неприглядности, который заканчивается паникой и бегством.
– А что если это спецназ или ОМОН?
Антон высказал вслух дельную мысль, которая и меня начала мучить.
– Не думаю. Шабля обещал позвонить…
– И все равно перед тем, как начать пальбу, нужно хорошо присмотреться. На всякий случай.
– Нужно. А что это даст? Они могут быть в камуфляже. Теперь так одеваются все, кому не лень – от вневедомственной охраны до рыболовов и охотников. Братки тоже большие любители поносить армейскую форму.
– В общем, что будет, то и будет, – подытожил наш "диспут" Антон. – Посмотрим по ходу пьесы.
– И я так считаю…
Наконец они полезли через забор. Нужно сказать, что бандиты (если мы с Антоном не ошиблись в своих предположениях) проделали это достаточно ловко и быстро. Похоже, молодежь, хорошие спортсмены. Ах, как не хочется их убивать! Проклятая жизнь…
– Врубай! – приказал я Антону.
Он кивнул и включил освещение подворья. Яркий свет на какое-то время ослепил нападавших и дал нам возможность присмотреться к ним и спросить:
– Кто вы такие и что вам здесь нужно? – прокричал Антон в форточку.
Ответом ему была автоматная очередь; похоже, у какого-то салаги не выдержали нервы.
– Пугни, – сказал я Антону.
Он выставил в окно "узи" и несколько раз, не целясь, выстрелил поверх голов бандитов. Они бросились обратно к забору, и через минуту-другую подворье опустело.
Похоже, перед нами и впрямь были необстрелянные пацаны. За то время, что они преодолевали забор, их можно было перещелкать, как глупых куропаток. Неужели вся команда Джабраила состоит из непуганых идиотов?
Мои иллюзии развеялись быстро. Раздался выстрел, и одна лампочка погасла. Значит, у их старшого голова варит…
– Туши свет! – крикнул я Антону.
Но он и сам сообразил это сделать. Подворье снова погрузилось во тьму.
– Как ты думаешь, кто они? – спросил Антон.
– Склоняюсь к мысли, что бандиты.
– Мне кажется, ты прав.
– Посмотрим, что они дальше предпримут. Им ведь нельзя тут долго возиться.
– Будь это ОМОН, они уже включили бы громкоговоритель, чтобы сделать предложение, от которого трудно отказаться.
– Верно, – ответил я. – Так, по идее, и должно быть. Но на практике случаются и отступления от правил.
Антон хотел еще что-то сказать, но тут на дом обрушился настоящий свинцовый шквал. Бандиты ударили по окнам из всех видов оружия.
Мы с Антоном упали на пол, закрыв головы руками, потому что пули, залетающие в наши "бойницы", крошили штукатурку на потолке, и она сыпалась вниз как град.
Бандиты пошли на штурм дома под прикрытием огня. Разумно. Но до поры до времени. Чтобы проникнуть внутрь дома, нужно было проделать брешь в стене или выбить окно, а лучше дверь. Но это была еще та задачка.
Выждав момент, когда стрельба пошла на убыль – оружие ведь нужно время от времени перезаряжать – мы с Антоном включили фонари на подворье и сделали несколько выстрелов. Затем снова все погрузилось во тьму.
– Попал? – спросил он, с завистью глядя на мой СКС.
– Пытался, – ответил я туманно.
– А я пулял в белый свет, как в копеечку. На авось. Эта клизма работает как поливалка. Целишься в одно место, а попадаешь в другое. Окон жалко, – без всякой связи с предыдущими рассуждениями, перешел он на другую тему. – Я всего лишь год назад сделал новую столярку. Теперь окна годятся только на дрова.
– Не переживай. Будем живы, я убытки возмещу.
– Тогда мне придется хорошо постараться, чтобы тебя не кокнули.
– Старайся…
Наступило обманчивое затишье. Я прильнул к окулярам бинокля – и обомлел. Вот сволочи! Уже немного посветлело, и я увидел, как в сторону дома направлена балда ручного гранатомета.
– Ложись! – заорал я и дернул Антона за рукав.
Старому солдату такую команду дважды повторять не нужно. Мы синхронно упали на пол. Взрыв гранаты заставил задрожать пол и стены. Я облегченно вздохнул – хорошо, что били не по второму этажу. Иначе нам бы вышел кирдык.
– Я вниз! – крикнул Антон и как-то странно зевнул, широко открыв рот; он вел себя так, будто его контузило.
– Давай. Теперь все понятно. Пришла пора целиться точнее. Пора объяснить клиентам почем пуд лиха.
А то они нас не уважают.
– Ничего, разберемся… – Антон скрипнул зубами.
Он почернел от ярости. Таким я не видел его никогда. Мне стало понятно, что в нем взбугрился злостный частник, который за свое добро кому хочешь горло перегрызет и даже не поморщится.
Я снова выглянул в окно. Бандиты опять полезли на подворье, но никто не стрелял. Наверное, они решили, что мы напуганы в достаточной мере, и что нас можно взять голыми руками.
Включив свет на подворье, я начал бить их на выбор. Один, второй, третий… Судя по крикам раненных, я стрелять еще не разучился. Но радоваться своей меткости мне было недосуг.
Меня захватила динамика боя и понесла, как бурная река. В такие минуты ни о чем другом не думаешь, только о том, как бы точнее прицелиться и сделать максимальное число выстрелов, пока враг не опомнился.