- Кажется, в самом деле всё.
Оба засмеялись, потому что подумали одновременно oб одном и том же: а вдруг еще не все?
- Как вас зовут? - спросил профессор, разглядывая с симпатией молодого человека.
- Андрей Мохов, актер. А вас я уже знаю. ОН мне вас представил.
- Занятная ситуация, - подытожил профессор. - Встреча двух марионеток. Спектакль сыгран, можно обменяться впечатлениями.
Он вынул из нагрудного кармана салфетку с решениями.
- Ваш почерк? Вот эти цифры.
- Мой. А что это?
- Так, одна задачка. У вас какие были оценки в школе по математике?
- Еле на тройки тянул.
- Ну что ж, совсем неплохой результат для троечника.
Настроение у профессора улучшалось. Теперь их было двое, а это уже легче.
- Интересно, какие факты он предъявил вам?
Вопрос произвел неожиданное действие на молодого человека. Он нахмурился, посерьезнел.
- Что значит "предъявил"?.. Ах да. Вы же ученый, обязаны все подвергать сомнению, даже самые очевидные вещи. Вот, - он вынул из кармана старенький томик с золотым обрезом. - Это редчайшее издание из библиотеки одного моего знакомого, который живет в другом городе и никогда никому не дает своих книг.
- Да... эффектный номер, - сказал профессор, перелистывая твердые белые листки, которые не смогло тронуть даже время. - Подобным способом он мне тут устроил телефонный разговор. Кстати, а где телефон?
Анатолий Николаевич тольки сейчас заметил, что телефонный аппарат исчез. Он вернул томик Андрею.
- Представляю, как вы были потрясены... особенно когда узнали, с кем имеете дело.
- Не представляете, - проговорил Андрей, глядя на профессора с пронизывающей серьезностью, - потому что особенно потрясен я не был. Я давно догадывался (да и не только я): что-нибудь такое обязательно должно произойти в мире.
- Не знаю, не знаю, - отозвался профессор, несколько задетый его отчужденным тоном. - Впрочем, какое это теперь имеет значение? Контакт с инопланетным разумом действительно имел место, от этого факта никуда не денешься, но при обстоятельствах весьма туманных, не понятных. И теперь нам с вами надо решить, как действовать дальше, а поэтому предлагаю для начала обменяться информацией. Если что-нибудь будет неясно - спрашивайте.
Анатолий Николаевич коротко пересказал Андрею содержание своего разговора с космическим гостем. Молодои человек слушал очень внимательно, не спуская глаз с профессора.
- Значит, вам его предложение показалось нелогичным?
- Да не просто нелогичным, а нелепым! Убежден, что такой вариант контакта никому не приходил в голову.
- Это уж точно...
Чувство ревности кольнуло Анатолия Николаевича.
Похоже, что-то такое рассказал пришелец этому далекому от науки красавцу. Что-то такое важное, что счел нужным утаить от него, ученого.
- Ну, а вы с ним о чем говорили?
Андрей повертел в руках пустой бокал, играя капелькой жидкости на дне, поднял глаза на профессора и вдруг мягко, совсем по-детски улыбнулся.
- О смысле жизни.
- Вон как! И... что же?
- Что нового я узнал, хотите вы сказать?
- Да. А ничего... - актер пожал плечами и поставил бокал на место. Ничего такого, о чем в той или иной форме не говорилось еще до нас с вами.
- Ну а конкретнее?
- Конкретнее?.. - Андрей задумчиво поднял брови. - Вот уж не знаю, получится ли. . Очень уж тема обширная.
Он откинулся в кресле, положив руки на подлокотники.
- Вы, как я понял, всю жизнь занимались наукой.
- Да, со студенческих лет.
- И, наверное, прочли немало книг по своему профилю?
- Не только по своему. Занятия наукой требуют определенной широты кругозора.
- Ну, а такие, скажем, области, как история, философия, религия, вас не интересовали?
- Честно говоря, постольку поскольку, - подумав, признался Анатолий Николаевич. - Тут я, видимо, троечник, как вы в математике... В наше время быть энциклопедистом, сами понимаете, невозможно. Чем-то приходится жертвовать.
- Вот и первая хитрость космическаго демона, - усмехнулся Андрей,свести двух троечников. Очень символично,- Он задумался, глядя куда-то далеко, мимо профессора. - Не отсюда ли все беды человеческие, что мир, если вдуматься, состоит из троечников?
К ним подошла официантка: - Будем расплачиваться?
Актер и ученый одновременно вынули бумажники и... рассмеялись. После короткого забавного препирательства профессор отвоевал право заплатить за ужин. Они поднялись и пошли к выходу.
Глава 9
У ярко освещенного фасада ресторана было шумно.
Дождь еще не кончился, и под бетонным навесом, громко разговаривая, толпились подвыпившие посетители.
Анатолий Николаевич и его новый знакомый остановились в стороне, у края навеса, с которого на черный асфальт лились редкие струйки воды. Среди ожидающих выделялась компания девушек и парней, одетых модно и довольно пьяных. Они стояли в кружок, обнявшись за спины, - все длинноволосые, в джинсах, трудноотличимые друг от друга - и, качаясь, с громким подвыванием пели популярную песенку.
Профессор давно уже не бывал не только в ресторанах, но и вообще в местах массового отдыха. Институт, завод, академия, министерство, дом, иногда (если уж очень допекут) телестудия - все время в спешке, на машине. Привык беречь каждую минуту. Сценка неприятно поразила его. Он подумал, что в дни его молодости, когда жизнь была куда более бедной, увидеть такое было почти немыслимо. Чего им надо? Чего еще не хватает?
- Что, не нравится? - услышал он над ухом баритон Андрея.
- Да... неприятное зрелище.
- А раз неприятное, то лучше и не смотреть, - сказал Андрей с жестковатой ноткой и, помолчав, снова заговорил: - Живем каждый на своем этаже, занимаемся каждый своим делом: кто космос штурмует, кто спортивные рекорды, а кто вот так... воет у кабака. Любопытно живем, а?
- Да.., - без выражения обронил профессор. Его сейчас гораздо больше всех других проблем занимала проблема, как выйти из неопределенного положения, в которое его поставило странное условие космического гостя.
- Пойдемте-ка, а? Дождь как будто уже кончился, - предложил он, выглядывая яз-под навеса.
Они двинулись по мокрому черному тротуару, на котором расплескались разноцветные огни от фонарей и витрин.