Глава 21
Если бы сейчас между нами упал с неба зеленый инопланетянин с глазами-фарами, наверное, он не так удивился бы, как моим словам. Его словно обухом хватили по голове.
Да, это был тот самый живчик по имени Антон, бывший воин-интернационалист, с которым я ехал в одном купе. Теперь я вспомнил, как он что-то рассказывал о своем хозяйстве, но тогда мне было все до лампочки, а потому его слова я пропустил мимо ушей.
– Не узнаешь? – спросил я и повернулся в профиль. – А так?
– Чтоб я сдох, глазам не верю… Славик!?
– А кто же еще.
– Мама моя родная… Нет, наверное, я сплю.
Он тряхнул головой, будто прогоняя наваждение, и осторожно пожал мне руку.
– А почему в таком виде?
– Долго рассказывать… – ответил я. – Потом. Так ты в гости нас приглашаешь или нет? Помнится, в поезде ты грозился накрыть стол… и так далее.
– Конечно, приглашаю! – оживился Антон. – Только вам нужно сначала в душ.
– Это для нас первое дело. Кстати, борщом пахнет из твоей кухни?
– Ну… – расплылся в улыбке Антон. – Свежий, только что сварил.
– А жена где?
– Поехала с ребятней стариков проведать. Ее не будет до следующей недели.
– Понятно… Так где тут у тебя душ?
Я с трудом сдерживал себя, чтобы от радости не завизжать по-поросячьи. Какая удача! Воистину так – кто ищет, тот всегда найдет. Удача приходит к тем, кто не надеется на авось, а упорно идет к намеченной цели.
– Топайте за мной, – сказал Антон и пошел впереди, время от времени качая головой – наверное, он так до конца и не пришел в себя от изумления.
Спустя полчаса, чисто вымытые и даже надушенные хозяйским одеколоном, мы уже сидели за столом. Мне Антон презентовал спортивный костюм, а для Илоны нашлось ситцевое платьице его жены, в котором она вдруг стала похожа на героиню из художественного фильма пятидесятых годов. Не хватало лишь косы, уложенной на голове короной.
Костюм был коротковат и тесноват, но, как говорится, дареному коню в зубы не смотрят, тем более, что меня больше интересовал не собственный вид, а то, как выглядел стол.
Антон постарался на славу. Кроме борща с мясом, на столе присутствовали свежие огурцы, помидоры, зеленый лук, молодая, только сваренная, картошка с отбивными, керамическая миска со сметаной, мед, маринованные грибы, обязательное сало, нарезанное тонкими кусочками, крынка с холодным домашним квасом, селедка в стеклянной селедочнице и графин отменного самогона, настоянного на апельсиновых корках.
Это был полный кайф. И не только для нас, оголодалых, но и для тех, кто понимает…
Когда мы немного насытились, Антон осторожно попросил:
– Ты познакомил бы меня со своей подругой…
– А вы уже знакомы, – ответил я весело.
Илона улыбнулась и скромно опустила глаза, в которых прыгали бесенята.
– Извини, не врубился…
Антон захлопал длинными, выгоревшими на солнце ресницами.
– Что-то не припоминаю такого момента.
– Покопайся в памяти. – Я подмигнул Илоне; она скромно опустила глаза.
– Копаюсь. Дупель пусто.
– Я помогу тебе. Это наша попутчица. Московская штучка, которая напрочь проигнорировала твое приглашение принять на грудь и закусить сальцом.
– Слав, я тупею на глазах… – Антон в отчаянии взмахнул руками. – Нет, ну это же надо…
– Теперь ты узнал ее или нет?
– Узнал. Гад буду – узнал! И прошу пардону, – галантно обратился он к Илоне. – Но если бы кто-нибудь сказал мне, что вы явитесь ко мне в таком виде, да еще вдвоем… Если честно, я до сих не верю тому, что вижу.
– Илона…
Моя боевая подруга царственным жестом протянула Антону руку.
– Все, церемоний достаточно, – сказал я, обращаясь к Антону. – Наливай.
– Так это мы мигом… За знакомство!
Меня несло. Я здорово захмелел, что было вполне понятно.
Илона тоже не отставала от меня. Наверное, это здорово для новичка, когда смертельная опасность позади, отступила, пусть и не надолго. Я уже забыл это чувство неимоверного облегчения, когда все видится в розовом цвете и тебе кажется, что настоящая жизнь только начинается.
Забыл… И, если честно, мне бы не хотелось больше его испытывать. Никогда.
– Что с вами случилось? – спросил Антон.
Он долго мялся, пытаясь обтекаемо сформулировать вопрос, но у него ничего не вышло, и Антон влепил его прямо нам в лоб. Он был неглупым человеком. К тому же, война учит многому. В том числе и логическому мышлению.
Если солдат не научится сопоставлять факты и анализировать ситуацию, которая на фронте меняется ежеминутно, он потенциальный покойник.
Где нужно упасть, где отжаться, где затаиться и где пойти в штыковую атаку – все эти решения настоящий солдат должен принимать молниеносно и чаще всего самостоятельно. То есть, его котелок должен не только варить, но еще и варить хорошо.
Антон сопоставил факты и сообразил, что московские гости неспроста бегали по болотам с карабином и пистолетом в руках. Тем более, что Украина – это не бескрайние сибирские просторы. Это там у охотников неучтенного нарезного оружия хватает.
– Случилось…
Я пытливо заглянул Антону в глаза – можно доверять ему или нет?
Можно. А что делать? Нужно ведь на кого-то опереться. На кого? Вот именно – на Госпожу Удачу. Она иногда принимает человеческий облик. Может, Антон и есть та козырная карта, которой мне не хватало?
Я рассказал почти все. За исключением некоторых моментов. В частности, я "запамятовал" пробравшегося в номер киллера и что мне пришлось грохнуть двух особо ретивых преследователей.
Илона исподтишка бросила на меня колючий взгляд, но промолчала.
И правильно сделала. Потому как в противном случае мне пришлось бы решать сложную задачу: ей сразу вырвать язык или немного подождать?
– Да, браток, ты попал под конкретный расклад… – Антон закурил. – У меня есть только один вопрос…
– Какой?
– Откуда у тебя такие познания в работе на местности?
Термин "работа" мне был понятен без объяснений. Невольно вздохнув – ничего не поделаешь, нужно выкладывать карты на стол – я кратко ответил:
– Служил в десанте.
Все-таки мне не хотелось раскрываться до конца. Десант и спецназ ГРУ, как говорят в Одессе, две большие разницы.
– Где?
– В тех же местах, где и тебе пришлось тянуть лямку.
– Ну ты темнила… – Антон ухмыльнулся. – Лапшу в поезде мне на уши вешал…
– Прости и пойми меня. Когда мы вернулись, мне хотелось вытравить из памяти все, что связано с Афганом. Потому я никогда не распространяюсь на эту тему. Она для меня под запретом.
– Да понял я, понял… Мне Афган снился лет пять. Одни кошмары. Но потом все плохое начало забываться, с ребятами встречаюсь…
– Откат бывает разный. Я, например, вычеркнул те годы из памяти.
– Все, все, я закругляюсь. Никаких вопросов на эту тему.
– Давай лучше помянем парней, что не вернулись…
Мы выпили, не чокаясь, помолчали, а затем я сказал:
– Антон, мне нужна твоя помощь.
– Какие проблемы? Мы с тобой братья по оружию. Чтобы ты не говорил, но Афган вытравить из памяти невозможно. Я готов. Если тебе нужны надежные ребята, скажи. Я за сутки могу собрать взвод. Притом, с оружием.
– Взвод – это хорошо… Но я пока не знаю, кто играет главную скрипку в оркестре, который меня заставили слушать и что эти "оркестранты" ищут. Во всей этой истории есть какая-то несообразность, и я никак не могу понять, в чем она заключается.
– Может, это Грач?
– Не думаю. Мы разошлись с ним полюбовно. Он не стал бы устраивать на меня облавную охоту. Грач не тот человек. Он поверил, что я не соврал ему. Да, Грач тоже лицо заинтересованное. Однако я думаю, что за мной шли другие. Как ты любишь говорить, чисто конкретные пацаны.
– Тогда чем я могу тебе помочь?
– Мне нужна база. Твое хозяйство подходит мне на все сто. Во-первых, за городом, во-вторых, рядом лес, в-третьих, у тебя есть тачка… Ну, и так далее.