- Я часто слышал, - говорил второй, - что он способный парень. Говорят, он тем же занимается на Занзибаре.
- Верю. Это беда для Занзибара. Он мне всегда казался мирным оазисом в пустыне политиков и власть имущих. Но Джемб и его банда изменят все... Если смогут. Занзибар - это маленький рай, а Джемб - дьявольский змей. Я когда-нибудь говорил тебе...
Говорящий снова понизил голос, поскольку предмет их разговора направлялся обратно к своему месту, и больше не было произнесено ни слова ни о Занзибаре, ни о человеке по прозвищу Джемб.
Дневной свет угасал, и Дэни подняла шторку. Они все ещё летели над морем. Хорошо бы что-нибудь почитать или поговорить с кем-нибудь, чтобы успокоить нервы и отвлечься от мыслей о мистере Ханивуде и убийстве. Парочка за ней, исчерпав все политические темы и обсудив судьбу Кении, перешла к нервирующей теме воздушных катастроф. Начали они с очень грустной истории о поселенце, который летел с семьей в Найроби, но вынужден был совершить посадку в пустынной местности, где все умерли от жажды, так и не дождавшись помощи. Вторая история был о джентльмене по имени Блотто Кутс, который упал в море у Момбасы и был съеден акулами. И третья посвящалась некой Тутс Парбури-Бассет, которая врезалась в кратер потухшего вулкана, убив себя, двух друзей и африканского мальчика...
- Наверное, попала в воздушный поток, или мотор отказал, - радостно вещал рассказчик. - Нашли их лишь на следующий день. Ужасная каша. Ошметки тел были разбросаны по всей округе - непонятно, кто есть кто. Ты слышал о том лайнере, что упал в Средиземное море в прошлый вторник? Подумай об этом. Наверное, как раз там, где мы сейчас пролетаем. Сорок восемь человек на борту и...
Араб Джемб вскочил и почти побежал по проходу, бросив на говорящего злой взгляд. Похоже, он тоже слышал их разговор. Дэни вспомнила его недавнее признание: "Мне всегда плохо, особенно над морем...что, если двигатели откажут? Тогда мы все утонем! Это ужасно!"
Что он чувствует, - думала Дэни, - вглядываясь в необъятные морские просторы внизу и спрашивая себя, есть ли акулы в Средиземном море? Она прекрасно знала, что у побережья Момбасы их полно. Ей стало интересно, что бы случилось с робким Джембом на месте покойного Блотто Кутса. Наверное, на последнем этапе путешествия ему придется хуже всего.
Если бы он хоть чуть соображал, - подумала Дэни, - он бы принял успокоительное. Мне бы оно тоже не помешало.
В голубых просторах над ними показалась звезда, потом другая и третья, пока не стемнело совсем. Сиденья откидывались назад, салон погружался в сон. Свет был почти погашен, осталось только слабое голубое сияние. Но ночь не принесла отдыха, хотя, судя по несущемуся отовсюду храпу, многим спалось совсем неплохо.
В желтом тумане они спустились завтракать в Хартуме. Там стюардесса со вторым пилотом снова попытались разбудить Холдена.
- На этой остановке нужно полностью освободить самолет, объяснил второй пилот, - но с ним слишком долго придется возиться. Должно быть, он чертовски много выпил. Счастливчик! Ну ладно, пусть лежит. Вы с ним, мисс... м-м..?
- Китчелл, - ответила Дэни, - да, я его секретарша.
- Вам повезло! Что вы намерены с ним делать, когда мы прилетим в Найроби?
- Не знаю, - честно призналась Дэни. - Надеюсь, он проснется раньше.
- Не стал бы загадывать, - добродушно хмыкнул второй пилот и ушел вместе со стюардессой.
Дэни и остальные пассажиры, невыспавшиеся и помятые, завтракали, обмениваясь тусклыми вежливыми улыбками. А над Эфиопией вставало солнце. Сэр Амброуз Ярдли с сожалением покинул их, его место занял тощий индус. Но в целом число пассажиров не изменилось, и уставшие зевающие путники начинали смотреть на соседей так, словно были знакомы уже много лет.
Лэш проснулся вскоре после того, как они снова взлетели. Он посмотрел на Дэни так, будто никогда раньше её не видел, сообщил, что чувствует себя ужасно, и отправился в туалет, где выпил несколько глотков щедро хлорированной воды, вернулся на место и снова заснул.
Дэни с любопытством смотрела сверху вниз на Африку. Широкое, плоское пространство, оранжево-коричневое, разбитое пятнами зелени и усеянное группами карликовых ульев, которые она приняла за местные краали. Наконец на горизонте появилась голубая тень, завершаемая двумя снежными вершинами.
- Кенийская гора, - сообщил какой-то энтузиаст, изучавший карту. - Мы скоро прилетим. Должны быть в Найроби в одиннадцать, осталась четверть часа.
- Будьте добры, пристегните ремни, - попросила стюардесса, и Дэни приступила к нелегкому процессу застегивания пряжки своего работодателя.
4
- Оставь меня в покое, - неразборчиво бормотал Холден, не открывая глаз.
- Не могу, - ответила Дэни, продолжая его трясти. - Просыпайтесь! Нельзя больше спать. По крайней мере не здесь. Через несколько минут мы прилетим в Найроби.
- Ну и что с того?
- Мы там выходим, - терпеливо объясняла девушка. - Наш план на этом кончается. Помните? Вы должны проснуться, Лэш! Пожалуйста, проснитесь.
- Идите к черту, - пробурчал Лэш в ответ.
Дэни начала яростно его трясти, Лэш застонал и попытался выпрямиться. Он с видимым усилием открыл глаза и снова их закрыл.
- Боже! Как я ужасно себя чувствую!..
- Вы и раньше это говорили, - перебила его Дэни. - И выглядите вы не лучше.
Лэш снова осторожно открыл глаза и сердито посмотрел на нее.
- Я вас знаю?
О Боже! Так и есть, - подумала Дэни, теряя надежду, - так и есть. Он меня не помнит.
Ее вновь охватила паника, но девушка быстро с ней справилась.
- Должны, - поспешно напомнила она. - Я ваша новая секретарша.
- Чепуха! А что случилось с Адой?
- Свинка.
- Но какого черта?.. Ну ладно! Ладно! Я все улажу позже. Боже!.. Нельзя столько пить...
В этот момент самолет мягко приземлился. Лэш сжал руками голову и громко застонал.
Дэни потом не могла вспомнить, как ей удалось не сойти с ума в последующие полчаса. На самом деле у неё просто не было времени расстраиваться. Никакой секретарь Тайсона их не встретил. Каким-то образом ей удалось получить свой багаж и багаж Лэша Холдена, провести его через все официальные пропускные пункты, через таможенников и запихнуть в такси. На её паспорт, точнее, на паспорт Ады Китчелл, всего лишь мельком глянули - и все.