Музыка смолкла. Кейт опустила руки, но не отошла. Несколько секунд они смотрели друг на друга. Рев машин - на верхнем этаже приступили к работе нарушил это настроение. Кейт повернулась к Боуэнам.
- Как точно вы угадали со временем.
- Спасибо за то, что позволили нам несколько романтических минут. Эсси, улыбаясь, убирала в сумку "бум бокс". - Молодые люди, не забывайте уделять немного времени романтике. Это поможет вам пережить трудные моменты.
Кейт вспыхнула, а Уилфред искренне произнес:
- Эсси, с тобой никогда не было никаких трудных моментов. Ты всегда была самой славной женой во всем Дикси.
- Теперь понятно, почему я с ним все эти годы? - с улыбкой сказала Эсси.
Провожая пожилую чету, Донован думал о романтике. Ему очень понравилась эта идея.
***
Другой день, другое здание, предназначенное на снос. Кейт радовала ее работа в "Фениксе", но она уже перешла от восторга и волнения новичка к стадии обычного, спокойного отношения. Гостиница Святого Кира была выстроена основательно, и требовалось провести множество точных вычислений, чтобы аккуратно взорвать ее, не повредив соседние небоскребы. Когда Донован соберет всю необходимую информацию, они вернутся в Балтимор, а для наблюдения за оставшейся работой вылетит бригадир "Феникса".
Перед поездкой Кейт оставляла Дину Джулии, и это дало ей возможность преодолеть неловкость, вызванную субботней сценой, - они с Донованом явно выбрали неподходящее время для визита. Беседа женщин была триумфом аристократических манер - ни одна не говорила прямо, но Кейт дала понять, что не намерена судить собственную мать, а Джулия пояснила, что их отношениям с Чарлзом пришел конец. Кейт не знала, как к этому отнестись. Эгоистка в ней восприняла новость с облегчением, и все же, могла ли дочь радоваться тому, что ее мать лишилась утешения в один из самых тяжелых периодов жизни?
Кейт шла вниз, в подвал, где грохотало мощное устройство, ломая внутренние перегородки. Кейт провела несколько минут с Джилом Брауном, местным бригадиром, обсуждая, что должно быть сделано.
Потом Браун поднялся наверх, а Кейт осталась в подвале. Она обходила территорию, которую до этого не обследовала. Когда-то в подвале был целый лабиринт из складских помещений. Агрегат уже разбил больше половины перегородок, действуя с такой силой, что даже на противоположном конце подвала потрескалась штукатурка.
Осветив фонариком одну из складских комнат, Кейт заметила трещину в потолке и решила исследовать ее поближе Наверху, казалось, пролегала слишком широкая балка. Как раз такая вещь может явиться помехой при взрыве. Тяжелый деревянный ящик стоял у стены, Кейт подтащила его и взобралась, чтобы получше рассмотреть трещину. Вытащив из поясного набора отвертку, она ковырнула штукатурку, чтобы добраться до балки.
Машина ударила одну из поддерживающих колонн с такой силой, что Кейт ощутила вибрацию. Она нахмурилась. Оператором работал рыжий парень с непроницаемым лицом, который, казалось, считал, что может разрушить все здание сам, и без динамита. Придется поговорить с ним, прежде чем подниматься на другой этаж, подумала Кейт.
Машина врезалась в другую колонну. На этот раз потолок над ней задрожал. Больше чем задрожал, Боже, он падал на нее...
Кейт не успела даже крикнуть, когда потолок обрушился, придавив ее, и она лишилась чувств.
***
Постепенно Кейт приходила в себя. Кругом стояла темнота, она попыталась пошевелиться и не смогла. Неужели она парализована? Нет, но придавлена таким тяжелым весом, что едва могла дышать. Инстинктивно она попыталась вздохнуть, чтобы позвать на помощь. Удушающая тяжесть, казалось, навалилась еще сильнее.
Кейт приказала себе не паниковать. Она была не в состоянии двинуть головой, которую свернуло налево и что-то держало, но лицо не пострадало, и она могла понемногу втягивать воздух. Сумев установить контроль над своими эмоциями, Кейт попыталась оценить положение. Она упала на спину и лежала на холодном бетонном полу, придавленная массой гладкого материала. Сплющена, как образец на предметном стеклышке микроскопа. Кейт почти не испытывала боли. Начиная с пальцев ног, она по очереди осторожно напрягала все мышцы тела. Все вроде бы работало. Рев агрегата слышался по-прежнему, значит, времени прошло не много. Она потеряла сознание от шока, а не от ранения.
Главная сила удара обрушившегося потолка пришлась на левую сторону ее тела и грудную клетку. Они были зажаты так, что скоро онемели бы. Положительным моментом было то, что она могла двигать руками ниже локтя, особенно правой. И тусклый свет пробивался из-под краев плиты - все лучше, чем быть погребенной в могильной темноте. Есть ли хоть какой-нибудь шанс выбраться отсюда самостоятельно? Она попыталась сдвинуть плиту. Только пыль посыпалась ей на лицо. Кейт поняла, что, даже если бы у нее было больше сил, кусок все равно слишком тяжел для одного человека.
Она осторожно принялась ощупывать пол правой рукой. Пальцы коснулись чего-то деревянного. Ящик, на котором она стояла до падения, поддерживал плиту. Если бы не узкое пространство, образовавшееся при этом, ее бы раздавило.
Рев приближался. С внезапным ужасом Кейт поняла, что, добравшись до этого помещения, оператор просто сметет груду камня в стальной контейнер и во время работы разорвет ее надвое. Она подумала, не закричать ли, но даже если бы ей удалось набрать в легкие достаточно воздуха, все равно никто ничего не услышит из-за воя машины. Хватятся ли ее до того, как сюда доберется проклятый погрузчик? Скорее всего нет. Пол задрожал, когда машина ударила очередную колонну. Плита опустилась чуть-чуть ниже. Паника охватила Кейт, она поняла, что смерть рядом. Еще никогда в жизни она не была так напугана, даже когда висела на краю шахты в Лас-Вегасе.
Близость смерти заставила ее совсем по-другому взглянуть на свою жизнь. Не так много было того, о чем она сожалела, но все это касалось ее отношений с людьми. Живя в Калифорнии, она должна была стараться изо всех сил, чтобы побороть отчуждение между ней и отцом и полностью восстановить отношения с матерью. И надо было дать шанс Доновану, пока еще была возможность. Рейчел была права, говоря, что Кейт избегает близких связей. А теперь, должно быть, слишком поздно. Если бы только она мола позвать Патрика, извиниться за свои трусливые отговорки...