Эти мечты и планы едва оперившегося бизнесмена явились, по существу, предтечей дальнейших трагических событий. Ночью на одной из тихих алма-атинских улиц раздался первый роковой выстрел. От него погиб шофер такси А. Ф. Пешков, пожилой человек, участник Великой Отечественной войны, отец семейства. Он вез в Малую станицу трех угрюмых парней. Жизнь его оборвалась в тот момент, когда машина на малой скорости завернула в глухой переулок, указанный пассажирами.
Прохожие видели "волгу", забуксовавшую в арыке, но не подошли к ней, потому что в машине сидело несколько мужчин, и они, по-видимому, не нуждались в посторонней помощи. Правда, сидевший за рулем "волги" Замирайлов был не настолько опытным водителем, чтобы сразу же вырваться из затруднительного положения. Боясь посторонних глаз, он попытался выключить внутренний свет в машине, но нарушил всю проводку. Мотор заглох. В темноте обшарив карманы убитого водителя (у него оказалось лишь 18 рублей), бандиты скрылись.
Второй выстрел грянул спустя две недели в том же районе. На этот раз жертвой убийц стал шофер такси М.И.Рящиков. Добыча опять оказалась мизерной - 23 рубля.
Надежды не оправдались. Таксисты, оказывается, не располагают большими деньгами. Не те объекты.
Идея ограбления кассы треста "Казэлектромонтаж", где числился слесарем Замирайлов, возникла под впечатлением какого-то зарубежного детективного фильма. Особенно запомнился кадр, когда две угрюмые личности ловко орудовали автогенным аппаратом, вскрывая сейф.
Из кинотеатра Замирайлов вышел с приподнятым настроением. В тресте ему знакомы ходы и выходы, охрана. Дружки признали идею гениальной. Началась подготовка к "делу".
В мастерской треста Замирайлов припрятал переносный сварочный трансформатор, комплект проводов, подобрал необходимый инструмент. А потом постепенно переправил все это домой. И никто на производстве не хватился исчезнувшего имущества. Не обнаружила пропажи и комиссия, проводившая инвентаризацию в мастерской. Поверила на слово: кому, мол, нужны эти причиндалы?
В данном случае бесхозяйственность на предприятии способствовала совершению очередного преступления. Несомненно, что кто-то из работающих вместе с Замирайловым видел, как тот прилаживал сварочный аппарат, но махнул рукой, дескать, кто в деле, тот в ответе.
Никто из сотрудников мастерских фирмы "Кзыл-Ту", где работал Яуфман, не задумался над тем, зачем парню искрогаситель, ружейные пули, над изготовлением которых он трудился у станка.
Судя по всему, подготовка к ограблению кассы шла беспрепятственно. Обуреваемые страстью к деньгам, бандиты шли на риск. Чтобы перевезти сварочный аппарат из дома к месту задуманного преступления, нужно было раздобыть автомашину.
На одной из оживленных улиц они остановили такси, за рулем которого сидел А.П.Ветров. Ничего не подозревая, он по их просьбе остановился в темном переулке. Здесь бандиты хладнокровно убили его из обреза, как если бы выкурили папиросу.
Сбросив труп в канализационный колодец и завладев "волгой", убийцы подъехали к конторе треста. Но совершить гнусное дело не удалось - помешала милицейская засада. Заметив возле дерева людей в форменных фуражках, Замирайлов нажал на сцепление, и "волга" скрылась.
Бандиты улизнули, как говорится, из-под самого носа милиции, не вызвав даже подозрений о своих преступных намерениях. Раздосадованные неудачей, они бросили машину, вернулись домой и на своем мотороллере помчались к канализационному колодцу, куда час назад сбросили труп шофера такси. Им было жаль, что забыли снять с головы убитого ондатровую шапку! Единственной деталью, свидетельствующей о ночном вояже грабителей, был змеиный след мотороллера, оставленный на снегу.
Перед милицией стояла задача не из легких. Пострадавшие, оставшиеся в живых, не могли сообщить что-либо определенное о грабителях. И все же добытые данные помогли работникам уголовного розыска напасть на след, ухватиться за ниточку, нащупать осиное гнездо преступников.
Началось все под Новый год. В милицию прибежал некто Курносов, ранее судимый за хулиганство, и, показывая на раненую ногу, сказал дежурному, что на него напали четверо бандитов с обрезом, когда он шел к своей тетке на вечеринку.
Работники милиции провели расследование, побывали на квартире тетки пострадавшего, допросили свидетелей, среди которых были Замирайлов, Григоров и Яуфман. Все они подтвердили рассказ Курносова: дескать, парень вбежал в дом насмерть перепуганный оттого, что едва не лишился жизни.
Следствие по делу Курносова было приостановлено ввиду отсутствия прямых улик. Но спустя три месяца к нему снова вернулись. Следователи усомнились в правдоподобности заявления пострадавшего. Как же могло случиться, что Курносов на относительно освещенной улице не видел в лицо бандитов и не запомнил какие-либо приметы? Странно! И почему все-таки выстрел произведен в ногу, а не в затылок? Что-то не похоже на почерк орудовавших в городе бандитов.
Эти вопросы привели следователей к соседям тетки Курносова. Здесь была установлена еще одна немаловажная деталь. Оказывается, выстрела на улице никто не слышал, но вот в доме, где под Новый год пьянствовали Замирайлов, Яуфман и Григоров, чье-то ружье бабахнуло так, что люди выбежали на улицу.
Теперь вряд ли следует сомневаться в том, что появление Курносова в милиции - это инсценировка, маневр бандитской группы, чтобы замести следы своего пребывания на новогодней вечеринке.
Работники милиции произвели обыск. В туалете был найден обрез.
На первом же допросе тех, кто участвовал в пирушке, выяснилось, что из обреза стрелял Григоров, который, поссорившись с Замирайловым и Яуфманом, решил их припугнуть. Его хотели разоружить. В потасовке случайным выстрелом был ранен Курносов.
Так оружие, ранее служившее средством убийства и грабежей, на этот раз сработало против самих же бандитов. Припертые неопровержимыми уликами, они сознались в своих злодеяниях.
Десять дней в переполненном зале шло судебное заседание. Было допрошено около ста пятидесяти свидетелей и потерпевших. Взвесив каждую деталь многотомных следственных дел, Верховный суд установил степень виновности каждого подсудимого, а Президиум Верховного Совета отклонил их просьбу о помиловании. Все они приговорены к расстрелу. Приговор приведен в исполнение.