Напротив него, чуть в стороне, в скалах, казавшихся такими же неприступными, чернело отверстие пещеры.
В спину ему дышала набиравшим силу жаром пустыня, а лица касался ветерок, пахнущий прохладой и темнотой.
Насчет дороги он угадал. Дорога оказалась там, где он и предполагал, и вела как раз в пещеру. Ветер сметал с нее песок и она каменной рекой, где вместо камней были кирпичи, текла к статуям. Гаврила не дошел до них шагов пятьдесят, остановился оглядываясь. Вокруг были пустота и запустение, однако запах кухонного дыма доказывал, что где-то рядом еще остались люди. Правда, от этого запаха ощущение заброшенности не становилось меньше, напротив - слишком уж жалким казался запах похлебки рядом с гигантскими фигурами богов или героев.
"Были люди, - подумал Гаврила. - Потом сильные ушли, а слабые остались".
Мысль эта не вызвала ни удивления, ни страха.
Меч в руке, щит за спиной, золото…
Со всем этим можно было спорить с Судьбой - вряд ли она была к кому-либо другому щедрее, чем к нему.
Он расправил плечи, чувствуя, что где-то за ними прячутся добрые колдуны, всегда готовые прийти на помощь.
Едва он вошел в тень пещеры, как жара оставила его. Камень, тысячелетия лежавший тут не успел пропитаться жаром и отдавал воздуху прохладу. Давая глазам привыкнуть к полутьме, Масленников остановился и потрогал стену. Нет. Колдовством тут и не пахло. Камень вокруг был грубо обтесан, но не отполирован. Не было в нем красоты Гольшевой башни.
Темнота ушла из глаз, и он увидел прямо перед собой ворота - два грубо вырезанных каменных столба. Гаврила похлопал их рукой, убеждаясь, что и они сделаны руками людей, а не колдовством. Поймав носом запах еды, он пошел в темноту.
Запах вел его, словно тропинка, попавшая под ноги. Справа, слева проплывали каменные колонны, но свернуть было не куда. Ноги сделали еще два десятка шагов, и человек увидел впереди пятно света.
- Есть кто живой? - крикнул Гаврила, не желая оказаться незваным. - Гость к вам…
- Гость - вестник богов, - раздалось у него за спиной.
Голос принадлежал старику и Гаврила, чтоб не пугать старца, меч выхватывать не стал, да и повернулся не спеша. Позади него стоял старик в набедренной повязке.
- Ну, насчет вестника, ты, наверное, ошибся. Какой из меня вестник?
Старик, не улыбаясь, отозвался.
- Скорее всего, ошибаешься ты. Ты и есть вестник того, что в большом мире наши боги не забыты. Ты пришел сюда сам, своей волей?
- Да…
Хозяин кивнул удовлетворенно, обогнал Масленникова и пошел вперед, показывая дорогу.
- Ты не разбойник и не воин… Кто ты?
- Я - Гаврила Масленников. Слуга журавлевского князя.
Старик чуть повернулся на ходу.
- Уже нет.
Он развел руками, точнее поднял их вверх.
- Господами над людьми могут быть только Боги. Вошедший под эти своды становится свободным от службы кому бы то ни было, кроме наших богов…
Гаврила поджал плечами. У Старца имелся свой взгляд на мир, и он не решился спорить, тем более что и не до споров было.
Свет впереди становился все ярче и вскоре он вышли в огромную пещеру. Гаврила встал, оглядывая то, что никогда не видел. Пещера тут становилось широкой, как река. Ее стены уходили вправо и влево на несколько сотен шагов и там поднимались вверх, в темноту, смыкаясь над головами людей. Тут горело множество невидимых светильников, освещавших стены. Камень уходил вверх и вместе с ним вверх, освещая башенки, террасы и переходы уходил свет. Когда-то этим богам служили сотни, если не тысячи людей, живших при храме, но, тут Патрикий был прав, их время ушло, забрав с собой и служителей. Где-то в темноте, конечно, еще жили люди - там слышались шаги, откуда-то доносилось пение, но это уже была обочина жизни.
Без разговоров старец довел его до костра, над которым висел котелок, так же не слова не говоря, зачерпнул оттуда какого-то жидкого варева и плеснул в глиняную чашку.
- Подкрепись с дороги.
Гаврила с благодарностью окунул ложку в варево.
- У вас умеют принимать гостей…
- Богов благодари. Все, что тут есть, принадлежит им, тем более, что они велят хорошо принимать героев.
Масленников поперхнулся похлебкой, но не возразил. Ну и записали в герои, ну и что? Им тут виднее…
- Что тебе, проделавшему тяжкий путь через пустыню, нужно в нашем святилище?
Гаврила отложил чашку в сторону.
- Мне нужен совет. Я не знаю кто мне поможет, может быть ты, может быть твои боги. Я ищу дорогу в замок Ко.
Стариковские брови медленно поднялись вверх.
- Ты не ищешь спокойствия? Тебе нужна новая схватка?
Голос его смешались недоумение и участие. Глядя на старика, Гаврила вдруг вспомнил, каким он был совсем недавно, вспомнил запах молока и свежескошенного сена. Голос его дрогнул.
- Мне нужна тень, - тоскливо сказал он и опустил голову. - Моя тень…
Старик покачал головой.
- Похоже, что ты сам не знаешь что тебе нужно. Боги привели тебя сюда, чтоб ты познал покой и отдохновение.
Мысль Гаврилы нырнула в такое спокойное недавнее прошлое. Перед глазами как живые встали избяные стены, соха, оставленная им на пашне, но мысль тут же вильнула хвостом и перед Гавриловыми глазами встала череда заостренных кольев, мелькнул запах свежеоструганого дерева. Он сразу взбодрился.
- Познаю я отдохновение, на колу у князя сидючи, - отозвался Гаврила. - Вам-то хорошо у своих богов под боком, а мне еще и тень найти и на родину возвращаться. Мне умные люди сказали, что твои Боги могут мне совет дать - указать дорогу к замку.
- А что ж, те умные люди тебе сами не помогли?
- Не смогли. Есть, оказывается вокруг нас вещи, о которых не знает никто…
- Люди эти могут не знать, а вот Боги знают все, - убежденно возразил старик. - Иначе, какие же они Боги?
- Твои слова утешение для меня.
Несколько мгновений старик прикидывал что-то.
- Боги могут помочь…
- Я готов заплатить за помощь.
- Иди к оракулу и положи все, что имеешь на алтарь, и, может быть, боги откликнутся.
Гаврила бросил под ноги жрецу золотую блямбу. Тот не обратил на нее внимания - видно не в диковину такое тут было. Тогда, присев на корточки Масленников переломил несколько мягких прутьев с каплями на концах и сунул за пазуху. Богам и так доставалось изрядно, так что такой малостью они могли с ним поделиться. Глядя, как кусочки золота пропадают за отворотом волчовки, старик напомнил: