Когда, наконец, его остановил отряд одетых в черное людей, он понял, что продолжения вообще не будет. Времени у него было только на то, чтобы вытащить и бросить гранату.
Здесь уже такой кавардак должен привлечь внимание. Чтобы там ни происходило в Галактике, оно не могло отвлечь от него все внимание.
Он побежал. Над его левым плечом прошел откуда-то луч, заставив его сморщиться от обжигающего жара, ударил в дальний карниз и с грохотом обвалил целую стену и потолок, превратив их в оплавленные развалины. За ними показалась грубая металлическая обшивка.
Черт! Они так нервничали, что действовали совсем не так, как он ожидал. Теперь в нем кипел страх, который он так хорошо сдерживал до сих пор. Его стало трясти, когда он с колотящимся сердцем и задыхающимися легкими, бежал от этого смертоносного оружия. Черт возьми! Если он только выберется отсюда живым, он кое-что скажет этому Напье - это уж точно!
Он приближался к двустворчатым дверям, высотой, должно быть, в пятьдесят футов. Люди, охраняющие их, казались карликами. Он изо всей силы метнул гранату и рванулся следом слишком быстро, так что сам почувствовал, как его обожгло. Тем не менее он расчистил себе путь - одна створка двери висела на сорванной после взрыва петле.
Прошел в двери. Еще одна граната освободила путь. Прямо перед собой, сквозь гигантскую арку, парившую на высоте двести футов, он увидел сияние. Пройдя под аркой, он оказался в комнате, размер которой потряс его. На выложенном разноцветными плитками полу люди казались муравьями. Высоко над головами висели канделябры величиной с двухэтажную виллу. Во всем пространстве зала не было ни одной колонны, поддерживающей этот потолок. По обеим сторонам неподвижно, по стойке смирно, стояли ряды охраны, на расстоянии уменьшенные до размеров кукол. Комната была до неприличия огромной. Здесь подчеркивалась незначительность человека. Кэродайн начал долгий путь по мрамору к группе мужчин и женщин, собравшихся в дальнем углу возле экранов. Никто не пытался его остановить. Ряды неподвижных охранников были простым украшением, оставляющим всю работу по обеспечению безопасности вездесущей полиции и переодетым сотрудникам. Гулкое эхо его шагов затихало и терялось где-то в необозримости зала. Он нарочно вытащил пистолет, помахивая им, держа за ствол. Сейчас он чувствовал едва различимое понимание, существовавшее между ним и бонзами; он взял верх над их службой безопасности, и теперь они ждали, чтобы узнать, что он хочет.
Никаким другим способом он, простой служащий с незначительной звездной группы, не смог бы пройти сюда, в святая святых гордой и могучей Хораки.
Это он понял с самого начала. На это он работал - и за это чуть не погиб. В нем все еще был страх, черными приливами накатывающийся на его рассудок. Но сейчас он должен сдерживать его, он должен сохранять разум для встречи с бонзами. Два пестро одетых офицера подошли к нему, и он со снисходительным видом отдал им ударник. Не останавливаясь, он продолжал идти вперед.
На этих экранах, занимающих целую часть зала он увидел звездные системы, отдельные сектора Галактики. При его приближении люди, рассматривающие экраны, повернулись.
Именно такими он их и представлял. Крупные, дородные, с властными, безжалостными лицами, люди отлитые из одной формы. Таких вот людей он использовал как инструменты.
Потрясение от присутствия Хсайена Коунги и Аллуры было недолгим. Бонзы привели их сюда ради забавы, чтобы увидеть его реакцию.
Рядом с ними он увидел охрану. Поискал Гарриет.
Она была здесь.
Кровь мощным потоком прошла по его венам, когда она шагнула вперед. Выглядела она превосходно. Золотое платье плотно облегало ее тело, волосы были уложены серебряными локонами.
Красные губы улыбались.
- Наконец-то вы прибыли, Джон Картер. Мы вас ждем.
Кэродайн молчал. Внутри поднялась и угасла волна замешательства, страха, черной злобы и жалкого укора самому себе.
- Я думал... - начал он.
- Перед тем, как мы убьем вас, Джон Картер, - с ласкающей жестокостью сказала Гарриет Лафонде, - мы бы хотели знать, почему вы сделали все это.
- То, что я сделал, я сделал отчасти из-за вас, - сказал Кэродайн. - У меня была идиотская мысль, что вы, судя по всему, попали в беду. Можно сказать, что я пытался спасти вас.
Это звучало по-детски.
Хсайен Коунга вздрогнул. Стоящая рядом Аллура казалась больной и проигравшей, ее каштановые волосы тяжело спадали на плечи, лицо, словно маска, нечувствительная к боли. Взглянув на нее, он сделал мысленное сравнение и подумал спросить про третью из этих женщин, так гибельно вошедших в его жизнь.
- Вот эти? - Говоривший был одним из бонз, человек, привыкший распоряжаться судьбами тысячи солнечных систем. - Смотри. Может будет интересно.
Кэродайн смотрел на высокий настенный экран, где на черном фоне виднелись звезды. Расположены они были редко. Нетерпение было довольно сильным и он знал, что эти бонзы играли с ним, по мере того, как там, в Галактике, разворачивалась более серьезная драма. Теперь ему нужно было только повернуть голову, чтобы увидеть указанный экран.
На экране показалось лицо Грэга Роусона. Он в ужасе что-то кричал. Затем голова исчезла, оставив только изображение запекшегося кровью обрубка шеи. Кэродайна такие грубости тронуть не могли.
Экран сменил фокус и он увидел Шарон Огилви. Она летела вниз. Рот ее был открыт, но не было слышно ни звука. Длинные серебристые волосы развевались на ветру.
- Они неуклюже пытались проникнуть на верфь.
Шарон пролетала мимо рядов темных окон, мимо поднятых стрел кранов. Кэродайн был не готов. Шарон все падала и затем и затем резко ударилась о стрелу, которая прорвала ее живот, и она, зацепившись, покачивалась на весу.
Аллура сдавленно вскрикнула. Гарриет повернулась к Кэродайну.
- Теперь вы удовлетворены, Джон Картер?
- Я был под давлением, - сказал он мягко. Страх превращался в гнев. - Я не нарушил данного вам слова. И не спешил на этой проклятой планете.
- Коунга говорит другое.
Кэродайну стало жалко этого маленького человечка из Шанстара.
- Коунга - гражданин небольшой звездной группы. Он делает то, что он должен делать. Все порядочные народы должны быть вместе против таких, как вы.