– Если вы не отпустите меня сейчас же, я…
– Что? – поинтересовался Амброс, презрительно скривив губы.
Лианна уставилась на него; ярость красной пеленой застилала ее глаза.
– Я превращу вас в червяка, раздавлю и скормлю соколу! – выдохнула она.
От его хохота задрожали потолочные балки.
– Вы смеете смеяться?! Вы думаете, я не сделаю этого?! – вскипела она.
– Лианна, вы целительница, – наконец произнес Амброс, пронзительно глядя ей в глаза так, что у нее перехватило дыхание, – а не колдунья. Может, я и незаконнорожденный выскочка и не принадлежу к королевской семье, но я не дурак. Я видел, что вы делали с тем раненым торговцем. И слышал ваши заклинания.
Он отвел непокорную прядь, упавшую Лианне на глаза, и пригладил ее у молочно-белой щеки принцессы.
Лианна посмотрела на него.
– Тогда вы знаете, что я вовсе не собиралась использовать эти травы и корни для приготовления колдовского зелья!
Конечно, в ее словах есть доля истины. Лианна, несомненно, просто искала лекарственные травы, однако Амброс не мог рисковать. Просто не мог – после того, что произошло с Мадлен.
Он решил отнести собранные Лианной травы и корни деревенской знахарке, которая знала толк в таких вещах, и удостовериться в том, что из них нельзя приготовить яд или зелье, затмевающее разум.
Глядя на Лианну, которая все еще сопротивлялась под ним, Амброс восхищался ее храбростью. Она сражалась в неравной битве как могла – используя как тело, так и разум.
Он никак не ожидал встретиться с такой ослепительной красотой, когда остановил свой выбор на принцессе Пенмаррена. Ему нужна была жена королевской крови, которая сделала бы его титул более значительным, чтобы его наследник мог в будущем мирно править этой землей, не тратя силы на бесконечные войны. Амброс хотел покончить с кровавыми распрями, которые как проклятье, сопровождали каждого, кто владел этой землей.
Он не думал, что эта женщина может заинтересовать его больше, чем обычно мужчина испытывает интерес к женщине.
Эта девушка не просто заинтересовала Амброса, она сделала то, что так и не удалось его первой жене – холодной и замкнутой – за все время их недолговечного брака. Лианна увлекла его.
С яркими, как цветы, растущие в горах Блэкенстара, глазами, молочно-белой кожей и сочными губами, красными, словно солнце на рассвете, она была самой соблазнительной женщиной из всех когда-либо им виденных. А ее бархатистые волосы – как могло случиться, что они всегда благоухали, будто розы? Может быть, это тоже какое-то колдовство?
– Если вы и дальше будете сопротивляться, то слишком устанете, чтобы от вас в этот вечер был хоть какой-нибудь толк, – хрипло сказал Амброс и заметил, как прекрасные глаза Лианны вспыхнули ослепительным голубым пламенем.
– Варвар! Я никогда не перестану сопротивляться! Если вы намерены обращаться со мной, как с заложницей, пленницей, как с рабыней, которая должна потакать вашим прихотям, то я буду вести себя именно так и сопротивляться вам до последнего вздоха!
– Я думаю, вы способны на это, – проворчал Амброс, встретив ее свирепый взгляд и задумчиво разглядывая девушку. – Милая моя, если вы будете проявлять столько страсти при исполнении супружеского долга, вы просто утомите меня до смерти.
При этом он рассмеялся и внезапно отпустил ее руки, отодвинувшись в сторону. Лианна молниеносно приподнялась, отбросив волосы с лица. Она вскочила с кровати и отбежала в противоположный угол комнаты. Ее грудь упруго вздымалась, и Амброс не мог оторвать от нее глаз.
Он медленно встал. Она была восхитительна. Стройная и изящная в своей ночной сорочке, облегающей ее красивые груди и округлые бедра. Красивая, гордая, грациозная – и испуганная. Хотя Лианна изо всех сил старалась не показывать этого, по искрам, горевшим в глазах, Амброс увидел ее страх. Губы у нее дрожали, но она стояла спокойно и прямо – нежная и одновременно грозная женщина-воин.
Она никогда не признается в том, что ей страшно – понимал Варвар. Она скорее умрет, чем будет умолять о великодушии.
Амброс делил ложе со многими женщинами, и все они хотели – даже, скорее, страстно желали – его прикосновений. Но эта женщина, его жена, боялась и презирала его. Амброс знал, что она считает его недостойным себя. Внезапно ему захотелось подчинить ее чувства, ее разум, ее тело, растопить ее холодность, сделать так, чтобы она сама стремилась в его объятья, мечтая о любви.
Амброс направился к Лианне, двигаясь не спеша, чтобы не испугать ее еще больше. Он увидел, как девушка поспешно отпрянула назад, а затем остановилась – несомненно, она поняла, что не сможет отступить от него больше чем на шаг.
– Лианна, – Амброс протянул руку и взял ее за изящный подбородок, заставив запрокинуть голову. Пламя свечей освещало лицо принцессы; казалось, ее бледная кожа светится.
– Успокойтесь. Я не собираюсь причинять вам вреда.
– Вы уже его причинили! Амброс приподнял брови.
– Неправда.
Лианне очень не хотелось признаваться себе в этом, но говорил правду. Герцог не причинил ей никакого вреда… Пока не причинил.
– Возможно, пострадала ваша гордость, – сказал Амброс и провел пальцем по безупречной линии ее губ.
Лианна дрожала всем телом. Новый страх закрался в ее I душу, пока она смотрела в глаза Варвара. Он чувствует, что ее душа разрывается на части – разрывается между неожиданной и пылкой тягой к нему и желанием бежать. Его яркие пронзительные серебристо-серые глаза, казалось, способны были увидеть все, что творится в ее душе, в ее сердце.
Лианна изо всех сил старалась сохранить то ледяное достоинство, которое было ее единственной защитой.
– Я уже говорила вам – тогда, в трактире, – что знаю свои обязанности, действительно знаю, – заговорила она быстро. – Но нам вовсе незачем спешить, герцог, правда? Вы наверняка устали после сражения…
– Отнюдь.
– Возможно, вы ранены…
– Ни царапины.
– И мы почти не знаем друг друга! – поспешно добавила Лианна.
– Это легко исправить.
Амброс улыбался, глядя на нее! Сердце Лианны предательски сжалось, и она прокляла свою душевную слабость.