– Думаю, что на сегодняшний день, одного убийства для меня достаточно, а новый напарник не помешает, – незаметно его улыбка из зловещей превратилась в доброжелательную. – Но учти, ты сам к этому стремился, – предупредил Атаман…
Когда Урюка назначили помощником бригадира, многие осужденные смотрели на него завистливыми глазами, но они не предполагали, каким физическим нагрузкам подвергнет его Алексей. В первый же день, когда Нечаев вошел в подсобное помещение столярки в новой должности, бригадир заявил:
– Дистрофики в команде мне не нужны, – и кивнул на штангу.
Виктор еле-еле оторвал штангу от пола, но тут же уронил ее.
– Не смогу я, – сказал он, изучая накаченную атлетически сложенную фигуру Атамана и сравнивая ее со своей.
– Сможешь, – уверенно ответил бугор. – Начнем с небольших нагрузок.
Под небольшими нагрузками оказалось авторитет подразумевал двухчасовые трехразовые тренировки в день, с пятнадцатиминутным перекуром между ними. Никогда в жизни Урюк еще так не уставал. Он возвращался в барак, с трудом передвигая ноги и сразу падал на койку, благодаря мысленно всех святых, что летом нет занятий в вечерней школе. Но через неделю мышцы привыкли и не болели, а через месяц он уже полностью втянулся в новый ритм. В воскресенье же, когда осужденных не вывозили на работу, даже чувствовал себя неуютно без тренировок, как-будто не хватало чего-то жизненно важного. А после первого дела он уже благодарил Атамана за то, что тот втянул его в занятия спортом…
Можно было сказать, что и третья пара у Алексея сложилась удачная. За последний год отбывания наказания они совершили множество вылазок. Урюк освоился, в операциях чувствовал себя как рыба в воде. Атаман был уверен, что подельник в состоянии подобрать и обучить нового напарника, а свою миссию он считал законченной. Обоим давно исполнилось по восемнадцать лет. Только Нечаеву до освобождения оставался почти год, а Казакову всего две недели, и чемоданное настроение не покидало его. Но буквально за несколько дней до освобождения заявился отрядный и предложил очередное мероприятие.
– Извини, начальник, – на полуслове Алексей резко оборвал Мирошниченко, теперь уже капитана.
– Я больше в твоих авантюрах не участвую.
– Сначала выслушай, – настаивал на своем капитан. – Дельце выгодное, давненько такого не было, – он очень рассчитывал на участие в нем Казакова. Этот парень принес ему самую большую прибыль, и он верил в его счастливую звезду, которая до сих пор приносила только удачу.
– Тебе не кажется наглостью, – не сдержался Алексей и перешел на крик. – На пороге долгожданной свободы предлагать мне совершить еще одно преступление?
– Нового напарника Нечаев подготовить не успеет, а упускать шанс, который сам плывет в руки, не хочется, – оправдывался Мирошниченко, – речь его была спокойной и миролюбивой, он сознавал, что только убеждением можно добиться своего.
– Нет, – наотрез отказался Атаман.
– Кроме положенной доли десять процентов от общей суммы твои, – предложил отрядный.
То, что он не повышал голос, а последовательно искал возможность договориться, подействовало на собеседника положительно и он успокоился.
– Пойми, наконец, не могу я, не то настроение, – уже не отказывался, а умолял Казаков.
– Двадцать процентов, – поднял планку Мирошниченко.
– Что ж там за дело такое особенное? – заинтересовался бригадир. – Раз ты ко мне так приклеился.
– Богатенький кавказец, – заторопился капитан ввести собеседника в курс дела. – Понятия не имею, откуда он взялся, но каждый выходной, на вещевом рынке собирает огромную сумму с барыг, вероятно они торгуют его вещами.
– Слишком мало информации, – насторожился Алексей. – А не может он быть подсадной уткой?
– Исключено, я проверил. В городе появился недавно, буквально два месяца назад, снял небольшой домишко у престарелой женщины, которая уехала на лето к дочери на юг. Живет один, спит до обеда и пока нигде не работает. Лучшего варианта и желать нельзя, возьмете его утречком врасплох и вся недолга, – капитан поднял на Атамана свои невинные, маленькие глаза, со всех сторон заплывшие жиром. – Соглашайся, дело-то плевое.
Без пяти минут свободный гражданин посмотрел на Урюка, не проронившего за все время ни единого слова, а безмолвно ожидавшего, чем закончится перепалка, улыбнулся и спросил:
– А ты что притих? Неплохо бы услышать и твое мнение.
– С тобой хоть на край света, – однозначно ответил Виктор.
– Тогда считай, начальник, что получил добро. Рискну напоследок, – поставил Алексей точку.
Капитан милиции Лазуткин Игорь Тимофеевич, старший следователь районного управления внутренних дел в раздумье расхаживал у себя в кабинете по периметру. В делопроизводство к нему попало новое дело. В действительности новым оно не было, просто к нему попало две недели назад. На столе лежал увесистый том с множеством аналогичных преступлений, которые повторялись периодично в течение многих лет, что давало основание соединить их в одно дело. Игорь Тимофеевич долго и досконально изучал материалы, после чего пришел к следующему выводу: если брать во внимание характер преступления, то резонно предположить, что действует одна и та же парочка, а если учитывать количество краж и ограблений в год, то не без основания можно утверждать, что налетчики местные. Каким образом выйти на их след, и ломал голову капитан Лазуткин. Действовала лихая парочка нахрапом и улик после себя не оставляла. Пострадавшие описывали их по-разному: одни утверждали, что оба высоки и широкоплечи, другие уверяли – один высокий, другой среднего роста и коренастый, третьи говорили, что один из грабителей был маленьким и щупленьким. Сопоставляя разноречивые описания, Игорь Тимофеевич решил, что это результат внезапности и быстроты, с которой прокручивали преступники свои дела. Но поверить, что в районе действует несколько групп с одинаковым почерком на протяжении длительного времени он не мог. Правда возможен еще такой вариант, что действует большая группировка, но налеты совершают парами и по очереди. Но то, что они были в масках и молодые, утверждали все свидетели без исключения. Хотя точный возраст по приказному тону голоса налетчиков, да еще в состоянии стресса невозможно определить. Лазуткин просмотрел список подозреваемых, которых уже проверили следственные органы, и понял, что работа велась серьезная. Затем он пробежал глазами второй, еще не проверенный список подозреваемых.
– Да здесь вся преступная картотека района, – произнес он вслух. – Нужно избрать другой метод расследования. Но какой?
Он уселся за письменный стол и вновь принялся перелистывать дело, бегло его просматривая. На списке пострадавших он задержался.
– Здесь наверняка не все ограбленные, – мелькнула догадка. – Барыги и спекулянты в милицию жаловаться не пойдут, а слушок в городе ходит, что есть и среди них пострадавшие, кто-то даже пытался провести частное следствие. Вот! Вот, что нужно, чтоб не мы искали бандитов, а они сами вышли на нас. Необходимо забросить утку, – он встал и опять заходил по периметру кабинета, перебирая в уме сотрудников.
Подыскать сотрудника на эту роль оказалось непростым делом. Городок небольшой, и все практически друг друга знают, нужен свежий человек. В дверь постучали, прервав умственную работу капитана.
– Войдите, – крикнул Лазуткин.
В кабинет зашел молодой армянин в форме младшего лейтенанта.
– Товарищ капитан, вас к себе вызывает командир с докладом о проделанной работе.
– Он же мне дал два месяца, а прошло всего две недели, – буркнул недовольный Игорь Тимофеевич.
– Подполковник интересуется, как продвигается следствие, дело взято под контроль в областном центре, – отчеканил молодой офицер.
– Подожди, подожди, – только теперь обратил внимание на посетителя капитан.
– Что-то раньше тебя не видел. Новенький?
– Так точно, – козырнул младший лейтенант. – Прибыл после окончания школы милиции для дальнейшего прохождения службы.