"Я думаю, что нам следует поговорить с мистером да Квирмом." - сказал Жвачка.
"Без сомнения вы могли бы это сделать, совершенно безо всякого сомнения..." - сказал Серебряная-Рыбка. - "Но возможно он не в состоянии вас выслушать. Он покинул нас пару
лет назад."
...и тогда, когда я найду что-либо на чем писать, - думал Осколок. Я должен найти кого-нибудь, кто научит меня писать...
"Исчез? Как? " - спросил Жвачка.
"Мы думаем..." - сказал, наклоняясь ближе, СеребрянаяРыбка. - "что он открыл способ сделать себя невидимым. "
"Неужели? "
"Потому что." - сказал Серебряная-Рыбка, по-заговорщически кивая. - "никто его больше не видел."
"А-а." - сказал Жвачка. - "Э-э.это не укладывается у меня в голове. Поймите, но я полагаю, что он мог...просто ку- да-то уйти, после того как вы его не видели? "
"Нет, это не похоже на старого Леонарда. Он не мог бы пропасть.Но вполне мог кануть."
"Ах."
"Он был немного... тронутым, если вы понимаете, о чем я говорю. Голова забита мозгами выше крыши. Ха, я помню его идею получать освещение от лимонов. Эй, Посланник-Чести, вы помните Леонарда и его светящиеся лимоны? "
Посланник-Чести водил пальцем вдоль головы, совершая при этом круговые движения. - "О, да. 'Если вы воткнете медный и цинковый электроды в лимон, эй престо, вы получите ручную молнию.' Он был идиотом! "
"Ах нет, не идиотом." - возразил Серебряная-Рыбка, поднимая биллиардный шар, чудом избежавший детонации. - "Такой острый, что может сам себя порезать, как говаривала моя бабушка. Молниеносные лимоны! Какой в этом прок? Это так же нелепо, как его машина 'голоса-в небе.' Я ему говорил. - Леонард, зачем тогда нужны волшебники, а? Это совершенно нормальное волшебство, доступное для подобных целей. Молниеносные лимоны? Следующими будут люди с крыльями! И знаете, что он сказал? Вы знаете, что он сказал? Он сказал. - Забавно, что вы об этом упоминаете... Бедный старина."
Даже Жвачка присоединился к смеху.
"А вы проделали это? " - спросил он после.
"Что проделали? " - спросил Серебряная-Рыбка.
"Ха-а, ха-а, ха." - сказал Осколок, трудясь вослед другим.
"Вставить металлические электроды в лимоны? "
"Не будьте придурком."
"Что же это письмо означает? " - спросил Осколок, указывая на бумагу.
Они поглядели на нее.
"Нет, это не символы." - сказал Серебряная-Рыбка. "Просто это привычка старого Леонарда всегда малевать на полях.Каляки-маляки.Я говорил ему, что он должен называться мистер Каляка."
"Я думал, что это что-то алхимическое." - сказал Жвачка. - "Это немного смахивает на самострел без лука. И это странное слово АДЛИННОГ.Чтобы это могло означать? "
"Я ищу. Звучит по-варварски. Как бы то ни было...если это все, офицер...мы, со своей стороны, проведем серьезное расследование, чтобы все узнать." - сказал Серебряная-Рыбка, подбрасывая шар из искусственной слоновой кости и вновь его ловя. - "Мы же не розовые мечтатели, как старина Леонард."
"АДЛИННОГ." - сказал Жвачка, крутя бумагу и так и сяк. - "Г-о-н-н-и-л-д-а..."
Серебряная-Рыбка уронил, не поймав, шар. В этот раз уже Жвачка отстал от Осколка.
"Я делал это раньше." - сказал сержант Двоеточие, когда он с Валетом приблизились к Гильдии Шутов. "Держись у стены, когда я постучу в дверь молотком, ясно? "
Дверь была украшена подобием пары искусственных грудей, такой формы, что весьма восхищают в регби и всех, чье чувство юмора было удалено хирургически.Двоеточие нанес удар и ...прыгнул укрытие.
Последовал выкрик "гоп", несколько гудков, исполненных на трубе и составивших маленький мотив, который кое-кто мог бы счесть веселым. Над дверью распахнулся небольшой люк, и пирог с заварным кремом очень медленно возник на конце деревянной руки. Затем рука щелкнула пальцами, и пирог превратился в кучку у ног Двоеточия.
"Экая жалость, а? " - сказал Валет.
Дверь неуклюже открылась, но только на несколько дюймов, и маленький клоун уставился на него.
"Я скажу, скажу, ай-ай-ай." - сказал тот. - "почему толстый человек не постучал в дверь? "
"Не знаю." - автоматически сказал Двоеточие. - "А почему толстый человек должен был постучать в дверь? "
Они уставились друг на друга, упершись и изготовившись к схватке.
"Это то, о чем я просил вас." - сказал уступающе клоун. Его голос безнадежно сник.
Сержант Двоеточие пришел в себя, обретая рассудок.
"Сержант Двоеточие, Ночной Дозор." - сказал он. - "а это капрал Валет. Мы пришли поговорить с кем-нибудь о человеке ...найденном в реке, ясно? "
"Ах, да. Бедный Брат Фасолька. Я полагаю, что в таком случае вам лучше войти." - сказал клоун.
Валет был готов толкнуть дверь, когда Двоеточие остановил его, без слов указав наверх.
"Там над дверью висит что-то, смахивающее на ведро с побелкой." - сказал он.
"Где? " - сказал клоун. Он был очень маленьким, в огромных сапогах, которые делали его похожими на заглавную L. Его лицо было покрыто гримом телесного цвета, поверх которого была намалевана большая улыбка. Его волосы были сделаны из пары старых мочалок, покрашенных красным цветом. Он не был толстым, но в его штанах был вставлен обруч, придававший ему вид смешного толстяка. Пара резиновых подтяжек, так что его штаны подпрыгивали вверх-вниз при ходьбе, были завершающей составляющей в общей картине полного и общего бедлама.
"Да." - сказал Двоеточие. - "Именно там."
"Вы уверены? "
"Полностью. "
"Простите за это." - сказал клоун. - "Это глупо, я понимаю, но это традиция. Подождите минуту. "
Послышалось, как убирают на место стремянку, ругательства, лязг и грохот.
"Порядок, входите же. "
Клоун провел их через сторожку у ворот. В тишине было слышно только хлопанье его сапог по булыжникам. Он остановился, осененный внезапно появившейся мыслью.
"Я знаю, что это далеко не так, но я полагаю, что никому из джентльменов не нравится струйка из моей петлицы? "
"Нет."
"Нет."
"Я тоже полагаю, что нет." - клоун вздохнул. - "Поймите, это нелегко быть клоуном. Я дежурю на воротах, потому что я условно освобожден."