— Меня зовут конюх Али, а моего спутника — конюх Омар, и мы из земель Египта.
Посмотрев на них внимательно, шах увидел на их лицах смелость и благородство. Он передал им своего коня и велел хорошо смотреть за ним.
Ала ад-Дин имел обыкновение каждую педелю выезжать из крепости и наблюдать за конными состязаниями или за борьбой и другими играми, которыми занимались воины, и награждал победителей, раздавая им своей рукой награды и деньги. Он сам боролся с наиболее сильными из воинов и побеждал ах. В тот день, когда прибыли Зибак и Омар аль-Хаттаф, состоялись игры, и они приняли участие в них, показав невиданную ловкость и мастерство и превзойдя всех. Что же касается Ала ад-Дина, то он сел на коня и выехал на ристалище, чтобы посмотреть, как борются его воины. Тут он нападал на всадников и вышибал их из седла, там сшибался с другими и повергал их, а то одновременно поднял с седла двух всадников и протащил их до ворот крепости. Зибак сказал Омару аль-Хаттафу:
— Действительно, этот эмир — один из самых сильных людей на земле.
Потом шах спешился и поручил коня Зибаку и Омару аль-Хаттафу. А обычно эмир не ложился спать, не проверив, в каком состоянии находится его конь. Он спустился вечером в конюшню и спросил конюха, ел ли его конь овес, пил ли воду.
— Нет, — ответил Али Зибак. Тогда Ала ад-Дин вошел к коню и увидел, что тот в наилучшем состоянии.
Он крикнул Али:
— Конь здоров, почему ты лжешь мне?
И он направился к Али, чтобы наказать его за ложь, но Али неожиданно сильно ударил Ала ад-Дина, на что тот ответил еще более сильным ударом. Потом они схватилась и стали бороться, толкать друг друга, падали и поднимались, и шах крикнул Зибаку:
— Я узнал тебя, как узнал и твоего спутника Омара аль-Хаттафа!
Зибак ответил:
— Раз ты признал нас, то делай с нами что тебе угодно.
Но шах ответил:
— Мне нравятся храбрецы, и я оказываю им честь, как окажу честь и вам, потому что мне еще не приходилось бороться с человеком, который был бы сильнее тебя.
Потом они обнялись, и всякий гнев и злоба докинули их. Зибак спросил шаха о Далиле-хитрице и о том, что она делает, и шах ответил:
— Она проводит свои дни в молитвах и — поклонения Аллаху, просит бога о продлении власти халифа и о ниспослании Зибаку сына, чтобы успокоилось и возрадовалось его сердце. Зибак сказал шаху:
— Я хочу взглянуть на нее.
Они отправились к Далиле и увидели, что она молится, а окончив молитву, она призвала благословение на халифа Харуна ар-Рашида и просила Аллаха о ниспослании ему победы и помощи, просила о славе и помощи Аллаха для Ала ад-Дина, а для своего зятя просила о сыне.
Тут к ней подошел шах и сказал:
— Твой зять Али Зибак пришел навестить тебя.
Далила повернулась и, увидев Зибака, почувствовала столь сильную головную боль, что потеряла сознание. Придя в себя, она подошла к Али, приветствовала его, целуя ему руки, и стала спрашивать о халифе и о своей дочери Зайнаб. Потом Омар аль-Хаттаф приветствовал ее, а она ответила ему на привет. Они все отправились в маджлис[33] Ала ад-Дина, стали есть и пить. Шах подарил Зибаку драгоценное алмазное ожерелье, сказав:
— Это ожерелье — подарок для Зайнаб.
Али Зибак поблагодарил его и принял его подарок, потом он испросил шаха отправиться с ним вместе в Багдад, и тот согласился.
Они взяли все ковры и утварь, которые были в крепости, сели на коней и отправились в путь, и Далила тоже поехала с ними. Омар аль-Хаттаф опередил их и известил всех р Багдаде о том, что едет Зибак и с ним шах Ала ад-Дин и другие, и все обрадовались их прибытию. Халиф отправил предводителей, молодцов и войска навстречу Зибаку, они торжественно выехали и, встретив Зибака, вместе с ним вошли в город с честью и почетом. Люди диву давались, видя праведную Далилу, и сам халиф был поражен, увидев четки у нее на шее. А Далила, как и — раньше, была одета во власяницу и все время повторяла слова молитвы. Все приветствовали халифа, а он приветствовал их, а потом пришла Фатима-львица и, увидев Далилу, сказала:
— Пусть Аллах проклянет ее, как она хитра!
Омар аль-Хаттаф сказал на это:
— Да она хитрее самого сатаны! Ей-богу, если бы я увидел, как она живьем возносится в небеса, а потом возвращается с райским фирманом,[34] подтверждающим, что она праведница, я не поверил бы ей!
Что касается халифа, то он отвел Далиле отдельную комнату в своем дворце, чтобы она поселилась там, но она сказала:
— Господин мой, мне бы хотелось, чтобы ты приказал построить для меня обитель. Тогда я стала бы помогать беднякам и неимущим и оказывать благодеяния всем, кто в этом нуждается.
Халиф поверил, что Далила желает уйти от мира и посвятить себя служению богу, готова все отдать беднякам. Поэтому он сказал Зибаку:
— Сделай, как просит Далила, — а потом велел ему назначить Ала ад-Дина одним из предводителей и предоставить ему подходящую должность.
Зибак собрал тогда молодцов и добровольцев-фидаинов[35] и известил их, что шах Ала ад-Дин стал предводителем, старшим надо всеми предводителями. Так они жили и халиф был доволен наступившим спокойствием.