— Но, наконец, в чем наша миссия?
— Я уже почти дошел до ответа на ваш вопрос. И, откровенно говоря, я ответил бы намного раньше, если бы вы, джентльмены, не перебивали бы меня вопросами и замечаниями.
— Тогда мы будем молчаливы как монах Атира, Генерал.
— И будете совершенно правы. А теперь объясняю: Джентьмены, мы пойдем, разными дорогами, к Особняку Уайткрест. Если вы посмотрите на эту карту, вы увидите ваш путь. Первое отделение идет по красной линии, второе следует вдоль зеленой, четвертое по синей, и мое собственное отделение пойдет по черной.
— Понятно, — сказал все, изучая карту.
— Пока вы нас ничем не удивили, — сказал один из командиров отделений, — так как, видите ли, вы заставили нас изучать эти дороги последние две недели.
— И, — добавил другой, — что мы будем делать в Особняке?
— Ничего особенного, — ответил Тсанаали, — просто заберем Орб, вот и все.
— Как, Орб? — крикнули они.
— Точно. Мы возьмем Орб.
— Но это невозможно.
— Нет, возможно, и даже достаточно просто.
— Но никто еще такое не делал.
— Ну, до того, как Лорд Тигарэй изобрел телепортацию, никто не умел делать это.
— Это верно, Лейтенант, и тем не менее…
— Более того, нас заверили, что были сделаны определенные приготовления, в результате которых Орб во время нашей атаки будет настолько занят, что целиком и полностью потеряет способность защищать как себя, так и ту, которая в настоящее время владеет им.
— О, кстати — вы упомянули эту Феникс.
— И?
— Что с ней?
— Что с ней что?
— Должны ли мы убить ее?
Лейтенант пожал плечами. — Не имеет значения. Если в суматохе ее убьют, нам это не повредит. Если она выживет без Орба, тоже ничего страшного. Мы не убийцы, джентльмены, мы солдаты. Давайте не будем об этом забывать.
— Мы не забудем, — сказали они.
В эту минуту дверь открылась и вошедший джентльмен с порога сказал, — Лейтенант…
— Да?
— Струйка дыма на западе.
— И?
— Трижды прекращалась, а сейчас уже три струйки.
— Это сигнал, джентльмены. Начинаем. Вы все знаете свой путь к Особняку. Мое отделение подходит первым, разбирается со стражниками перед дверями, а также с теми, кто находится сразу за ними, и там мы встречаемся, а потом все вместе идем в комнату, которая служит тронным залом. А теперь, пошли.
Подражая своему командиру, никто из солдат не выказал ни малейших эмоций; все спокойно встали, проверили оружие и вышли из дома. Узкий переулок, к котором они оказались, был совершенно пуст, так что, никем не замеченные, они молча отправились каждый своим путем.
Путь, которым шло отделение Тсанаали, как, впрочем, и другие, пролегал через задние улицы, переулки и проходные дворы, что позволило отряду избежать внимания патрулей, которые в основном следили за тем, чтобы главные артерии города оставлись пустыми. Более того, в этих пяти людях не было ничего, что могло бы привлечь к ним чье-либо внимание. Так что примерно через пятнадцать минут ходьбы Тсанаали подошел к дверям Особняка Уайткрест и, обращаясь к стражнику, сказал, — Я желаю вам самого хорошего дня, мой друг, и хотел бы знать, почему на улицах столько патрулей?
— Что касается этого, — сказал стражник, — я не могу сказать.
— Как, вы не знаете?
Стражник пожал плечами. — Я знаю только то, что меня поставили сюда, и, как хороший солдат, я обязан оставаться здесь. А если и есть что-то особое в том, что происходит сегодня, ну, вы знаете, что мне не разрешено говорить об этом.
— И вы совершенно правы, что не делаете этого, — сказал Лейтенант.
К тому моменту, когда он закончил говорить, два солдата его отделения подошли ко второму стражнику, как если бы хотели поговорить с ним примерно так же, как Тсанаали говорил с первым. Впрочем, больше слов не было, так как Тсанаали внезапно выхватил кинжал и опытной рукой вонзил его в сердце стражника; одновременно его люди так же обошлись со вторым.
— Быстро, — сказал Тсанаали. — Оттащите их тела в те кусты раньше, чем нас заметили.
Появились два последних члена отделения Тсанаали, так что вся операция прошла гладко и эффективно. Все пять человек встали перед главной дверью.
— Очень хорошо, — сказал Тсанаали. — Время.
Все вынули свои мечи, открыли дверь и вошли. Ожесточенная схватка, однако, продлилась недолго — два стражника внутри, вооруженные пиками, недолго продержались против пяти людей с мечами, обрушившимися на них из ниоткуда; у них даже не было времени поднять тревогу.
К тому времени, когда они упали мертвые, появились другие отделения, так что меньше чем через минуту весь отряд собрался в вестибюле.
— Очень хорошо, джентльмены, — сказал Тсанаали. — Дальше по коридору находится еще шесть или восемь стражников; мы должны разделаться с ними как можно быстрее. Коридор выходит в прихожую, где стоит один единственный стражник. А за прихожей находится крытая терраса, где мы и найдем Ее Величество, держащую в руках бездействующий Орб. Пошли.
И маленький отряд пошел по коридору по направлению к Орбу.
Девяностая Глава
Теперь мы должны, не без некоторого трепета, вернуться на несколько часов назад, так как, хотя мы и сочувствуем желанию читателя как можно быстрее узнать, что случилась с нашими друзьями в Адриланке, эта точка нашей истории требует, без всяких сомнений, чтобы мы посмотрели на Пиро, которого, как может быть помнит читатель, умирающий друг попросил выполнить некоторую просьбу; и, как каждый знает, мало какое обязательство является более священным, чем обещание, данное умирающему другу.
Это утверждение, с которым, как мы осмеливаемся предположить, невозможно спорить, привело Пиро в маленькую деревню, приютившуюся на северных склонах Южной Горы. Напомним читателю, что эта деревня называлась Шесть Лошадей, и была основана одной леди из Дома Тсалмот, которая таким оригинальным образом увековечила все свое состояние. Как и большинство горных деревень, она была достаточно мала: три маленьких коттеджа, дом Старосты, общественный родник, и что-то вроде вроде универсального магазина, который одновременно был постоялым двором. Во всей округе вино или ликер можно купить только здесь, так что, естественно, этот магазин стал местом встречи всех жителей общины, особенно в Рыночный день, единственный день в неделе, когда все население деревни собиралось вместе.
Так получилось, что когда Пиро приехал туда, был Фермерский день, и деревня казалась почти вымершей — на самом деле можно даже сказать, что прибытие маленькой компании, состоявшей из Пиро, Ибронки, Китраана, Рёааны, Йасы, Брюха, Ритт, Мики и Клари, удвоило население Шести Лошадей. И действительно, их появление могло бы вызвать что-то вроде волнения, если бы в деревне было достаточное число людей, у которых было время волноваться.
А так они просто остановились около двери этого самого магазина, о котором мы только что упоминали, немедленно поняв по широкому фасаду и створчатой двери, что это немного более важное строение, чем три остальных.
Оставив лошадей на попечение Лара и Клари, остальные вошли внутрь, надеясь найти вино, которое поможет им смыть с себя дорожную пыль. Все, отправились прямо к длинной стойке, стоявшей на двух бочонках и служившей баром, кроме Пиро, который решил осмотреть магазин.
Владельцем этого заведения был Тсалмот по имени Марел — на самом деле потомок той самой леди, которая основала деревню. Однако вместо лошадей, общество которых ему изрядно надоело, он решил обзавестись магазином, в котором шла оживленная торговля в Рыночный день, а в остальное время обеспечивал его вполне достаточным количеством вина и еды. В добавление к товарам, обычным для такого рода заведений — свежемолотой муке из полей, находившися на равнине, гвоздей и молотков от кузнеца с запада, и вина из местных винокурен — было и очень много шкурок, висевших на гвоздях, вбитых к заднюю стену, а также плащей и курток, сделанных из тех самых шкурок, образцы которых висели сзади. Больше всего было плащей из меха норски, но попадались также лисы, волки и даже несколько шкур лиорна.