- Ты воспользуешься моим автомобилем?

- Только до тех пор, пока не поймаю такси, - ответил я. - Скорее всего, полицейские будут искать твою телегу. Не бойся, я вернусь за тобой, когда раздобуду машину.

Он смахнул пот с лоснящегося лба и изобразил неубедительную усмешку, такую же фальшивую, как трехдолларовая банкнота.

- Пока ты работаешь на меня, Шерлок, я не имею ничего против уединения.

Я выбрался на улицу до того, как он пустил слезу. В этом громадном увальне было что-то трогательное, он смахивал на вспугнутого слона и вызывал сочувствие. Однако, возвращаясь на его машине в город, я решил, что мне не помешало бы позаботиться о собственной персоне. Я угрожал целой стае лягавых и теперь стал беглецом от того, что они не без юмора называли правосудием. С таким же успехом частный сыщик мог перерезать себе горло или повеситься.

5

СЛЕД УБИЙЦЫ

В аптеке на Беверли я купил солнцезащитные очки и черный карандаш для бровей. В галантерейном магазине напротив нашел кепку из шотландки и пару спортивных башмаков из коричневой парусины, которыми, к счастью, торговали без ограничений. Затем, вернувшись в машину Джоша, я попытался сделать то, чем прежде никогда не занимался, - изменить свою внешность, словно сыщик из бульварной книжонки.

Туфли уменьшили мой рост почти на дюйм. Кроме того, если челоека привыкли видеть в шляпе, в кепке он тоже кажется ниже. Я подкрасил брови, нацепил очки и посмотрелся в зеркальце заднего обзора. Не так уж и плохо. Конечно, фальшивые бакенбарды сделали бы меня ещё более неузнаваемым, но это - на крайний случай, который, по-моему, ещё не наступил.

Я тепло распрощался с машиной Дельброка и, довольный, зашагал по улице, думая, что меня не узнал бы и родной брат, если бы он у меня был. До чего приятно чувствовать себя в безопасности. Около меня остановилось такси, и водитель спросил:

- Тачка нужна, мистер Тернер?

- Да, - ответил я и полез в машину. Когда до меня дошло, что таксист узнал меня, волосы на моей голове встали дыбом.

- Как вы меня назвали?

Таксист усмехнулся.

- Я все слышал по радио. Похоже, вы опять влипли, а?

Теперь и я узнал его. Это был таксист, который очень неудачно помог мне несколько месяцев назад, когда я расследовал убийство на причале в Венеции. Я даже застонал от досады.

- Ну надо же. Из всех водителей мира мне попался именно ты!

- Для простого совпадения это слишком, - он улыбнулся и с восхищением посмотрел на меня. - Ну и разоделись же вы. Вам, сыщикам, наверное, очень нравится разгуливать по городу в таком виде. - Он доверительно понизил голос. - Эй, ваш клиент действительно грохнул мистера Мандерхейма, как передали по радио?

Я зарычал:

- Только не суй свой нос в мои дела, мальчик. Не трогай меня.

Он надулся.

- Я не виноват, что узнал вас! Скажите спасибо, что не сообщил в полицию. Я не сволочь, особенно если пассажир не жадный.

Я достал бумажник.

- Сколько, бандит?

- За помощь?

- Нет, за молчание.

Он взялся за руль и так резко рванул с места, что я чуть не вывихнул себе шею.

- Я не продаюсь, - опять обиделся он. - Если мне кто-то нравится, он мне нравится, и все.

- Десять? - спросил я.

- А, бросьте.

- Двадцать?

Он оттаял и остановился.

- Куда вам нужно, и кого требуется грохнуть? - Таксист задумчиво добавил: - Еще за десятку я бы так его отделал, что родная мать не узнала бы. Только скажите.

- Да, - я усмехнулся. Несколько минут назад я думал, что у меня нет брата. Теперь мне показалось, что следовало бы внимательнее изучить свое генеалогическое древо. Если этот парень и не был моим родным братом, то уж двоюродным - наверняка. Ведь он любил деньги даже больше, чем я. - Отвези меня в Центральное актерское агентство. И брось трепаться об уголовщине, у меня и так хватает неприятностей.

Парень покатил в заданном направлении. Остановив машину, он сказал:

- Ну, вот мы и прибыли. Хотите, я одолжу твам свою форменную фуражку? В ней вас не узнает даже родная мать.

Я взял у него котелок с козырьком, нахлобучил на голову и вылез из машины. В вестибюле сидела привлекательная блондинка, с которой я несколько раз проводил вечера, пока мои вкусы не изменились. Она вытаращилась на меня и зачирикала:

- Провалиться мне на месте, если это не красавчик Дэн. Привет, сыщик. Куда это ты так вырядился?

- Привет, - угрюмо ответил я, яростно швырнул очки в плевательницу, бросил на пол фуражку и топнул по ней ногой. Стало чуть легче.

- Мне нужны кое-какие сведения.

- Я могла бы попытаться их раздобыть.

- Чудесно. Мне нужны парни, которые ненавидели Пола Мандерхейма.

Она вытащила из стола толстый телефонный справочник Голливуда.

- Можешь наугад открыть на любой странице. Тут одни ненавистники Мандерхейма. Годится?

- Нет, мне нужен особый парень.

- А точнее?

- Он, вероятно, связан с кинематографом, хотя это только предположение. Это здоровый лысый громила, но его зовут не Джош Дельброк.

- Забавно.

- Что забавно?

- В "Параметро" был такой окорок. Только Мандерхейм на прошлой неделе его уволил. Причем уволил с таким треском, что теперь беднягу никто не берет. Ему пришлось зарегистрироваться у нас, он согласен на любую работу, даже на массовки.

- Не томи. Все эти тайны очень действуют мне на нервы. Пока со мной не началась истерика, назови, пожалуйста, его имя.

Она порылась в картотеке.

- Алексей Соронов, русский. - Она записала на клочке бумажки адрес и протянула его мне. - Когда позвонишь? Или ты подался в монахи?

- Крошка, - ответил я, - я тебя обожаю. В ближайшем будущем я разобью около твоего дома палатку. - И я бросился вон из здания студии, к желтому такси.

Таксист распахнул дверцу.

- Что-нибудь ещё случилось? - поинтересовался он. - За вами гонятся, или что похуже? Эй, где моя фуражка? Куда вы её дели?

Я сунул в его всегда готовую принимать подачки лапу пятерку.

- На, купи себе новую. Поехали. Нам предстоит похищение.

- Похищение? - Он переключил передачу и с восторгом посмотрел на меня. Мы чуть не сбили зазевавшегося прохожего. - Вот повезло! Как в картине с Хамфри Богартом, да? Похищение! Ну и ну.

- Лучше следи за дорогой, - посоветовал я.

- Конечно, но я не каждый день совершаю похищение.

- Да уж, - проворчал я. - Мы должны похитить двоих людей. По-моему, я вот-вот схвачу за шиворот убийцу.

6

БОЛЬШАЯ УЛИКА

Карсон-стрит была обсажена деревьями, которые давали много тени. Это был скромный район, застроенный во время бума сразу после первой мировой войны. Здесь стояли крытые черепицей бунгало с широкими навесами, огороженными проволокой лужайками и уютными верандами. Завернув за угол, мой возница остановил свою колесницу.

- Здесь?

- Да. Не мешай мне. Я разрабатываю план операции.

- Ого, - протянул он. - Значит, дело серьезное?

- Ты чертовски любопытен. Парень, за которым я охочусь, похож на моего клиента Джоша Дельброка. Это здоровенный русский, и он вполне может оказаться громилой.

- Кто, Дельброк?

- Нет, русский, - я покачал головой. - Думаю, это он грохнул Пола Мандерхейма, и именно его видела Сандра Шэйн убегающим с поля брани. Наверное, в темноте она приняла его за Дельброка.

- Ну, и?

- Мы должны его схватить и где-нибудь подержать, пока я не привезу для опознания Сандру Шэйн. Вероятно, она признается, что видела на лестнице не Дельброка, а его.

- Раз плюнуть. С иностранцами не бывает хлопот.

- Мне бы твою уверенность, - угрюмо буркнул я. Откуда-то внезапно донесся громкий баритон, сопровождаемый звуками пианино. Голос был такой мощный, что по спине у меня забегали мурашки. Он пел по-русски. Чистая, как горный водопад, мелодия плыла по улице, эхом отражаясь от тротуаров.

- "Ничего!" - заглушая пианино, гремел баритон. Затем на несколько секунд наступила тишина, и вновь заревел голос.