— Прежде, чем я родилась на свет, — пробормотала Кэнди. На сей раз язык ей почему-то полностью повиновался, и она произнесла эти слова хотя и не громко, но совершенно внятно.
И даже получила ответ.
— Верно, — произнес женский голос во тьме где-то впереди нее. Это была вовсе не ее мать. Женщина произносила слова с легким абаратским акцентом. Голос ее звучал мягко и ободряюще. И немного лукаво. — Ты еще не родилась.
— Не понимаю.
— Мы просто решили, что тебе необходимо получить хотя бы некоторое представление о собственном прошлом, — сказала другая женщина. Голос у нее был немного выше, чем у первой. — Тебе следует узнать, кем ты была, прежде чем стать той, кем тебе суждено быть.
— Но вам-то откуда известно, кем я была? — недоумевала Кэнди. — И кем я должна буду стать? Да и вообще, кто вы такие?
— Вопросы.
— Вопросы.
— Вопросы.
Обе женщины звонко рассмеялись. К ним присоединилась третья. И вот уже все трое предстали перед изумленным взором Кэнди в слабых проблесках света, прорезавшего мрак. Посередине и немного ближе к Кэнди, чем две остальные, находилась самая старая из женщин. Лицо ее покрывали глубокие морщины, а волосы, заплетенные в две косицы, были белыми, как снег. Но, несмотря на свой более чем почтенный возраст, держалась она необыкновенно прямо и выглядела элегантно. А еще казалось, что годы не властны над ее телесными и душевными силами. Старая женщина была полна энергии, сверкавшей во взоре темных глаз и разливавшейся по всем сосудам ее лица и тела — так молнии бороздят вечернее небо.
Женщины, стоявшие слева и справа от старухи, были гораздо моложе, хотя Кэнди затруднилась бы определить их возраст с точностью до десятилетия. Помимо дружелюбия, с которым все они взирали на Кэнди, было в их лицах еще что-то неуловимое, изменчивое, неопределенное.
Сквозь кротость и добродушие удлиненного лица самой молодой из трех, с коротким ежиком волос на голове, нет-нет да и проглядывало что-то дикое, отголоски какой-то буйной, необузданной стихийной силы. А третья, чернокожая, смотрела на Кэнди с загадочной, не поддающейся определению полуулыбкой. В волосах ее сверкали едва различимые разноцветные искры, а глаза, казалось, вобрали в себя все отблески луны и звезд с ночного неба.
![Абарат: Первая книга часов abarat_Page_367_1.jpg](https://litlife.club/books/90459/read/images/abarat_Page_367_1.jpg)
Такими они и предстали перед Кэнди, три женщины, три загадочные, переменчивые души: одна — несущая в себе сверкание молний, другая — с отблесками ночного неба в черных глазах, и третья — подвластная стихийным, диким и древним силам природы.
Кэнди не испытывала перед ними страха, только любопытство. Кэнди была заинтригована. Она успела уже привыкнуть к подобным ощущениям здесь, в Абарате, и знала, как себя вести перед лицом тайны. Следовало смотреть и слушать. Рано или поздно она получит ответы на свои вопросы. Ну а если нет, значит, так тому и быть. Значит, ей не следует всего этого знать. Эту истину она тоже постигла здесь, в Абарате.
Женщины представились ей одна за другой.
— Я Диаманда, — сказала старшая.
— Я Джефи, — сказала дикарка.
— А я Меспа, — сказала та, в чьих глазах сверкали отблески ночных звезд и луны.
— Мы сестры Фантомайя, — добавила Диаманда.
— Фантомайя?
— Шшш! Потише! — предостерегла ее Джефи, хотя Кэнди готова была поклясться, что говорила не громче их. — Мы нарушили закон, призвав тебя сюда, на Двадцать Пятый Час. Но настанет время, когда тебе придется здесь очутиться, чтобы выполнить свою миссию. Очень важную миссию.
— И мы решили, что ты должна заранее здесь побывать, — сказала Меспа.
— Чтобы знать, к чему тебе быть готовой, когда ты снова окажешься тут, — кивнула Диаманда.
— Вы, судя по всему, совершенно уверены, что я сюда вернусь, — полувопросительно произнесла Кэнди.
— Так и есть, — улыбнулась Диаманда. — Тебе предстоит совершить очень важное дело. В будущем.
— Если только наше предвидение верно, — вздохнула Меспа. — Иногда бывает непросто знать наперед все, что должно случиться.
![Абарат: Первая книга часов abarat_Page_368.jpg](https://litlife.club/books/90459/read/images/abarat_Page_368.jpg)
Кэнди задумалась над их словами. То, о чем говорили три женщины, вовсе не казалось ей невероятным. Если нога ее единожды ступила на Двадцать Пятый Час, то почему это не может повториться, когда она лучше поймет самое себя и выяснит: зачем она здесь, в этом удивительном мире?
— Я бы хотела больше увидеть и узнать об этом острове, — сказала Кэнди, вглядываясь в окружающую тьму.
— Ты точно этого хочешь? — спросила Меспа.
— Да-
Женщины обменялись вопросительными взглядами, словно не были уверены в своей готовности выполнить ее просьбу. Но сомнения их вскоре рассеялись. Кэнди поняла это, когда в воздухе вокруг нее с удивительной быстротой замелькали картины и образы. Это было похоже на стремительное перемещение серебристых рыбок в прозрачном ручье. Поначалу скорость, с которой эти видения сменяли друг друга, не позволяла ей как следует в них вглядеться и она улавливала только самые яркие и масштабные фрагменты: белоснежную башню, огромное поле желтых цветов, кресло на голубой крыше и человека в золотистом одеянии, сидящего в этом кресле. Но вскоре глаза привыкли к мельканию, и Кэнди удалось разглядеть яснее многие из картин, даже самые мелкие их детали.
Большинство картин, открывшихся взору Кэнди, были такими насыщенно яркими и объемными, что у нее от непривычки стало пощипывать глаза и слегка закружилась голова. Ну а кроме этого ослепительного буйства красок, кроме непривычных линий и форм ее потрясло количество сменявших друг друга видений. На каждую из картин, которую ей удавалось рассмотреть, приходилось по тысяче, нет, по десятку тысяч тех, на которые она не успевала взглянуть даже мельком, даже краешком глаза. Что же ей удалось увидеть?
Женщину, разгуливающую вниз головой. Рыбу, плывущую над ней по синему небу. Птиц, порхающих у нее под ногами.
Мужчину, который стоял посреди бескрайней равнины, залитой лунным светом, с головой, подобной оазису, где пышным цветом цвели мысли и идеи.
Город с красными башнями домов, храмов и замков под небом, с которого дождем сыпались звезды; потом тот же город, но в миниатюре, опирающийся на длинные жерди, и гигантскую птицу — жителям города она наверняка должна была казаться просто устрашающе огромной, — которая парила над башнями, раскинув крылья.
Гротескную маску, которая что-то напевала, дрейфуя в неподвижном воздухе. Существо размером со льва, с человеческой головой, огромной и бородатой, сидевшее у подножия вулкана. Берег какого-то тропического острова, красную лодку в маленькой бухте и одинокую звезду над горизонтом.
![Абарат: Первая книга часов abarat_Page_369.jpg](https://litlife.club/books/90459/read/images/abarat_Page_369.jpg)
И так далее. И так далее. И так далее. Образы продолжали мелькать.
Некоторые из сцен и картин, представавших на короткий миг перед ее взором, сопровождались звуками, которые не всегда соответствовали изображению. Это было похоже на блеск молнии, предшествующий громовому раскату. Видения заметно опережали звуковой фон. Порой перед ней проносились узнаваемые, пусть и весьма отдаленно, детали и образы: Вебба Гаснущий День посреди мрачных, окутанных туманом вод Пролива Тьмы. Мост Золотого Остролиста, по которому маршировали какие-то люди с огненными факелами на головах. И даже Остров Простофиль во власти свирепого урагана, который с корнем вырывал молодые деревца из земли и уносил их прочь.
Но вот наконец, когда Кэнди едва не сделалось дурно от этой беспрерывной смены сотен и тысяч картин перед глазами, детали видений стали постепенно тускнеть, одновременно с этим образы замедлили свое кружение, а потом и вовсе исчезли. Перед Кэнди снова появились Диаманда, Джефи и Меспа. Девушка с трудом перевела дух.
![Абарат: Первая книга часов abarat_Page_370.jpg](https://litlife.club/books/90459/read/images/abarat_Page_370.jpg)