С. 47. Там Безбородкин сад, Охта под боком, Нева в двух шагах… – Безбородкин сад (Безбородкина дача) – обширный парк и дворец на правом берегу Невы, на Большой Охте, с 1790 г. принадлежавший графской семье Кушелевых-Безбородко, в 1868 г. уничтожен пожаром (остатки сада сохранились вокруг дома № 40 по Свердловской наб.). Сад арендовал владелец ресторанов и завода искусственных минеральных вод И. И. Излер, устроивший здесь увеселительное заведение «Тиволи», которое пользовалось большой популярностью у петербуржцев. Безбородкина дача, где Гончаров бывал неоднократно, часто упоминается им в письмах 1858-1859 гг. (Ю. Д. Ефремовой, П. В. Анненкову и др.). Большая и
506
Малая Охта – окраинные районы Петербурга на правом берегу Невы, в первой половине прошлого века заселенные крестьянами.
С. 48. Целковый – серебряный рубль.
С. 50. …разумеется со вложением… – Описанию «системы чиновничьих доходов» 1840-х гг. Гончаров посвятил несколько страниц в очерке «На родине» (1887), где, в частности, упомянул и о «вложениях» как о норме того времени.
С. 52. …и в службе за надворного перевалился… – Надворный советник – чин VII класса по Табели о рангах; обычно соответствовал должности старшего столоначальника в департаментах министерств.
С. 52. Акции какие-то… Ох эти мне акции, так душу и мутят!; см. также с. 393: …он его еще акциями допечет. – Акционерные компании появляются в России в 1820-1830-х гг. (Российско-Американская компания, упоминаемая в сибирских главах «Фрегата „Паллада”», была учреждена в 1799 г. – см. о ней, с. 555-556, примеч. к с. 184). Первыми в Петербурге возникли страховые акционерные общества: Общество первоначального страхового заведения транспортов (1822), Первое страховое от огня общество (1827) и Второе страховое от огня общество (1835); затем в 1830-1850-х гг. – несколько «обществ на акциях» для освещения газом Петербурга, для строительства железных дорог и развития пароходства (см. ниже, с. 546, примеч. к с. 176), наконец, ряд обществ в провинции – Крымское для виноделия, Тифлисское для шелководства, Керченское для хлебной торговли и т. д. (см. подробнее: Семенов. С. 266-271; Шепелёв Л. Е. 1) Акционерное учредительство в России: (Историко-статистический очерк) // Из истории империализма в России. М.; Л., 1959. С. 134-182; 2) Из истории русского акционерного законодательства: (Закон 1836 г.) // Внутренняя политика царизма (середина XVI – начало XX в.). Л., 1967. С. 168-174). После исключительных успехов первых обществ на акциях «стремление к созданию акционерных компаний вскоре усилилось до такой степени, что лишь только замышлялось какое-нибудь предприятие, акции его были с жадностью разбираемы и число желающих участвовать в нем своими капиталами нередко превышало определенный для них размер» (С. 1847. № 5. Отд. IV. С. 1). Характерно, что в число первых акционеров вошли
507
видные представители российской бюрократии: члены Государственного совета, министры (Д. Н. Блудов, М. М. Сперанский и др.). Начиная с 1830-х гг. возникают и фабрики на паях; так, в 1832 г. Царскосельская обойная фабрика «поставлена на торговом основании, с тем чтобы, не требуя от кабинета денег ‹…› покрывать расходы собственными оборотами» (Семенов. С. 341). Среди первых акционированных заводов был Царскосельский стекольный и фарфоровый, что заставляет вспомнить о «промышленнике» Петре Ивановиче Адуеве в «Обыкновенной истории». Однако известный словарь петрашевцев указывал: «…как проявление промышленности новейшего времени акции нигде еще не получили полного развития; не везде вселяют доверенность, часто рушатся и разоряют предприимчивых антрепренеров и доверчивых акционеров, почему и существует весьма много суждений pro и contra об этом предмете» (Словарь 1845-1846. Вып. 1. С. 6). В середине 1830-х гг. в Министерстве внутренних дел и Министерстве финансов, где служил Гончаров, шла подготовка акционерного законодательства, закончившаяся изданием 6 декабря 1836 г. «Положения о компаниях на акциях» (см.: Шепелёв Л. Е. Из истории русского акционерного законодательства: (Закон 1836 г.). С. 168-196). В 1851 г., согласно городскому справочнику, на петербургской бирже «имели ход» акции пятнадцати компаний (см.: Греч. С. 8-9).
С. 53. …в смирительный дом не отправишь? – Смирительным домом в XVIII-XIX вв. называлась тюрьма для осужденных за нетяжкие преступления.
С. 54. …коллежский секретарь чином…; см. также с. 57: Обломов прослужил кое-как года два; может быть, он дотянул бы и третий, до получения чина… – Коллежский секретарь – чин X класса по Табели о рангах; ему обычно соответствовала должность младшего помощника столоначальника в департаментах министерств. В данном случае чин свидетельствует либо о том, что Обломов вышел из университета с ученой степенью кандидата (именно эта степень давала право на получение чина X класса при вступлении в государственную службу), либо о соответствующей выслуге лет. Упоминание о чине Ильи Ильича вступает в противоречие как с тем, что сообщается в главе VI о его нерадивом учении, так и с тем, что говорится о характере и продолжительности его службы «канцелярским
508
чиновником» («…прослужил кое-как года два…»). По тем данным, которые имеются в тексте романа, определить происхождение чина Обломова невозможно. Ср. текст утвержденного 25 июля 1834 г. «Положения о порядке производства в чины по гражданской службе»: «Имеющие ученые аттестаты высших учебных заведений производятся, при доброй нравственности и похвальной службе, за выслугу лет: из 14 в 12 класс чрез 3 года. Из 12 в 10 класс чрез 3 года. ‹…› Имеющие вышеозначенные аттестаты могут быть представляемы за особые отличия: из 14 в 12 класс чрез 2 года. Из 12 в 10 класс чрез 2 года» (ПСЗ. Т. 9. Отд. I. С. 659). Согласно университетскому уставу, утвержденному в 1835 г., «удостоенные ученых степеней утверждаются, при вступлении в гражданскую службу, в следующих классах: доктор в 8, магистр в 9, кандидат в 10. Студенты, с успехом окончившие университетский курс, получают, на том же основании, 12 класс» (Там же. Т. 10. Отд. I. С. 851). Родовые дворяне, вступавшие в службу без всякого чина – «канцелярскими служителями», первый чин (14 класс) получали по истечении двух лет службы (Там же. Т. 2. С. 896). См., кроме того, сенатский указ от 25 января 1837 г. «О поступлении в гражданскую службу молодых людей из дворян»: «Отныне впредь поступающих вновь на службу молодых людей дворянского происхождения или имеющих по учебным их аттестатам право на классные чины, так как они пользуются в службе значительными пред другими преимуществами, не определять прямо в департаменты и канцелярии министерств и отдельных управлений, прежде чем они прослужат по крайней мере три года в местах губернских или им равных, в столицах или вне оных, дабы доставить означенным местам возможность открывшиеся в оных вакансии замещать людьми, получившими хорошее образование, а молодым людям тем случай приобрести навык к делам». В Дополнении к указу уточнялось: «Молодых дворян ‹…› которые определяются на службу в губернии, распределяют, по усмотрению губернаторов, в их канцелярии, в губернские правления, в палаты гражданского и уголовного суда или казенную в звании писцов, или чиновников для письма» (Там же. Т. 12. Отд. I. С. 58, 59). Характерно, что в первоначальной редакции части первой было: «губернский секретарь чином» (наст. изд., т. 5, с. 79), т. е. имелся в виду чин XII класса по Табели о рангах.
509
Сам Гончаров окончил Московский университет со степенью действительного студента, дававшей право на получение именно этого чина (см. об этом подробнее: наст. изд., т. 1, с. 762, 764, примеч. к с. 219, 235).
С. 55. Но он всё сбирался и готовился начать жизнь… – Как отметила Л. С. Гейро (см.: ЛП «Обломов» . С. 692), это возможное заимствование из поэмы В. С. Филимонова «Дурацкий колпак» (1828); ср.: «Я все откладывал, все медлил наслаждаться. / Я все сбирался жить…» (Поэты 1820-1830-х годов. Л., 1972. Т. 1. С. 145 («Б-ка поэта»; Большая сер.).