Она снова отбросила эти мысли подальше. У неё не было на это времени. Другие люди зависели от неё.
— Разведывательные массивы достаточно близко, чтобы разглядеть их, несмотря на их средства РЭБ, — продолжила она. — Они определённо поддерживают клинья на минимально возможном уровне, но мы получаем достаточно характеристик, чтобы быть уверенными в их тоннаже.
— Можем ли мы определить, являются ли они "Неутомимыми"?
— Нет, сэр. Мы мало что получаем кроме характеристик импеллера и данных об эмиссии нейтрино.
— Шкипер, — вмешался лейтенант Багвелл от пульта управления РЭБ, — пока они не перейдут в активный режим, мы ничего больше о них не узнаем. Однако, судя по качеству их систем маскировки, они должны быть конструкции солли.
— Ещё одно, сэр, — добавила Абигайль. — Кем бы ни были эти люди, очевидно, что они уже шли в баллистическом режиме к станции "Эройка", когда мы появились, иначе бы мы засекли их двигатели. Полагаю возможным, что они шли на импеллерах, а их системы маскировки просто скрыли это от нас, но я так не считаю. Думаю, они заглушили двигатели до того. Что приводит меня к мысли о неких учениях.
— И? — мягко подтолкнул её Терехов, когда она сделала паузу, хотя уже практически был уверен, что знает, к чему она клонит.
— Понимаете, сэр, я считаю возможным, что командир ФСЛ мог захотеть потренировать свои команды, но вряд ли бы он пошёл на такие меры, действуя против сенсоров типичного для Пограничья уровня. Думаю более вероятно, что это такие же корабли… переданные Монике, но уже прошедшие процесс переоборудования, и тренирующие свои команды.
— Это гипотетическое заключение, шкипер, — заявил Багвелл, — но думаю, что гипотеза хороша.
— Как и я, — Терехов одобрительно улыбнулся своему юному тактику. И её ещё более юной помощнице. Затем его лицо посерьёзнело.
Если Абигайль была права, и те корабли находились всё ещё в стадии подготовки, то вероятно у них найдутся слабые места, прорехи в их обороне. Но они всё равно являлись линейными крейсерами. Эти трое превосходили по массе шесть его выживших кораблей более чем в два раза, и к тому же у них не было повреждений.
Он посмотрел на экран. Одиннадцать минут прошло с момента, как был обнаружен третий крейсер. Всего лишь одиннадцать минут, за которые сотни его людей были убиты, а потери мониканцев наверняка исчислялись тысячами. Он тормозил, уклоняясь от приближающихся крейсеров на максимальном темпе, который могла поддерживать эскадра, но ничто не могло предотвратить их атаку на его корабли.
Единственным преимуществом, которое у него оставалось, была досягаемость ракет "Гексапумы", а геометрия приближающегося боя в значительной мере нейтрализовала даже его. Дистанция уменьшилась до 30,9 миллионов километров, и, учитывая преимущество догоняющих крейсеров в скорости в 38 985 километров в секунду, максимальная дальность стрельбы Гексапумы увеличивалась почти до тридцати семи миллионов километров. Полагая, что оценка РУФ ракет линейных крейсеров этого класса была верна, их досягаемость не превосходила пятнадцати миллионов километров, несмотря на преимущество в скорости. Однако при текущих скорости и ускорении, они выйдут на эту дистанцию в течении 6,3 минут, а зоны обстрела энергетическим оружием достигнут ещё через одиннадцать минут. У "Колдуна" будет некоторое преимущество в досягаемости перед мониканскими линейными крейсерами, но чтобы изменить тактический расклад этого не было достаточно. Его пусковые были просто слишком маленькими; он не мог даже стрелять ракетами Марк-14, которыми могли стрелять "Саганами-B", не говоря уже о Марк-16 "Саганами-C", так что его преимущество будет чуть более трёх миллионов километров — едва семьдесят пять секунд при темпе сближения мониканцев.
Дистанция пока ещё была слишком велика, особенно учитывая современные системы РЭП и ПРО солли… и у него было не так много ракет, чтобы через них пробиваться. Каждая из его ракет Марк-16 весила свыше девяноста четырёх тонн, а полный боезапас ударных ракет "Гексапумы" составлял 1200. К счастью, они загрузили дополнительно сто двадцать птичек, но Абигайль потратила большинство из них ведя огонь по плану Омега, и ещё пятнадцать были в очередях подачи пяти разрушенных пусковых. Без дополнительных рабочих рук, которых не было на "Гексапуме", не было никакой возможности вручную перетащить эти ракеты, так что реально её боезапас составлял всего 1155 ракет. Цикл стрельбы её пусковых, при максимальном темпе, составлял один пуск каждые восемнадцать секунд, в два раза больше чем требовалось более старому кораблю вроде "Колдуна". Отчасти из-за того, что ракеты были просто больше, но в основном из-за необходимости запуска бортового реактора Марк-16 до старта. Тем не менее, теоретически, каждая пусковая могла выстрелить пятьдесят четыре раза, прежде чем кто-либо из противников приблизится для ответного огня… если не считать того, что у "Гексапумы" был только по тридцать три ракеты на пусковую.
Но у него было очень мало времени на эти раздумья. Полётное время ракет будет больше трёх с половиной минут.
— Канонир, — объявил он своему юному тактику, — ваша цель — ведущий бандит. Мне нужны объединенные бортовые залпы с интервалом в двадцать пять секунд. Можете использовать по четыре пусковых в каждом залпе для "Зуделок" и "Драконьих Зубов". Пять залпов по Бандиту-Один, затем перенос огня на Бандита-Два.
— Есть, сэр.
— Миз Зилвицкая, направьте данные массива Альфа-Семь напрямую лейтенанту Багвеллу. — Он развернулся к офицеру РЭБ. — Защита этих людей будет хорошей… очень хорошей. Нам нужно пробить её, и для этого нам нужны данные об их средствах РЭБ — и быстро. У остальной эскадры будет десять минут для атаки, когда они выйдут на рубеж досягаемости ракет, но чтобы они смогли использовать это время, мы должны передать им все, что сможем разузнать о защитных системах противника, а наше превосходство в дальности хода ракет — единственный наш инструмент. Нам надо заставить их выложиться по полной программе.
— Ясно, сэр, — отчеканил Багвелл.
— Замечательно. Миз Хернс — открыть огонь!
— Запуск ракет!
— Поднять клинья! — в тот же миг рявкнул Хорстер, и импеллерные клинья дивизиона развернулись на полную мощь. Это произошло не мгновенно, даже с уровня минимальной мощности, но времени до подхода атакующих ракет было вполне достаточно.
Коммодор быстро шагнул к главному экрану, ища приближающийся залп, и глаза его сузились, когда он его нашёл.
Стреловидные иконки тридцати пяти ракет направлялись прямо к его тройке кораблей с постоянным ускорением в 46 000 g. Двадцать пять секунд спустя последовал второй залп. Затем третий. Четвёртый.
— Целью является "Тайфун", — объявил БИЦ, когда первые противоракеты отправились им навстречу, и Хорстер кивнул. "Тайфун" был его ведущим кораблём. Он ожидал, что тот привлечёт огонь противника, предполагая, что те не были настолько глупы, чтобы распределить его по всем его кораблям.
Манти начали стрельбу намного раньше, чем он ожидал. На мгновение он задумался, не значило ли это, что они планируют пустить ракеты по баллистике. Но это было бы пустой тратой боеприпасов, а они запустили свои птички в режиме половинного ускорения. Это заставляло предположить, что у тех должно было хватить досягаемости даже на эту дистанцию, — по-видимому, даже с достаточным временем на завершающие атакующие маневры. Тем не менее, их было меньше сорока в залпе. Стрелял по всей видимости один корабль, так что возможно у манти в действительности был таки как минимум один собственный линейный крейсер. В любом случае, количества ракет было недостаточно, чтобы перегрузить оборону его дивизиона, так что…
Его глаза сузились ещё сильнее, когда первый залп внезапно исчез с экрана. Вот только что он был там, а в следующее мгновение все тридцать с лишним ракет исчезли. Пятью секундами позже они появились снова, но не как постоянные кроваво-красные огоньки, какими были раньше. Теперь они быстро мигали, почти мерцали, и он вперил разъярённый взгляд в старшего техника.