-- Эй, Мартин! Посмотрите сюда!
Глава 18. БЕСКОНЕЧНО КРОХОТНЫЙ
-- Что еще. Дег? -- недовольно спросил я, оборачиваясь к нему.
Он направил свой фонарь в сторону одной из гигантских опор башни.
-- Ничего страшного... Только вот какие странные гвозди, видите?
Мы остановились, и Брэггс даже вскрикнул от удивления. На высоте примерно двух метров массивные, балки были пробиты сотнями гвоздей, причем размещены они были так ровно и симметрично, что казалось, это было сделано какой-нибудь современной машиной. Гвозди выступали над поверхностью крепких старых балок сантиметров на пять или шесть и, похоже, были даже не вбиты, а вставлены в заранее подготовленные отверстия, как это делают, когда крепят обшивку на старых парусниках. Шляпки гвоздей были по крайней мере в ладонь шириной, и на них были выгравированы какие-то знаки. Брэггс сравнил их со старинными письменами на камне, который подобрал в саркофаге возле трона.[
]-- Интересно, -- проговорил он, -- те же знаки, те же письмена... Может быть, это нечто вроде календаря. Либо тут заключены какие-то сведения о конструкции маятника... Смотрите, -- продолжал он, трогая своим тонким указательным пальцем одну из шляпок, -- она поворачивается...
Дег осматривал другие балки.
-- Здесь тоже все утыкано гвоздями, -- сообщил он.
Брэггс был абсолютно спокоен и превосходно владел собой.
-- Очевидно, они хотели получше укрепить эти опоры, потому что они центральные, -- заметил он. -- Или, возможно, это только украшение.
-- Сфотографируй все это. Дег, и пошли отсюда. Профессор, положите сосуд в рюкзак. Не стоит нести его в руках всю дорогу.
Вы правы, -- согласился Брэггс и спрятал сосуд в рюкзак.
Мы тронулись дальше, едва Дег закончил съемку. сделав несколько шагов, Брэггс вдруг остановился
-- Боже мой! -- закричал он. -- Да ведь это... Египетские иероглифы! Иероглифы, Мартин! Надпись сделана на двух языках!
И профессор показал нам шляпку одного из гвоздей и то, что на ней было выгравировано. Действительно, поначалу шел ряд каких-то загадочных знаков, а потом -- иероглифы. Брэггс посмотрел на меня блестящими глазами:
-- Это... это невероятно, -- прошептал он и, обернувшись к Илку, попросил: -- Пожалуйста, Илк, дайте мне ваш нож.
Но Илк, прежде чем исполнить просьбу профессора, вопросительно посмотрел на меня. Я не возражал. И нож оказался в руках Брэггса. Похоже, судьба разыгрывала с нами жуткую шутку.
Брэггс принялся возиться с гвоздем, пытаясь извлечь его.
-- Минутку, Мартин, всего минутку! -- торопливо говорил он. -- Вы понимаете, это может стать ключом ко всему! Двуязычная надпись! С помощью такой двуязычной надписи можно, к примеру, было бы расшифровать язык этрусков...
Я прервал его:
-- Бог с ним, с языком этрусков! Если вам действительно нужен этот гвоздь, скажите, и вам помогут. Илк, помоги ему.
Но в этом не было никакой необходимости. Раздался какой-то странный металлический звук, казалось, он донесся откуда-то очень издалека, из какой-то немыслимой глубины, и гвоздь оказался в руках Брэггса -- он легко вышел из дерева, словно выскользнул из балки, в которую был вставлен. Это был железный стержень толщиной в палец, длиной, как мне показалось, сантиметров в тридцать. Брэггс с волнением обратился ко мне
-- С его помощью, Мартин, мы наверняка сможем расшифровать.
-- Отлично, но сейчас нам надо спешить...
Никто не возражал. Мы сделали, вероятно, шагов пятнадцать, не больше, как вдруг...
У нас за спиной внезапно раздались какие-то странные звуки, словно что-то лопалось. Казалось, крушатся огромные льдины, только во много раз громче, или отчаянно стреляет пылающее сухое дерево. Звуки эти таяли где-то на самом верху невероятной башни, которая вдруг вся завибрировала. Мы остановились, задрав головы. Помимо скрипа, скрежета, треска и свиста ветра мы услышали еще и другой звук -- резкий и немощный одновременно. Затем снова возобновился прежний треск, только на этот раз нам показалось, будто он исходит с еще большей глубины...
-- Что происходит, черт возьми? -- в недоумении воскликнул Дег. Я поднял руку. Опять звонили колокольчики тревоги.
Но вокруг все затихло. Мы в растерянности смотрели вверх.
-- Черт возьми... -- повторил Дег, но голос его перекрыла новая череда оглушительных взрывов. В башне ничего не изменилось, мы это поняли. Просто почему-то заскрипели эти вековые стволы, словно внезапно устав от своих вековых трудов.
-- Надо уходить отсюда? -- сказал я. Но не сдвинулся с места. Остальные тоже не шелохнулись
Мы недвижно стояли, тревожно прислушиваясь, как затихают все эти странные звуки. Теперь слышен был один лишь посвист воздуха, рассекаемого гигантским маятником. Только это. Наконец окончательно установилась тишина, пугающая, невероятная. Брэггс поднял руку, сжимавшую гвоздь, и проговорил:
-- Но... это... -- и умолк.
Тысячи мыслей мгновенно пронеслись в моей голове, но все вытеснила только одна, и я крикнул:
-- Бежим, ребята, скорее! Как можно скорее!
-- Мы бросились бежать по этому окаменевшему лесу и вскоре выбрались из-под основания башни. Маятник уходил от нас вправо. Мисс Линда взглянула наверх:
-- Мне кажется, -- сказала она, подавляя волнение, что света стало меньше.
Я тоже заметил это и крикнул еще громче:
-- Скорее, ребята! -- И направился к железной двери, в которую мы вошли примерно час назад я которая теперь, казалось, была так далеко, почти недосягаемо далеко. Пока мы приближались к ней, становилось все темнее. Все тише рассекал воздух маятник.
-- Идите вперед! -- приказал я, пропуская своих спутников. Я осмотрелся. Да, так и есть. Маятник словно устал. Он терял силу, двигался все медленнее и медленнее. Я видел, как груз приближается, проходит через вертикаль, направляется вправо, но уже с трудом. Я посмотрел на башню. В своей грандиозной неподвижности она была словно окутана каким-то зеленоватым туманом. Свет меркнул все быстрее.
Я хотел было поспешить вслед за моими товарищами, как вдруг услышал какое-то странное глухое бормотание. Земля словно бы задрожала, и с этого мгновения уже не прекращался грозный рокот, с каким текут горные реки. Илк бросился ко мне:
-- Лейтенант! -- крикнул он, показывая в сторону пропасти. Мы бросились туда, и все смешалось в моей голове: в жутком кошмаре переплелись тысячи вопросов, ни на один из которых я не мог дать ответа. Подбежав к краю пропасти, мы легли на землю, и нас тут же обволокло туманом, окатило брызгами да так, что на какой-то миг перехватило дыхание.
Грохот все нарастал. Илк быстро зарядил ракетницы и выстрелил сначала вверх, а потом вниз. Мы невольно вскрикнули от удивления. Не было больше поразительного каскада, не было черных отверстий каналов, пропасть заполнялась серой пенящейся водой. Бурля и завихряясь, она поднималась нам навстречу. Мы смотрели на все это, словно завороженные взглядом гремучей змея. А вода между тем прибывала все быстрее и быстрее, обдавая нас могучим фонтаном брызг.
-- Она заполняется, Илк! -- ужаснулся я. -- Бежим!
Мы бросились догонять товарищей, которые уже приближались к двери и махали нам фонарями, чтобы мы видели, куда бежать, потому что вокруг становилось все темнее и темнее. Я почувствовал, что дышать стало труднее, но вовсе не оттого, что мы бежали.
-- Недостаток воздуха, Илк! -- крикнул я, и голос мой прозвучал глухо, отрывисто. Дег бросился нам навстречу. Он уже был в кислородной маске.
-- Скорее надевайте маски! -- прокричал он. Мы почувствовали, что легкие вот-вот разорвутся, и поспешили воспользоваться его советом. Дышать сразу же стало легче.
Я махнул рукой в сторону пропасти:
-- Там поднимается вода, целое море. Еще немного, и здесь.. -- Я умолк, обернувшись к башне, словно отвечая на какой-то неожиданный призыв. Я стиснул зубы: "Держись, Мартин!" -- приказал я самому себе и сумел сохранить спокойствие.