— Насколько мне известно, розничная цена каждого — десять тысяч долларов.
Найт уныло кивнул.
Чиновник с карандашом в руке занялся подсчетами.
— Пятьдесят два раза по десять тысяч, — это будет пятьсот двадцать тысяч. Облагается только пятьдесят процентов прироста капитала, или двести шестьдесят тысяч долларов. Следовательно, вам надо уплатить примерно сто тридцать тысяч долларов.
Его взгляд встретился с тусклым взглядом Найта.
— К пятнадцатому числу следующего месяца, — сказал чиновник, — ждем от вас декларации о доходах. Тогда же вы заплатите половину суммы налога, остальное можете выплатить по частям.
— И это все, что вы хотели от меня?
— Все, — неуместно радуясь, сказал чиновник. — Есть еще одно дело, но оно не входит в мою компетенцию, и я упоминаю о нем только для того, чтобы предупредить вас, если вы еще не думали об этом. Кроме федерального налога, вам надо будет уплатить налог штата, хотя, конечно, он не так велик.
— Спасибо, что напомнили, — сказал Найт, поднимаясь.
У двери чиновник остановил его.
— Мистер Найт, то, о чем я спрошу вас, тоже не входит в мою компетенцию… Мы навели справки о вас и узнали, что вы получаете десять тысяч долларов в год. Это уж мое личное любопытство, но скажите, пожалуйста, как вы, получая десять тысяч в год, вдруг сумели нажить еще полмиллиона?
— Этому я и сам удивляюсь, — ответил Найт.
— Мы заботимся, естественно, только о том, чтобы вы уплатили налог, но вами может заинтересоваться какое-нибудь другое правительственное учреждение, На вашем месте, мистер Найт, я бы постарался придумать хорошее объяснение.
Найт вышел, прежде чем чиновник дал ему еще один хороший совет. У него и без того было достаточно причин для беспокойства.
Летя домой, Найт решил, что, хочет того Альберт или нет, ему придется продать определенное число роботов. Дома он тотчас спустится в подвал и скажет об этом Альберту.
Но когда он прибыл, Альберт уже ждал его на посадочной площадке.
— Здесь был представитель «Сделай сам»…
— Не продолжайте, — простонал Найт. — Я знаю, что вы хотите сказать.
— Я все устроил, — с фальшивым воодушевлением продолжал Альберт. — Я сказал ему, что меня сделали вы. Я позволил ему осмотреть меня и всех роботов. Он не мог найти клейма компании ни на ком из нас.
— Конечно, не мог. Свои вы сточили, а на других не ставили.
— Ему не к чему было прицепиться, но он считает, что доказательства найдутся. И он сказал, что подаст в суд.
— Если он этого не сделает, то будет единственным человеком, который не щелкнет нас по носу. Налоговый инспектор только что сказал мне, что я должен правительству сто тридцать тысяч.
— А, деньги, — сияя, молвил Альберт. — Я все устроил.
— Вы знаете, где мы можем достать денег?
— Конечно. Пойдемте со мной, увидите.
Он повел Найта в подвал и показал на два свертка, перевязанных проволокой.
— Деньги, — сказал Альберт.
— В этих свертках настоящие деньги? Долларовые бумажки? Не театральный реквизит и не сигарные купоны?
— Долларовых бумажек здесь нет. Главным образом десятки и двадцатки. Несколько пятидесятидолларовых банкнотов. Мы долларовыми ассигнациями не занимались. Слишком много возни, чтобы сделать их приличное количество.
— Вы хотите сказать… Альберт, вы сделали эти деньги?
— Вы сказали, что вам нужны деньги. Ну, мы взяли несколько банкнотов, сделали анализ краски, выяснили состав и структуру бумаги и изготовили клише. Не люблю быть нескромным, но они действительно сделаны превосходно.
— Фальшивомонетчик! — завопил Найт. — Сколько денег в этих свертках?
— Не знаю. Мы их делали, пока не решили, что хватит. Если их недостаточно, мы всегда можем сделать еще.
Найт знал, что объяснять что-либо бесполезно, но мужественно приступил к этому делу:
— Правительство хочет получить с меня деньги, которых у меня нет, Альберт. Ко мне может прицепиться и Министерство юстиции. Компания «Сделай сам», скорее всего, подаст на меня в суд. У меня достаточно неприятностей. И я не хочу, чтобы мне предъявили обвинение в подделке денег. Возьмите эти деньги и сожгите.
— Но это деньги, — возражал робот. — Вы сказали, что вам нужны деньги. Когда роботы берутся за работу, они делают ее добросовестно.
— Возьмите эти деньги и сожгите их, — приказал Найт. — А когда вы сожжете деньги, вылейте краску, искрошите клише и ударьте несколько раз кувалдой по печатному станку, который вы соорудили. И никогда не говорите об этом ни слова кому бы то ни было… кому бы то ни было, вы понимаете?
— Вы попали в беду, хозяин. И мы просто хотели вам помочь.
— Я знаю это и ценю. Но сделайте так, как я сказал.
— Ладно, хозяин, если вы этого хотите.
— Альберт!
— Да, хозяин.
Найт хотел было сказать: «Послушайте, Альберт, вам придется продать робота, хоть он и член вашей семьи, хоть вы и сделали его».
Но он не мог сказать этого, и не только потому, что Альберт делал все возможное, чтобы помочь ему.
И он сказал:
— Спасибо, Альберт. Жаль, что ничего не вышло.
Потом он пошел наверх и наблюдал, как роботы жгут пачки денег. И один бог знает, сколько фальшивых миллионов превратилось в дым.
В тот же вечер, сидя на газоне, Найт размышлял, правильно ли поступил он, приказав сжечь фальшивые деньги. Альберт сказал, что их нельзя отличить от настоящих денег, и, по-видимому, это было правдой, потому что, когда шайка Альберта берется за дело, ома делает его так, что комар носа не подточит. Но это было бы нарушением закона, а он до сих пор не делал ничего по-настоящему незаконного… хотя он и распаковал и собрал Альберта, не купив его, что было по меньшей мере неэтично.
Найт думал о будущем. Оно не было светлым. Дней через двадцать придется подать декларацию о доходах. Придется платить огромный налог на движимое имущество и уладить дело с налогом штата. И, более чем очевидно, компания «Сделай сам» возбудит против него дело в суде.
Однако есть способ обойти все неприятности. Он может отослать Альберта и других роботов компании «Сделай сам», и тогда она не будет иметь оснований для предъявления иска, а сборщикам налогов он объяснит, что произошла большая ошибка.