Сеньоры, пусть и здесь нам примером послужит Америка. Посмотрите, что там происходит хотя бы в области недвижимого имущества. Сначала они строили небоскребы, рассчитанные на шестьдесят лет. Однако очень скоро поняли, что такой долгий срок ущемляет интересы строительных компаний. И вот теперь, как только небоскребы переходят двадцатипятилетний рубеж, их облагают такими огромными налогами, что куда выгоднее сносить их и воздвигать новые. Это дало замечательные результаты: строительство настолько расцвело, что недавно конгрессу было предложено сократить срок до пятнадцати лет. Их метод, сеньоры, указует наш долг. Наш долг -- установить для каждой вещи ограниченный срок пользования, по истечении которого на ее владельца налагается столь тяжелый налог, что он вынужден будет отделаться от нее. Нужно добиться такого положения, чтобы после года работы старого автомобиля, холодильника, телевизора их было бы дороже сохранять, чем купить новые. И скоро, очень скоро, можете мне поверить, этот налог, равно как и элемент непрочности, заложенный во все промышленные товары, будет считаться совершенно обыденным явлением. Постепенно мы сможем еще сократить эти сроки. В конце концов покупатели примирятся с тем, что нужно заменять машину каждые три месяца, тем более если за это время она благодаря употреблению слишком тонкого стального листа приобретет вид старой кастрюли. Наша задача -достичь того, чтобы у владельца машины, которая отслужила полгода, появился комплекс неполноценности и ему было бы стыдно ездить на таком драндулете. Или же, если он не клюнет на эту удочку, мы задушим его налогами.
Сеньоры, я рассказал вам лишь о самых первейших неотложных мерах. Впоследствии нам предстоит еще другая работа. Но всему свое время. Тем более что нам еще нужно преодолеть кое-какие трудности -- технические, финансовые, психологические, иначе меры, предусматриваемые нами, не принесут желаемого эффекта. Задача всех нас -- разработать детально эти меры, а затем проследить, чтобы они внедрялись осторожно, с умом.
Каждое министерство должно подготовить соответствующие материалы. Я хотел бы, сеньоры, получить их в самое ближайшее время.
В месяцы, последовавшие за этим знаменательным заседанием кабинета министров, решения постепенно и умело, как того требовал Квота, проводились в жизнь. Флоранс в качестве руководителя лаборатории коммерческого психоанализа имела возможность проследить этот процесс: сначала новые меры вызвали сопротивление, затем покупатели постепенно смирились, а под конец и совсем привыкли к новшествам Квоты, и то, что впоследствии получило название "обязательного товарообмена" и "коэффициента непрочности", и впрямь было внедрено без рывков и в относительно короткий срок. Правда, на черном рынке торговали старыми прочными двигателями и бытовыми электроприборами, срок пользования которыми уже истек для их владельцев, но эти торговые операции проводились в весьма скромных масштабах. Проповедь, которую отец Эспосито ежевечерне читал по телевидению между двумя матчами кетча (то есть при наибольшем числе телезрителей), принесла свои плоды. Следуя указаниям Квоты, святой отец без передышки твердил о том, что нет для христианина лучшего способа почтить на нашей земле бога, как проявить себя хорошим гражданином, хорошим отцом семейства и хорошим, то есть покорным и дисциплинированным, покупателем, так что со временем, как и следовало ожидать, его проповеди внесли в умы слушателей необходимую для пользы дела путаницу, и верующие в глубине души действительно поверили, будто покупают множество вещей не по необходимости, не по принуждению, не по личному желанию, а выполняя свой долг гражданина и христианина. На жульнические махинации пускались лишь немногие, да и то все их осуждали. В большинстве своем люди были довольны и гордились тем, что каждые три месяца у них появлялась новая машина, каждый месяц -- новый холодильник. Совесть их была чиста не только по отношению к государству, но и к богу, а сознание того, что они выполняют волю господню, пробудило в них желание посещать церковь, чем недавно еще они пренебрегали. Ряды "священных когорт" пополнились, секта, как и предсказывал Квота, вступила на путь процветания, что навеки сделало Эспосито его преданнейшим союзником.
Вдобавок ко всему успех "обязательного товарообмена" и "коэффициента непрочности" разрешил на время и проблему переизбытка вещей, позволил обладателям тесных квартир, куда уже нельзя было втиснуть ни одного нового приобретения, избавившись от всего лишнего, спокойно делать новые покупки, и люди облегченно вздохнули. Теперь миновали их мучения, когда к концу месяца приходилось носиться по магазинам, чтобы выполнить обязательную норму: отныне покупатели уже не ломали себе голову над тем, что бы им приобрести такого, чего у них еще нет. Наступила эра ликования и всеобщего благоденствия, и Флоранс поверила, что благодаря гению Квоты наконец-то страна обрела устойчивое равновесие, которое отныне уже не нарушится.
Не столь отрадные последствия "обязательного товарообмена" и "коэффициента непрочности" сказались попозже. Впрочем, Квота, судя по всему, их тоже предвидел и, чтобы помочь делу, еще задолго до того, как всполошились жители Тагуальпы, стал постепенно проводить реконверсию промышленности.
Вследствие все убыстрявшегося "товарообмена" производство автомобилей, водонагревателей, холодильников и других бытовых приборов достигло небывалой цифры, намного опередив Соединенные Штаты, хотя численность населения там в двадцать раз больше. Пропорционально увеличению производства увеличилось и количество негодных автомобилей, различных агрегатов и приборов, которые считались отслужившими свой срок. За несколько месяцев вокруг городов, на каждом свободном клочке земли, где можно было устроить свалку, выросли кладбища автомобилей и самого разнообразного железного лома, превратив пригороды в этакие Альпы. Люди с беспокойством взирали на эти горы листового железа, автомобильных покрышек, кухонной утвари и прочего хлама, которые достигали неслыханной высоты, угрожая задушить жителей городов. Как же от них избавиться?