– Так! – Платон одной рукой схватился за телефон, а другой – отодвинул в сторону пачку сигарет, к которой потянулся Виктор. – Зачем куришь? Тебе нельзя. Сейчас же звоним Ларри. Ларри отловили в центральном офисе.
– Так! – решительно сказал в трубку Платон. – Как у тебя дела?.. Отлично... Отлично... Я с Витей... Да... Да... Нормально... Вот и скажи ему сам... Все, обнимаю тебя.
– Привет! – жизнерадостно поздоровался Ларри. – Чего ты волнуешься? Мы все согласовали. Будет трудно, я помогу. Все, пока.
Веселый голос Ларри не убедил Виктора. Два заместителя генерального директора, толкающиеся боками на автомобильном поле... – картинка была довольно сомнительной. И Сысоев честно сказал об этом Платону. Тот не понял.
– Ерунду несешь! Полную чушь! Я же тебе все разжевал. Ну и что с того, что ты машинами не занимался? И потом – есть три месяца. Ну два! Начни с какой-нибудь одной задачи. Например, с таможни. Там у Ларри вроде бы проблемы. И постепенно войдешь в курс дела.
– Значит, я ложусь под Ларри? – догадался Виктор.
– Категорически нет! – Платон покраснел. – Ты абсолютно самостоятелен. Работаешь, как и раньше, только со мной. Сейчас твоя задача – войти в этот бизнес. Больше ничего.
– Ну что ты со мной хитришь? – укоризненно сказал Виктор. – Все же очень просто. Вы посчитали, что в этой больнице из меня сделают окончательного инвалида, потому и выдавили из СНК. А я взял да оклемался. И теперь меня некуда девать, единственное решение – пристроить на подхвате.
– Дурак! – крикнул Платон. – Законченный кретин. Ты вообще соображаешь, что говоришь? Ты хоть знаешь, сколько этот бизнес приносит? На каком таком подхвате! Что ты несешь! Мы с каждой машины имеем пять штук. Чистыми! Неужели непонятно?
Но Виктору все уже было понятно. Наверное, на месте Платона он поступил бы точно так же. Неясно только, как сложатся отношения с Ларри. Там, где начинались автомобили, друзей у Ларри не было. Были только свои и чужие.
– У меня было право подписи, – устало напомнил он Платону. – На моих счетах. Теперь эти счета закрыты. Как быть дальше?
– Вот и отлично! – Платон вскочил и заторопился к двери. – Эти дела ты с Ларри согласуй. А мы с тобой обязательно должны сесть и подробно поговорить, как все организовать. Завтра. Или на той неделе.
А на следующий день Виктор узнал, что на таможне с недавних пор действуют новые правила. Совокупный таможенный платеж, состоявший из пошлины, акциза и налога на добавленную стоимость, равнялся теперь ста пятидесяти процентам от закупочной цены автомобиля. И по ту сторону границы стояли инфокаровские машины на двадцать миллионов долларов.
Льготники
Будто с неба свалились эти люди. Как манна небесная. Не успел Виктор появиться на работе, как Пола протянула ему телефонную трубку:
– Вас, Виктор Павлович. Из Ассоциации содействия малому бизнесу.
– Нет ли у вас проблем с таможней? – поинтересовалась трубка. – Имеем серьезное предложение.
– Можно обсудить, – осторожно ответил Виктор. – Скажите, куда подъехать.
Трубка помолчала, потом ответила:
– Мы сами приедем. Через час вам удобно? Ровно через час появились двое в зеленых куртках, уселись в переговорной. С левой стороны, у подмышек, куртки сильно топорщились.
– Сколько у вас товару? – спросил старший. Его рябое лицо пересекал багровый, мокнущий шрам.
– На двадцать с лишним миллионов, – быстро ответил Виктор. – Вас точно интересует?
– Да нет, – сказал старший. – Так, для прикидочки. В переговорной воцарилась тишина. Виктор изучал гостей. Несмотря на выпирающие из-под курток пистолеты, пришельцы не походили на бандитов. Старший мог бы сойти за золотоискателя из какого-нибудь рассказа Джека Лондона. Младший, лицо которого обрамляли длинные каштановые волосы, перехваченные черной лентой вокруг головы, и вовсе был похож на музыканта. Его тонкие пальцы лениво барабанили по краю стола. Наконец Виктор прервал молчание:
– У вас есть какой-то вариант? Может, расскажете? Старший сделал движение в сторону музыканта. Тот выложил на стол тоненькую красную папку с гербом Советского Союза и вопросительно посмотрел на старшего.
– Докладывай, – приказал золотоискатель.
– Есть контракт, – высоким чистым голосом сказал музыкант. – На сто миллионов долларов. Зарегистрирован на таможне. Вас интересует?
– Можно посмотреть?
Контракт был заключен между неизвестной Виктору Ассоциацией содействия малому бизнесу и столь же неизвестной польской фирмой "Полимпекс", которая обещала поставить Ассоциации товаров на сто миллионов долларов с полугодовой отсрочкой платежа. Список товаров – в приложении. Виктор с интересом отметил, что этот список состоял исключительно из иномарок.
– Ну и что? – спросил Виктор, изучив контракт, который, вместе с приложением, умещался на двух машинописных страничках. – А как быть с таможней?
Из красной папки выполз очередной документ. Это была ксерокопия президентского указа, в соответствии с которым ряду общественных организаций и объединений предоставлялись льготы по внешнеторговой деятельности. Красным маркером были отчеркнуты строки, в которых вышепоименованные организации и объединения освобождались от уплаты таможенных пошлин, акцизов и налога на добавленную стоимость. Список осчастливленных организаций включал в себя общероссийские общества инвалидов, глухих, слепых и ветеранов-афганцев.
– А вы здесь где? – спросил Виктор, изучив список. Музыкант достал вторую бумажку. Это было дополнение к указу, в котором к списку льготников добавлялись Национальный фонд спорта и Ассоциация содействия малому бизнесу.
Повинуясь кивку золотоискателя, музыкант сказал:
– Схема такая. Вы продаете "Полимпексу" все ваши машины. Мы их таможим, перепродаем обратно вам, вы реализуете. Надо нарисовать или так понятно?
Было понятно и так.
– Каковы ваши условия? – спросил Виктор, не верящими глазами глядя на разбросанные по столу бумажки.
– Мы работаем с половины, – сказал старший.
– С половины от чего?
– От прибыли.
У Виктора слегка закружилась голова. Он не в первый раз участвовал в коммерческих переговорах и прекрасно знал, что в специфических российских условиях, когда любая коммерческая сделка по бумагам оказывается убыточной, единственной приемлемой базой для достижения договоренности является объем оборота. Гости отметили замешательство Виктора и переглянулись.