Весьма реалистично, - подумал Фаддер. - Реалистично до тошноты...
Таким же, похоже, было мнение и большинства зрителей. Многие поднялись, собираясь уходить.
- Арни... - начал Фаддер.
Бойд все ещё сидел, уставившись пустыми глазами на экран. Фаддер чувствительно пнул его под бок.
- Пошли.
- Уже иду. - Бойд встал и начал протискиваться через опустевшие тем временем ряды стульев. Фаддер достал носовой платок, вытер шею и лоб. Все-таки в зале было довольно душно.
Бойд ждал его в фойе. Фаддер остановился, чтобы закурить. Ему в своей жизни доводилось испытывать неприятности. Но ещё никогда он не был так переполнен ненавистью, как после этого фильма. Это могло быть делом рук только одного человека - Феррамонте.
- Что теперь? - спросил Бойд.
- Прежде всего мы нанесем один визит, - сказал Фаддер.
Киномеханику выражение лица Фаддера, видимо, не понравилось. Он отступил назад. Даже вид пяти зеленых банкнот по тысяче песет, появившихся в руке у Джонни, его не слишком успокоили.
- Мы не хотим скандала, - сказал Фаддер. - Вам нужно лишь ответить на наши вопросы.
- Именно, - приветливо подтвердил Бойд. - Только на наши вопросы.
- Но это запрещено...
Джонни кивнул Бойду. Тот, уже без прежней приветливости, приблизился на несколько шагов. Киномеханик, маленький толстый человечек с грязным воротничком, отступил ещё дальше назад.
- Нет - нет, сеньоры, у меня есть указания...
- Да? - спросил Фаддер и аккуратно положил банкноты на стол.
- Ну да...От самого босса. Да - да.
- От Ортиса?
- Совершенно верно - от дона Рамона. Он приходил полчаса назад, дал мне эту пленку и распорядился, чтобы этот фильм показали сегодня вечером. Конечно, я не посмел отказаться. С какой стати...
- Полчаса назад?
- Может быть, немного раньше. За полчаса до начала сеанса. Должно быть, около половины десятого. Я ничего не знаю. Пожалуйста, поверьте мне...
- Большое спасибо, - сказал Джонни. - Это все.
* * *
Они задержались на улице, у стоянки машин, и тихо разговаривали.
- Так - а теперь выкладывайте.
- Что?
- Все.
- Но вы же сами видели.
- Кое-что мне не совсем пока ясно, - терпеливо пояснил Фаддер. Почему вы, например, подумали, что парень мог быть Белгой?
- Потому что на нем была одежда Белги.
- Белги?
- Та же самая одежда, которая была на нем в день гибели. И потом ещё эти розы...
- Пожалуйста, не говорите загадками.
- Они были у него в руке, когда я его прикончил. Огромный букет роз.
- Теперь я понимаю, - кивнул Фаддер. - Значит, Эстелла все им рассказала. Во всех подробностях. И они избрали этот очаровательный способ, чтобы проинформировать нас, что все знают.
- Но зачем им это?
- Отчасти - чтобы досадить нам. Наш приятель - известный садист. Ему это просто доставляет удовольствие. Может быть, он заодно хочет добиться, чтобы мы потеряли голову. И это ему почти удалось. Итак, Эстелла рассказала им о Белге. Но она не могла сказать, что мы сегодня вечером будем в кинотеатре, верно? Кто им сообщил об этом?
- Нас могли заметить на входе.
- Фильм доставили за полчаса до того. Вы же слышали, что сказал этот киномеханик.
- Я...
- Вы говорили об этом Леа, верно?
- Но вы же не думаете...
- Это так?
- Мне пришлось ей сказать. Мы говорили по телефону, и...
- Прекрасно, Вам пришлось ей сказать. Почему? - спросил Джонни.
- Мы договорились встретиться в десять часов у меня. Поэтому мне пришлось ей сказать, что я приду позже, а когда она спросила...
- И все это по телефону? Когда это было?
- Откуда я знаю... Может быть, в шесть...
- Да, - в раздумье протянул Фаддер. - Похоже, теперь Леа тоже у них в руках.
- О Боже, - воскликнул Бойд.
Фаддер исподволь наблюдал за ним. Его лицо исказилось, он нервно прикусил нижнюю губу. Да, - подумал Фаддер. - Им почти удалось. У Бойда начинали сдавать нервы.
- У меня такое ощущение, что фильм снят моей камерой - той, которую я отдал Пепе. Человека, который убил Эстеллу, зовут Доницетти. Итак, у вас появляется шанс...
- Откуда вы это знаете?
- Разве вы не заметили татуировку?
Верно, - подумал Бойд. - Ведь это было в досье.
- Я совсем забыл про это.
- Теперь слушайте внимательно, - сказал Джонни. - То, что я сейчас скажу - приказ.
- Я слушаю.
- Хорошо. Вы условились с Леа встретиться в вашем бунгало после киносеанса? Хорошо. Отправляйтесь сейчас туда. Если я правильно рассуждаю, её там не будет. Но, возможно, вы встретите там другого гостя. Сомневаюсь, что он представляет для нас такую же ценность, но, тем не менее, не совершите ошибку.
- Доницетти, - плотоядно повторил Бойд. - Не бойтесь - ошибки я не совершу.
- Но если она, вопреки ожиданию, все же тем окажется, вы должны с ней скрыться.
- Скрыться? - недоверчиво переспросил Бойд.
- Да. Она в опасности. И вы тоже. Поезжайте в Барселону и снимите номер в каком-нибудь отеле. И оставайтесь с ней там. Если не застанете в своем бунгало никого, действуйте так же.
- Но вы не можете просто отстранить меня от задания. Во всяком случае, не сейчас!
- Вас раскрыли, - объяснил Фаддер, с трудом заставляя себя говорить спокойно. - Вы уже не можете быть полезны. Если это вас утешит, могу сказать, что ваши шансы живым добраться до Барселоны можно оценить максимум один к десяти. Но нужно попытаться это сделать, и заодно забрать с собой Леа. Это ваш долг перед ней.
- А вы остаетесь здесь?
- Сейчас нет времени для объяснений. В порядке исключения хоть раз делайте то, что вам говорят. Повторите приказ.
Бойд повиновался.
- Все верно, - сказал Джонни. - А теперь - за дело.
* * *
Ему нужны были теперь две вещи: телефон и оружие. Телефон для разговора с Грандером, оружие для всех остальных. И то, и другое было в его бунгало.
Туда он сейчас и ехал без излишней спешки. Остановил машину перед дверью, вошел, включил в гостиной свет и прошел в спальню.
На столе лежала кинокамера.
Чемодан все ещё оставался на прежнем месте, в изножии кровати. В чемодане лежал - во всяком случае, он на это надеялся - его "вальтер ". Он подскочил к кровати, одним рывком смахнул чемодан на пол и начал рыться в вывалившейся куче белья. "Вальтера" не было.
У него ещё осталось время обернуться, прежде чем на него набросились.
Значит, меня они тоже разоблачили, - думал он, отчаянно отбиваясь ногой от нападавшего. - Мы оба раскрыты. И сначала они покончат со мной. Бойдом они займутся позже.
На плечо Фаддера с сокрушительной силой обрушился набитый песком чулок, уже испытанный в деле при устранении Пепе. Последовавший за этим жестокий удар коленом в живот свалил его на пол. Над ним мелькнул черный шерстяной чулок. Фаддер на мгновение увидел темную татуировку на запястье руки, державшей оружие. Когда загорелая рука обрушилась вниз, он отвернулся.
Случилось так, что он никогда не узнал, как выглядел его противник.
Итак, с Фоксом покончено, - подумал Доницетти. Правда, не все прошло по плану. Странно, что он сразу бросился к чемодану. Там не было ничего важного, я ведь проверял.
Постой-ка, парень ещё дышит. Вот живучий, гад!
Доницетти, все ещё стоявший на коленях на полу, крепче ухватил чулок с песком.
На этот раз я его прикончу, - думал он. - Я ударю слева за ухом, там череп тоньше и расколется, как яичная скорлупа. И не нужно будет убирать труп. Он споткнулся о чемодан и разбил себе голову о спинку кровати. Очень просто. Не так убедительно, как с Пепе, но все же чисто. Полиция не будет чересчур любопытна. Здесь любят тишину и порядок и боятся скандала. Итак, вперед, малыш, за работу...
Его темно-карие глаза радостно блеснули, он облизнул губы. Потом не спеша взвесил в руке чулок с песком. Ситуация была в его вкусе. Он не любил действовать слишком наспех. А сейчас можно было позволить себе не спешить...