Сергей промокнул губы и встал с кресла. Руки протягивать не стал, а просто поблагодарил за угощение и четкие инструкции и направился к двери. Уже занеся ногу над порогом под бдительным взглядом чернокожего сержанта морпеха из посольской охраны, обернулся и широко улыбнулся:
— А попытка была неплохая, Кларк! — и закрыл за собой дверь.
Резидент несколько секунд оторопело таращился на кожаную обивку этой двери, а потом откинулся в кресле и громко расхохотался.
Глава 2
Бросив автомобиль возле станции метро «Багратионовская», Сергей зашел в большой так называемый «супермаркет», побродил между стеллажами, постоянно отслеживая обстановку вокруг себя, задумчиво побрел к служебной двери, нырнул в нее, спустился по лестнице на один пролет и стал ждать. Ждал долго. Но никто так в спешке и не вывалился вслед за ним. Он сбежал до первого этажа и вышел во внутренний дворик. Обогнул разгружавшийся трак и оказался в тихом, довольно уютном дворике. За ним по прежнему никто, вроде бы, не следил.
Никто не следовал за ним в отдалении, не начиная при каждом его оборачивании усердно завязывать шнурки или пялиться на пустую витрину. Но это ни о чем не говорит — его могли поджидать на улице, просто взяв под наблюдение оба входа в магазин. И действительно, совершенно незачем умным людям метаться за ним между прилавками. Все равно рано или поздно, но из магазина он выйдет!
Он пересек дворик до следующего выхода из него и влился в вечно спешащую толпу москвичей. Шел, не оборачиваясь по направлению к станции, обдумывая последний разговор с резидентом американской разведки.
Когда-то перед ним стояла предельно простая для понимания и предельно сложная для выполнения задача — «проникнуть и закрепиться в российскую разведку.» По мнению американцев, у Сергея были все шансы на успех. Три года назад была тщательнейшим образом разработана операция, базирующаяся на двух позициях: Вествуд и его подчиненный Серж Стоцкий. После соответствующей подготовки американцы сознательно «засветили» Сергея в качестве представителя Министерства юстиции США. Очень лакомый, по мнению аналитиков ЦРУ, кусочек для русской разведки. Сергей был «обречен» на успех.
К этому их подводил и сам Сергей. Путь же подсказал Вествуд, непосредственный шеф Сергея, на беду свою зачастивший в Москву по своим делам. Пара замечаний, невзначай оброненных Сергеем, заставили серьезно призадуматься ребят из службы внутренней безопасности ЦРУ. В результате американец был взят в оперативную разработку.
А спустя месяц до Сергея дошли ошеломляющие сведения — его шеф действительно находится в близких отношениях с некоторыми представителями российской контрразведки. Дальше — больше! В результате ряда мероприятий основной версией для следователей осталась контрабанда российским оружием. Вествуд допустил главную ошибку — он сделал это своим личным бизнесом!
Вот тогда-то и началась кропотливая работа по внедрению Сергея, с санкции Министерства юстиции, в эту систему. Уже через год участники контрабандной цепочки стали шептаться о некоем «Змее», бесшумно проникнувший на самую иерархическую верхушку. Никто не знал, кто он, никто и никогда его не видел, но при этом каждая из сторон считала его своим и чтобы не задевать партнеров, вся стратегическая информация обязательно шла через неотслеживаемый адрес в Интернете. Вествуд задействовал все свои связи и возможности для выхода на след «Змея», совершенно не подозревая, что «Змей» каждое утро заходит к нему в кабинет на доклад.
Затем Сергей отправился в Пакистан в качестве официального советника. Одним из пунктов в его плане стояла проработка «пакистанского следа», тянущегося посредством Вествуда от одного из подмосковных городов. Вскоре, после того, как «Змей» (по-прежнему под надзором Минюста и ЦРУ), связался с Управлением по экономической безопасности русской контрразведки, на связь к нему вышел глубоко законспирированный агент русских «Кларис» — высокая и сверкающая драгоценностями леди, член специальной комиссии Сената США. До сих пор Стоцкий закусывал губу, виня себя в гибели девушки в Афганистане. В течение года ему удавалось успешно лавировать между этими рифами без единой ссадины, пока…
Пока в результате объявленной на Сергея личной охоты Вествуда агент русских не получила глупейшую пулю, выпущенную буквально в небо умирающим телохранителем американца. Участь самого Вествуда решал Сергей совместно с господином «Браунингом». При этом он так и не вышел за рамки полученных и тщательно разработанных инструкций ЦРУ, предусматривающих, в частности, и ликвидацию Вествуда и попытки «связаться» с российской разведкой, в качестве представителя Министерства юстиции выдав им с головой мертвого и от этого молчаливого американца!
Но он очень устал от всего и не пожелал выпутываться из этого клубка хитросплетений четырех не самых слабых спецслужб мира, предпочтя просто обрубить за собой этот узел. Как он полагал, навсегда…
Именно тогда он в порыве неконтролируемой, с точки зрения руководства, мести застрелил Вествуда, а затем окончательно перебрался в Россию на Смоленскую площадь.
Но в то время Сергею еще только предстояло решать две основные задачи: постановить под свой контроль бизнес Вествуда, для чего, как со стороны американцев, так и со стороны русских ему были даны самые широкие полномочия, а также дать возможность русской разведке «завербовать» себя. К чему его готовила всю сознательную жизнь и мать…
Разрабатывая этот хитроумный план, специалисты ФБР не знали, к тому времени он вот уже как восемь лет являлся кадровым офицером этой самой разведки. Ребята же в Москве хохотали до упадка, обсуждая с Сергеем план его «вербовки» (заметим также, в Лэнгли не менее довольно потирали руки, глядя на неуклюжие попытки своих «внутренних» коллег решить задачу, которую они успешно осуществили те же восемь лет назад).
Но в Москве должно было быть «по-настоящему»: подходы и вербовка американца русского происхождения, бывшего сотрудника Министерства юстиции США, а ныне занимающего руководящий пост в российском Министерстве иностранных дел. Для этих целей был выбран человек, шестидесятилетний оперативник, давно уже «расшифрованный» на Западе и не питающий в отношении своей дальнейшей оперативной жизни никаких иллюзий. Не раскрывая перед дедушкой тайных пружин операции, было поручено взять в разработку некоего Сергея Стоцкого…
Генерал хитро прищурился и вполне дружелюбно поинтересовался:
— Давно хотел спросить, да вот все как-то недосуг — ты в свое время Вествуда-то по какой причине хлопнул?
Сергей напрягся. Достаточно неожиданный вопрос, с учетом давности происшедшего. А прозвучавший из уст Суховлинского, так и вообще стал похож на услужливо предложенный пистоль с одним патроном. Во имя чести, так сказать…
Тем не менее, придал своему голосу достаточно удивления, чтобы его без особых усилий смогли принять за идиота:
— Он мог меня раскрыть!
Суховлинский недоверчиво посмотрел на него, пытаясь понять, то ли парень действительно устал, то ли все эти годы ему просто невероятно везло… Так и не придя ни к какому выводу и смутно подозревая, его самого держат за дурака, на всякий случай развил свою мысль:
— По нашим сведениям, Вествуд был единственный, кто мог подозревать тебя. Да и то лишь в связи с Кларис!
Он сделал паузу, и Сергею показалось, будто его пронзили насквозь. Но ни один мускул не дрогнул на его лице, он просто ответил:
— Да, уже в России я проанализировал ситуацию более… вдумчиво. Поначалу он не имел ко мне претензий… Но, благодаря дьявольской интуиции, не ошибся, зараза, и я… В общем, я попался ему, как …