-- Нет... тут ничего нет, Сильвия!
Это крикнул Эванс. Они с Джеем вскрыли первый ящик и обнаружили запасные детали к прибору Финкля. Оба выглядели расстроенными. Сильвия указала пистолетом:
-- Другой... Ну, живо, не теряйте времени! Быстро!..
Быстро. Время бежит. И хотя солнце, похоже, сдалось, уступив место туману, а свет вместо того, чтобы усилиться, меркнул, все равно утро уже прошло, и стрелки часов приближались к полудню. Однако неважно, медленно или быстро идет время: одна минута -- это всегда только шестьдесят секунд!
-- Быстрее! -- торопила Сильвия. И как раз в этот момент, словно отзвуком грома, послышался гул самолета.
Мы подняли головы и поискали его в белесых облаках. Шум был слабый и, казалось, приближался одновременно и справа и слева. Самолет, только чей? Тупамарос, спешивших за миллионом... или с ближайшей спасательной станции? А может, какая-нибудь военная машина, которая летела по своим делам?
Все возможно. Наше приключение могло закончиться, еще не начавшись. А Сильвия, отбросив мечту о богатстве, снова стала бы той же лучезарной девушкой, какой была прежде... но только в наручниках.
Она это понимала. и взглянув а небо, опять поторопила:
-- Быстрее! Быстрее, вам говорят!
-- Тогда сними с нас наручники! -- в отчаянии крикнул Эванс, протягивая скованные руки. Сильвия, казалось, поколебалась. Потом твердо и решительно мотнула головой:
-- Нет. Дальше. Следующий ящик. Быстро!
Гул самолета затих, словно шум уходящей грозы. Теперь слышно было только эхо. Но и оно угасло. Джей и Эванс принялись за второй ящик.
Не знаю, приходилось ли вам подбирать нужный ключ из большой связки? Думаю, что приходилось. И вы помните, наверное, что в большинстве случаев он всегда оказывался последним... Точно так же случилось и сейчас с нетерпеливой Сильвией. Вскрыли еще два ящика, в них тоже оказалось только электронное оборудование.
-- Опять... опять ничего, -- доложил Эванс, глядя Сильвию. Она показала на другие ящики.
-- Ломайте эти... Быстро!.. -- Голос ее звучал теперь резко, визгливо. Она теряла обладание. Видимо, ей самой стало страшно. Гул вновь приблизился... Теперь уже не было сомнений. Самолет явно кого-то искал. А точнее -- нас. В любую минуту он мог вынырнуть из облака и появиться у нас над головой. Что если это тупамарос? Но они могли прилететь на вертолете и, наверное, сразу бы поняли, что происходит. Можно было допустить, что они всех перебьют, мстя за смерть Астрид... А может, наручники спасли бы нас. Может за смерть Астрид... А может, наручники спасли бы нас. Может...
-- Быстрее! Быстрее!
Вскрыли еще один ящик, четвертый, но и в нем не оказалось ни долларов, ни взрывчатки.
Наступила тишина. Все замерли. Никому не хотелось ничего говорить. Я обнаружил, что тоже совсем забыл о самом главном -- о нашем спасении и о сердце, заключенном в камне.. если это действительно было сердце. Джей и Эванс в растерянности смотрели на Сильвию. Показав на последний в этом ряду ящик, стоявший у самого камня, она приказала:
-- Вскрывайте! Вот этот! -- Она снова пыталась уйти от судьбы, которая смеялась над ней, над ее жадностью, злобой, а также и над нашим страхом... Тут уж ее П-38 ничего не в силах был приказать.
Джей и Эванс бросились к ящику, судорожно сорвали пластиковую оболочку, ругаясь, быстро отвинтили болты и чуть-чуть помедлили, прежде чем выбивать гвозди...
...Ничего не оказалось и тут. Оставалось всего два ящика.
-- В одном взрывчатка... в другом -- деньги, не так ли, Мартин? -спросил Дег. Я утвердительно кивнул. Но вдруг в голову пришла другая мысль, и я возразил:
-- Нет, я этого не утверждал.
-- Как? Не утверждал? Но... тогда...
-- Помолчи, Дег, ради Бога, помолчи! -- Я не в силах был сдерживать странное волнение, охватившее меня. Приходилось думать сразу о многом, мысленно сражаться на нескольких фронтах... Гул самолета, летавшего над нами, приближавшегося и удалявшегося, пистолет Сильвии, предчувствие смерти, поиски золота и взрывчатки, мертвая Астрид в нескольких шагах от нас... и что-то еще. Предчувствие, что она допустила какую-то ошибку... какую -- я еще не знал. Я только чувствовал это, догадывался. Ошибку. Причем я видел ее, эту ошибку, но словно в тумане...
Вскрыли предпоследний ящик. И Эванс вскочил на ноги.
-- Ничего! -- крикнул он срывающимся голосом. Обвел нас пустым взглядом. -- Ничего нет и здесь!.. Ни денег, ни... ни проклятой взрывчатки! -- Он посмотрел на меня.
-- Вы, -- со злобой закричал он, -- это вы говорили о миллионе долларов! Золото, банкноты! Где он, этот миллион, а? Где?
-- Где? -- эхом отозвался Джей. Мне стало ужасно жаль их обоих. Мысль о деньгах затмила у них страх смерти. Они не замечали даже, что у них скованы руки. Сам по себе факт, что они работают на Сильвию, вынуждал их думать, будто они ее соучастники, что им суждено разделить с нею сокровище... Эванс сглотнул слюну и, повернувшись к девушке, заговорил, пытаясь быть спокойным...
-- Сильвия... видишь, ничего нет.. Я просто не понимаю, как... Если только Астрид не посмеялась над вами...
-- Следующий ящик, -- прервала его Сильвия, --открывайте этот... -- Она подняла голову -- гул снижающегося самолета слышался все ближе. И снова повернулась к ним: -- Вскрывайте! Скорее!
-- Мы должны сохранять спокойствие, должны сохранять спокойствие, -повторял Финкль, стоявший рядом со мной... -- Что-то летит, господин Купер... Кто-то нашел нас, не верите? И мы сможем... выбраться из этой ситуации, сможем... узнать, увидеть. -- Он вздохнул, мне кажется, с болью. -- Как вы думаете, что же все-таки может означать это... эта пульсация? Какая-нибудь магнитная аномалия?
-- О чем вы, инженер? -- спросил я.
Он покачал головой:
-- Извините... в сущности, я... не знаю, что и думать... Сильвия... никогда бы не предположил, что... что...
В этот момент раздался крик.
Мы посмотрели в сторону ящиков. Джей и Эванс вскрыли последний. И кто-то из них невольно вскрикнул, оба вскочили и, как зачарованные, смотрели на то, что им открылось.
-- Что там? -- закричала Сильвия дрожащим голосом. -- Что?!
Они не ответили, даже не взглянули на нее. Тогда она крикнула еще что-то, я не разобрал. И наконец Джей и Эванс обернулись. Джей молчал, а Эванс, приподняв закованные руки, проговорил:
--Туг... тут все, Сильвия... и деньги и взрывчатка...
Снова наступила тишина. Напряженная тишина. Гул самолета теперь не был слышен, и ветер бесшумно пролетал среди мертвых камней. Никто не осмеливался шелохнуться. Я посмотрел на недвижное тело Астрид -- она предусмотрела все. Наверное, предвидела, что могло бы произойти. Ошибку она допустила в другом: сразу не одела наручники на всех нас. И это стоило ей жизни. Впрочем, все должно было случиться именно так, как случилось. Тот, кто сражается за какую-то идею и фанатично верит в нее, в сущности очень наивен. Он с готовностью доверяет всем людям. Сам презирая деньги, он считает, что и все другие тоже пренебрегают ими, и потому позволяет белокурой кукле отобрать у себя П-38, а та стреляет и убивает эту фанатичку идеи...
Однако вот предсмертная насмешка Астрид, ее последний вызов: "Возьмите миллион, если можете. Он здесь, среди запальных патронов, которые могут взорваться и которые... Ошибка! Вот в чем ошибка Сильвии! Она оставила смертельно раненной Астрид сигнализатор... Колокольчики тревоги, однако, не зазвонили. Я испытал нечто вроде горького разочарования. Если я и сделал открытие, то оно было довольно ничтожным и совершенно бесполезным...
-- Действуй, Эванс. Попробуй достать деньги. Воцарилась еще более глубокая тишина, если только подобное было возможно. И где-то очень далеко, Бог знает, как далеко, слышен был гул самолета, возвращаемый эхом от сотен пустынных вершин. Сильвия вздрогнула, взглянула на нас, на тело Астрид и приказала:
-- Ты должен достать деньги!
Но в голосе ее уже чувствовалась нерешительность