- Ты все же пришла.
- Что не ожидал?
- Был абсолютно уверен. Ты слабая, ничтожная кукла. Тобой очень легко манипулировать.
- Говори, зачем позвал, или я ухожу. Или мне напомнить тебе по какой причине ты бежал из моего дома? - Ксения начала чувствовать себя более уверено, вспомнив об этом сама.
- Хочу предложить тебе сделку.
- Говори.
- Я отдам тебе Карла, если ты отречешься от дара. - Ксения оторопела. Она пыталась понять, что он от нее хочет. Но все это не укладывалось в голове.
- Я не поняла тебя.
- Ты все прекрасно поняла. Титул Хранительницы в обмен на жизнь этой Архангельской псины. А теперь уходи. На размышление тебе дам сутки. С ответом пришлешь этого недомерка, я уже привык видеть его рожу.
- А тебя не воротит от того, что он убит знаком Божьим? - попыталась напоследок ковырнуть Астарота Ксения.
- Потерплю, ради такого дела.
- Прежде чем я уйду, я хочу увидеть Карла и поговорить с ним.
- Я знал, что ты это скажешь. Девочка, меньше смотри телевизор. Я могу создать любую иллюзию, и ты в жизни не отличишь ее от своей дворняги. Так что ступай, думай. Увидишь Карла только тогда, когда откажешься от дара.
- Шико мы уходим, - пробормотала Ксения и через мгновение поняла, что снова сидит у себя на кухне. Сказать, что Ксения почувствовала себя паршиво, это не сказать ничего. Дойдя до коридора и взглянув в зеркало, Ксения ужаснулась. Если бы она была сейчас в ванной комнате своей новой квартиры, она бы себя просто не увидела. Лицо Ксении было абсолютно белым. Только зеленые глаза светились в отражении. В этот миг девушка поняла, что страшно устала. Собрав остатки сил, она открыла дверь в свою новую квартиру, позвала Шико, и с трудом закрыв за собой дверь, рухнула на диван в гостиной. Шико присмирев тихо сидел рядом и старался не беспокоить свою новую хозяйку. Через несколько минут Ксения поняла, что не вынесет одиночества. Взглянув на часы и обнаружив, что уже близится полночь, она поняла, что Ангел уже должен быть дома и отправилась в его спальню. Помявшись слегка у двери, Ксения робко постучала.
- Войдите, - раздался из-за двери голос Ангела. Ксения открыла дверь и оказалась в спальне Ангела, которая, пожалуй, была больше похожа на кабинет. Темно-зеленые шторы на окнах, письменный стол, уже заваленный какими-то бумагами, компьютер, торшер, все это не производило впечатления спальни, обернувшись в сторону Ксения увидела кровать, на которой под одеялом сидел раздетый Ангел, он явно уже собрался спать.
- Позволь полюбопытствовать, где ты была целый день? - сухость в голосе Ангела, привела Ксению в состояние ступора. Ей не хватало для полного счастья разругаться c Ангелом.
- В Преисподней, - тихо, из последних сил ответила Ксения.
- А записочку нельзя было оставить: "Ангел, дорогой, я отправилась в Преисподнюю, буду после полуночи, к ужину не жди. Твоя Ксения", - взвился Ангел. Тут же надувшись, он уткнулся в одну точку. Ксения терпеливо ждала, когда до него дойдет смысл ею сказанного. И она была вознаграждена по заслугам. На лице друга, были написаны все эмоции, которые успели посетить его. Недовольство… злость… удивление… и растерянность, плавно перешедшая в ужас.
- Повтори, - почти шепотом попросил он.
- Я была в Преисподней, - Голос Ксении дрожал, и она чувствовала, что запас ее сил, стойкости и мужества исчерпан. Непрошеные слезы накатили и бессовестно выкатывались из глаз, щекоча кожу на щеках. Она стояла потерянной девочкой среди огромного мира, который каждый божий день проверял ее на прочность. И подобное отношение ей порядком надоело. Ей захотелось банально усесться на полу и обидеться на весь этот чертов свет. Ангел с ужасом смотрел на эту несчастную и разбитую девушку, которая войдет в историю как Величайшая Хранительница Путей. Его сердце переполнялось болью и сочувствием. Он был растерян и не знал, как помочь своей подруге. Он приглашающее похлопал по кровати. И она как маленький напуганный ребенок подбежала к нему. Уже через минуту Ксения сидела в постели на коленях у Ана и безудержно ревела на его груди. Ангел бережно гладил ее по голове и бормотал всякую успокаивающую чушь. А у самого в это время в груди поднимался ураган из злости, сочувствия и непонимания. Дав пройти основной волне истерики Ксении, он поднял ее лицо за подбородок, пристально посмотрел в зеленые глаза, нежно поцеловал ее в опухшие от слез губы, затянув поцелуй чуть дольше положенного и увидев изумленный взгляд заплаканных глаз, мягко но уверенно произнес:
- А теперь ты мне расскажешь все с самого начала, четко, без эмоций и подробно. Да? - Его пытливые черные глаза, поймав взгляд Ксении, не отпускали его. Ангел буквально держал ее взгляд, привязав к себе, чтобы она снова не погрузилась в истерику.
Ксения уцепилась за его глаза как за якорь, который не позволит ей сорваться и потеряться посреди океана. Набрав воздуха, она слово за слово рассказала ему все. Про Мари, руку Карла, про ультиматум Астарота, про то, как она устала и не хочет больше ничего решать, а хочет просто забиться под одеяло и не выбираться оттуда недели три. Ангел слушал ее и с каждой новой подробностью мрачнел все больше и больше. И больше всего его пугала не вероятность того, что Ксения сделает неправильный выбор, а в итоге весь мир может погибнуть. Нет. Больше всего его ужасала мысль, что эта маленькая хрупкая девушка может не выдержать и сломаться от всего того, что ежеминутно сваливает на нее жизнь. В данный момент его волновало только одно - благополучие Ксении. Он понимал, что если ей не помочь, то очень скоро она выработает свой ресурс и станет просто сломанной игрушкой в руках жестокого ребенка по имени Судьба. Этого Ангел допустить никак не мог. Именно сейчас он понял - как много для него значит эта отважная девушка, которая стойко противостоит и отвечает ударам судьбы. Ангел понял, что дороже в его жизни человека не было и, возможно, уже не будет. И он сделает все от него зависящее и не зависящее, чтобы Ксения пережила оставшиеся дни и победила в этой жестокой и безрассудной войне. По окончании рассказа Ксении они просто сидели молча в обнимку. Через несколько минут Ангел почувствовал, как голова Ксении отяжелела, она обмякла и заснула. Он нежно уложил ее в постель, и вышел из спальни, спустившись вниз.