Словом, все остались довольны, удостоились прибавки к жалованию и по этому поводу закатили отчаянную пьянку. Только Антон Синюхин на этом празднике жизни был лишним. Он один из всей бригады не был квалифицирован на более высокий разряд. Как имел четвертый, так и продолжал его иметь. Все веселились, а он сидел за столом хмурее тучи и молча заглатывал по полстаканчика.
- А ты сходи к начальнику цеха, - наконец обратил внимание на грустную мину Синюхина Митрич, - Поговори по душам. Глядишь - тоже повысят разрядность.
- По душам это как? - иронически спросил Синюхин.
- Ну как? Расскажи про свою замотанную жену, про тещу-пилу, про детей, которые хотят хорошо есть и пить...
- Рассказывал уже, - махнул рукой Синюхин.
- Ну и что?
- Рано, говорит, тебе, Синюхин разряд повышать. Ты, говорит, Синюхин, инициативу проявляешь, только когда по стаканам разливать нужно.
- А ты и ему налей, - сказал кто-то из членов бригады, - Начальник цеха - тоже человек. И этим делом не меньше нас забавляется. Любит водочку. Я как-то к нему в кабинет ворвался, а там! Водки - море! И две бабы полуголых. Начальники цехов разряжаются.
- Что же я с ним на брудершафт пить должен?
- Зачем на брудершафт? Ты денег не пожалей, купи ему бутылочку водочки или коньяка в праздничной упаковке и оставь на столе.
- Взятку дать что ли?
- Ну почему сразу-таки взятку? Подарок. Сувенир.
В фирменном водочном магазине Синюхин пристальным взглядом изучал полки с многочисленными бутылками. Водки, коньяки, джины, ром. Даже текила имелась. Хрен его знает, что за напиток, Синюхину такое пойло ни разу не приходилось пробовать. Зато бутылка была фигуристая и стоила столько, за сколько можно было купить шесть пузырей отечественной, родимой и ежедневной.
- Девушка, - отважился обратиться Синюхин к продавцу, - А какой напиток можно подарить в качестве презента? Допустим, любимому начальнику?
Продавец внимательно оглядела невзрачный прикид Синюхина и без интереса спросила:
- Какой суммой располагаете?
Синюхин на несколько секунд замешкался, но потом четко произнес:
- Триста пятьдесят.
- Коньяк армянский. Или водка "Юрий Долгорукий" в литровой бутылке.
Синюхин купил "Долгорукого". Все-таки целый литр! Да и коробка цветастая, с золочеными буквами. После того как с водкой разделаешься, такую и на видном месте хранить можно. Например, в серванте или на книжной полке.
На другой день после смены, подбодренный товарищами, Синюхин поплелся в цехоуправление. Секретарша начальника цеха уже упорхнула. Синюхин приоткрыл дверь и увидел за столом медвежью фигуру начальника цеха. Тот что-то писал.
На скрип двери начальник оторвал глаза от листков бумаги и увидев Синюхина, казалось нисколько не удивился.
- Тебе чего, Синюхин? Опять за жизнь пришел разговоры говорить?
Синюхин, придерживая под мышкой коробку с "Долгоруким" перешагнул на территорию кабинета.
- За нее, Виктор Павлович, за жизнь.
- Бьет ключом? И все по голове? - бросил трафаретную шутку начальник.
- По голове, Виктор Павлович. - Ответил Синюхин переминаясь с ноги на ногу. Он не знал, как вести себя дальше. Благо на выручку пришел начальник цеха.
- А что это у тебя под мышкой, Синюхин?
- Это? - Синюхин уже держал коробку в вытянутых руках, - Это Долгорукий! Юрий. Родоначальник Москвы. То есть - это водка такая - "Юрий Долгорукий".
Начальник цеха подпер тяжелый подбородок кулаком, удовлетворительно цокнул:
- Мне кажется, Синюхин, пора тебе повышать квалификацию. Засиделся ты на четвертом разряде. Тебе не кажется?
- Засиделся, Виктор Павлович. Еще как засиделся. Теща-сука каждый день напоминает о моей зарплате. Гроши, кричит, получаешь.
- Ты поставь своего "Долгорукого" вон на ту полку. Уронишь от волнения не дай Бог!
Синюхин с радостью избавился от презента.
- Ну что ж, Синюхин, передай своего бригадиру, чтобы писал на тебя представление на получение пятого разряда. Пора... - сказал начальник, взял со стола карандаш и погрузился в изучение производственных планов.
- Мне можно идти? - после некоторой паузы спросил Синюхин.
- Иди, дорогой. Спеши к своей теще.
Обрадованный таким поворотом дела, Синюхин заскочил в тот же водочный магазин, где днем раньше приобрел "Долгорукого", купил "четвертинку" и чуть ли не на крыльях полетел домой. Пятый разряд, в чем он теперь не сомневался, был ему обеспечен. Начальник цеха слов на ветер не бросает.
...Под утро в квартире Синюхина раздались настойчивые звонки. Теща поплелась в прихожую. А через несколько секунд в квартиру влетели несколько людей в милицейской форме. Невзирая на полураздетую жену, растормошили Синюхина в кровати. Антон и приподняться не успел, как ему на запястья "браслеты" нацепили. Вывели на кухню и словно дубиной по голове:
- Вы, гражданин Синюхин, обвиняетесь в покушении на убийство.
- Какое покушение? Вы меня с кем-то путаете! - стуча зубами ответил ничего не понимающий Синюхин.
- Водку "Юрий Долгорукий" в литровой бутылке вчера вечером приносили своему начальнику цеха?
- П-приносил, - сознался Синюхин, - Это не взятка - п-презент.
- А в ту водочку, какой отравы подмешали?
- Зачем мне подмешивать? - не понял обвинения Синюхин.
Милиционеры сделали ехидные улыбочки и переглянулись.
- Он ещё дурака из себя корчит! Не отвертитесь, Синюхин. Мы уже допросили всех челнов вашей бригады и сделали вывод, что вы хотели отравить своего начальника цеха из-за личной обиды. Из-за того, что только вам не повысили производственный разряд. Отомстили, так сказать...
- Убивец! - выпалила теща, стоящая в дверях кухни и внимательно следившая за разговором.
- Да вы с ума сошли! Я эту водку даже из коробки не вынимал. Как купил в магазине, так и передал её Виктору Павловичу. Вы у него спросите!
- В том-то и оно, что спросить не можем. Ваш Виктор Павлович с тяжелым отравлением теперь "отдыхает" в реанимационном отделении. В каком магазине брали водку?
- На Заводской улице. В ликероводочном.
- В каком часу?
- После работы это было. Около семи вечера.
- Продавца помните?