– Это Девлин, – сказал он в трубку. – В десять буду на месте.
Дав отбой, обернулся к Тули и предложил:
– Хочешь получить десерт?
– Конечно.
– Как насчет того, чтобы посетить «Макдональдс»?
– Ради парочки «бигмаков» можно и прокатиться.
Девлин взял в руки лежащий рядом с Тули дробовик, щелкнул затвором, извлек патрон, внимательно осмотрел механизм и вновь зарядил ружье. Приложив его к плечу, включил лазерный прицел и, поставив на предохранитель, вручил ружье Тули. Это было настоящее боевое оружие, помпового действия, с магазином на восемь зарядов, изготовленное специально для морской пехоты США и отрядов ФИСТ по борьбе с терроризмом.
– Возьми с собой «Мосси», поедем раздельно. Ты – на пикапе. Надо встретиться с сержантом полиции, с которым я уже общался в Хило. Он занимался делом Билли. Говорит, что у него есть для меня новости.
Тули запихнул в рот остатки фарша, кивнул и направился вслед за Девлином к двери. Девлин проводил Тули до грузовичка, подождал, когда тот устроится в кабине, подошел к открытому окошку и сказал:
– Слушай, Тули. Я точно не знаю, что означает приглашение. Этот парень вел себя во время нашей последней беседы, словно осел. Поэтому и не представляю, с какой стати он вздумал что-то сообщить мне сейчас. На всякий случай будь начеку. Я дам тебе пару минут форы. Укройся там, чтобы держать в поле зрения стоянку и ресторан одновременно. Если встреча пройдет без осложнений, то не показывайся. Я возьму только зарегистрированный пистолет. Не хочу перегружаться другим оружием.
– Все в порядке, босс. Я прикрою.
– Отлично. Тогда двигай.
Девлин хлопнул ладонью по дверце машины и проводил того взглядом. Теперь он остался один. Только он и полная луна на небе. Она ярко светилась на звездном гавайском небе, каким оно обычно бывает в сезон пассатов. Запрокинув голову, он посмотрел на редкие облака, быстро бегущие по небу. Позволил себе немного расслабиться и вспомнить Ленлани. Похоже, что любое явление местной экзотической природы – ветры, океанский прибой, яркая луна, звезды – непременно вызывали в его душе воспоминания о девушке. Он словно бы видел ее лицо, слышал приятный голос, ощущал прикосновение шелковистой смуглой кожи. Он встряхнул головой и подумал, что не стоило бы слишком увлекаться романтическими мечтами, пока не доведено до конца дело, ради которого он сюда приехал.
Девлин подошел к старому «Форду ЛТД», внимательно оглядел эту машину и улыбнулся. Да, металла в те годы не жалели. Забравшись на водительское место и запустив восьмицилиндровый двигатель, видавший виды, прислушался к почти не умеряемому проржавевшим глушителем горловому клокотанию. Наконец вырулил на шоссе номер сто тридцать и направился в сторону Хило.
При покупке он практически не осмотрел машину, теперь у него появилось время поближе с ней познакомиться, заглянуть в перчаточное отделение, под панель, проверить приборы. Отделка салона не блистала разнообразием материалов и изящностью – почти сплошной полистирол. Электрический стеклоподъемник работал только со стороны водителя. Это не столь важно. Девлин включил радиоприемник. Несколько секунд аппарат никак не реагировал, но потом из всех четырех динамиков зазвучала мелодия «Китти вернулась в свой город» Брюса Спрингстина. Девлин даже рассмеялся. Что ж, он получил приятный сюрприз. Прибавив громкости, с удовольствием слушал завывания саксофона и рев электрогитар. Порой можно было разобрать и слова. Он помнил обложку этого альбома. На черном фоне молодой костлявый Спрингстин стоит в расслабленной позе у витрины магазина. Витрина замызганная. Краска на стенах облупилась. Совсем как в Кахоа. Он попытался припомнить и другие песни с этого диска, потом расслабился и стал просто слушать.
Ленлани вошла в магазинчик «Новый век» и очутилась в таком месте, где, наконец, смогла почувствовать себя естественно и расслабленно. Это был некий симбиоз книжной лавки, кофейни и художественного салона. В зале стояла плетеная мебель, удачно дополненная подушками, накидками, мягкими валиками. Был здесь просторный квадратный стол, окруженный стульями. Рядом – журнальный стеллаж. На столе были расстелены салфетки, стояла сахарница и молочник. Ближе к витрине находился застекленный прилавок с ювелирными изделиями, маленькими деревянными шкатулками, кольцами и браслетами. Сплошь ручная работа. Рядом со стеллажом стояла этажерка с почтовыми открытками и всякой бумажной мелочью. В глубине помещения возвышалась стойка с кофейным автоматом и шестигаллонным сифоном для воды. Тут же находились книжные витрины, заполненные типовым ассортиментом «Нового века» – книгами по кулинарии, домашней медицине, религии, медитации. В помещении витали ароматы благовоний. Слышалась приглушенная инструментальная музыка.
За плетеным кофейным столиком неподалеку от входа сидели три женщины. Они пили чай. Двоих Ленлани узнала. Это были официантки из «Парадайза». Женщина постарше улыбнулась ей и сказала:
– Эй, меня зовут Дженет! – она была брюнеткой, на плече красовалась татуировка с цветочным орнаментом. У нее были дети, они постоянно бегали и играли напротив ресторана, пока женщина работала. Дженет указала на маленькую блондинку, которая сидела рядом, и представила ее:
– Это Уэнди.
Третья женщина, темноволосая, была облачена в просторную блузу и длинную черную юбку. Она представилась сама:
– Я Луиза. Это мое заведение.
Ленлани поочередно пожала протянутые руки.
– Меня зовут Ленлани. Я приезжая. С недавних пор работаю в ресторане «Да» на той стороне улицы.
– Мы знаем, – ответила Дженет. – Все мужчины в городе только и заняты теперь разговорами о тебе.
Ленлани улыбнулась.
– О-о! Прекрасно! Что они говорят? – удивилась она.
Такой ответ сделал атмосферу совершенно непринужденной. Дженет и ее подруги рассмеялись. В этот момент в магазин вошли еще две женщины.
– По какому поводу веселье? – поинтересовалась одна.
Дженет обернулась к ней.
– Да вот, собираемся поведать Ленлани, что говорят о ней местные парни.
– Но мы же собирались сегодня обсудить проблему центра здоровья, – возразила вошедшая женщина.
Дженет нетерпеливо отмахнулась.
– Сейчас, погоди, – она снова повернулась к Ленлани. – Ну ладно, милая. Первое, что тебе необходимо знать о Кахоа, это то, что восемьдесят процентов здешних мужчин – порядочные свиньи.
– Девяносто, – поправила Уэнди.
– Девяносто пять, – сердито проворчала только что вошедшая женщина.
Как только Девлин въехал на стоянку рядом с «Макдональдсом», он буквально с первых минут почувствовал себя неуютно. Ресторан располагался в старой части города на оживленной магистрали, но стоянка оказалась в довольно пустынном уединенном месте. Рядом с ней проходила неосвещенная боковая улочка, дальше простирался пустырь, а еще дальше были разбросаны старые, казалось, давно заброшенные склады.
«Что у этого маленького негодяя на уме?» – недовольно пробормотал себе под нос детектив. Несмотря на недобрые предчувствия, он ощущал прилив сил. Видимо, оттого, что раскрученное им дело начинало набирать обороты. Припарковав старый «Форд» у бокового входа в ресторан, Девлин попытался сосредоточиться на предстоящем разговоре. Но в голову приходили только малоприятные видения о том, как он лежит в какой-нибудь ужасной гавайской больнице, на грязной постели, раздетый. В его руку воткнута игла капельницы. А он ожидает, что вот-вот врачи начнут обрабатывать страшные раны на его теле. Он будет страдать от боли, осознавая, что уже никогда не сможет стать прежним. Отогнав назойливые видения, Девлин быстро выбрался из автомобиля и в сердцах хлопнул дверцей. С каких это пор он стал мучиться такими неприятными мыслями? Он чувствовал себя раздраженным, ощущал, как растет неприязнь к Нихики. С чего это полицейскому вздумалось вытаскивать его из дома в столь позднее время и приглашать в подобное место?