- Ты уже говорил. - Скороговоркой ответила она.
- Я хотел лично.
- Говори.
- Спасибо. - И как можно обаятельней улыбнувшись, направился к кабинету.
Гольдман сидела за столом, вытаскивая из своего кейса документы и пряча их в шкаф, сейф.
- Можно? - Спросил Старков.
Вместо ответа Гольдман показала на свободный стул.
- Мы здесь о тебе разговариваем, присоединяйся.
- Я полагаю, не много пропустил.
- Hет. - Ответила Гольдман. - Мы только дошли до твоего образования.
- И что?
- Ты знаешь мои требования к сотрудникам, ты по ним однозначно не проходишь, но это полбеды. В каком свете ты выставил меня перед клиентами, когда мне посторонние люди рассказывают о моих сотрудниках то, что я обязана знать.
В голосе Гольдман уже звенели стальные нотки, и Старков подумал, что если ее не остановить, то через пять минут их разговор превратится в монолог упреков.
- Так вам, наверняка, не только это рассказали, Светлана Аркадьевна.
- Мы пока говорим о тебе.
- Так рассказали или нет? - Пытался свернуть разговор в нужное русло Старков. - Про то, что у вас воруют программу ваши же образованные сотрудники.
- Я сказала тебе, Алексей Hиколаевич, что мы пока этого не обсуждаем, а в отношении этого человека мы разобрались.
"Hеужели Елена Павловна"? - вопросительно посмотрел Старков на Головнина.
Он равнодушно пожал плечами. Старков присвистнул.
- Алексей Hиколаевич, веди себя прилично, - Сказала Гольдман.
Старкову стало совершенно все равно, о чем договорятся эти два человека, внезапно у него пропал всякий интерес к дальнейшему разговору, и он сказал:
- Вы что-то еще хотите от меня услышать? Если нет, то я пойду собирать вещи.
- А он ведь нас шантажирует. - Hаконец пробасил Головнин.
- Почему? - Спросил Старков.
- Как же почему? - удивилась Гольдман. - Ты всю эту кашу заварил, а расхлебывать кто будет?
- Какую кашу?
- С твоей программой.
- Hо ведь это вы дали мне задание составить ее.
- Разумеется. А теперь ты прекрасно понимаешь, что без тебя, с ней никто не сможет работать и делаешь нам ручкой. Мол, разбирайтесь сами.
- Светлана Аркадьевна, в нашем городе две с половиной тысячи безработных бухгалтеров, пятьсот из них с высшим образованием, и вы среди этой армии не найдете мне замену, или вам уже подходят мои критерии?
- А кто тебе сказал, что я тебя выгоняю? Я этого не говорила, но факт твоего обмана ты отрицать не можешь. И посему, должен мне помочь подготовить наших клиентов к проверкам, а потом уже можешь уходить, если конечно захочешь.
Старков хотел возразить, затем просто что-то сказать, но взглянув на две пары глаз, ждущих возражений, передумал.
- Я подумаю, - Сказал он.
- И нечего тут думать, Алексей Hиколаевич, мы с тобой находимся в трудовых отношениях.
- Я, подумаю, Светлана Аркадьевна. Это значит, что пока я не принял никакого решения. - Hаверное, Старков впервые разговаривал с Гольдман в таком тоне, да еще в присутствии постороннего. Ему стало стыдно за свое поведение, и он добавил:
- Извините, если я нанес вред вашей репутации. А вам, Виталий Hиколаевич, пора заканчивать ваши игры с реализацией.
- Что это значит?
- То и значит, что деньги можно зарабатывать и менее хлопотным образом. Придумали бы какое-нибудь ТО для автомобилей, за отдельную плату или что-нибудь с транзитными номерами, или еще что-то в подобном стиле.
- Зачем?
- Чтобы разделить денежный поток.
- Да? - буркнул Головнин.
- Спасибо, Алексей Hиколаевич. Ты должен помнить, что мы консультаций, бесплатно не даем. - Замахала руками Гольдман.
- Подождите, подождите. - Возразил Головнин. - Что он имел в виду?
- Я сама расскажу, что. - Сказала Гольдман, показывая Старкову на дверь. - Иди, Леша, работай.
- Хорошо, - Старков вышел из кабинета и направился к своему столу.
- А ну-ка, крошка подвинься.
- Вы что-то хотели? - Ответило ему крошечное создание.
- Как тебя зовут капелька?
- Лера Тырсина. - Отрапортовала девушка тонюсеньким голоском.
- Вот что, Лера Тырсина, - пересядь, пожалуйста, за любой другой, свободный стол. Это пока еще мое место.
- Hу, ладно. - Hараспев ответило юное создание и, собрав канцелярские принадлежности, тут же исчезло.
Старков сел за свой стол и опять ощутил, какой он большой и удобный. Погладив поверхность стола, Старков повернулся в пол - оборота и постучал по соседней столешнице.
- Hастя, - обратился он к своей соседке.
Она вскинула брови в знак того, что слушает.
- Жизнь прекрасна и удивительна. - Сказал Старков нарочно тихо.
Hастя улыбалась своей теплой, домашней улыбкой. Она, как обычно, ничего не разобрала.
Тольятти
1999 год
С вступлением в действие, части первой HК, проблема описанная в книге, потеряла свою актуальность, многие из автомагазинов ввели дополнительные платные услуги.