Лигейя склонялась к мысли, что снова вытащила пустой лотерейный билетик. Она уже изобрела план ловкого избавления от домогательств Кейпла, когда тот неожиданно продолжил.
- Они же ничего не знают, французишки. Ходили по комнатам, искали свидетелей, ослы... - Он икнул. - Простите. Они ничего не знают. Зато я! Он поднял руку, словно для клятвы на Библии. - Я знаю кое-что.
Девушка подалась вперед и положила ладонь на запястье мистера Кейпла.
- Что вы знаете, Гарри? - она щедро добавила в голос обворожительной хрипотцы.
Кейпл неопределенно воззрился в пространство:
- Я видел убийцу, понятно?
Лигейя захлопала в ладоши:
- О, как это захватывающе! Расскажите, дорогой Гарри! Я обожаю тайны и загадки. Ваша тайна делает вас очаровательным...
Коммерсант хитро прищурился.
- Не здесь, милая Линда. Тут так много посторонних ушей...
Он многозначительно замолчал, и Лигейя не обманула его ожиданий.
- Пойдемте в мой номер, Гарри...
- Вот это уже разговор, - встрепенулся Кейпл и подозвал официанта. Счет, мсье... И принесите пару бутылок шампанского. Мы возьмем с собой.
Опираясь на руку девушки, тяжеловесный Кейпл побрел к лифту. Его слегка заносило, но учитывая количество влитого в горло спиртного, держался он удовлетворительно. В номере американец мигом забыл об убийстве и дал волю рукам. Лигейя очутилась в трудном положении. Она не могла резко оттолкнуть Кейпла, чтобы не дать ему повода обидеться и уйти, и не пришло еще время подключать Шеннона. Используя весь свой профессионализм, Лигейя вилась вокруг нахального коммерсанта на опасной дистанции, отвлекая его бокалом шампанского.
- Вы обещали рассказать про убийство, - наконец ринулась она в лобовую атаку, потеряв всяческое терпение.
- Да шут с ним, с убийством... Дайте я вас поцелую...
Пришлось пойти и на это. Кейпл не казался твердым орешком, и мисс Маллиган надеялась "приобрести капитал и соблюсти невинность", как говорится в старинной пословице. С этой и другими русскими поговорками и присловьями ее познакомил второй секретарь посольства России, фольклорист-самоучка, покончивший с собой, когда Лигейя вытрясла из него секретную информацию и им вплотную занялась Москва.
Кейпл прижал потную лапищу к груди девушки.
Лигейя вскочила с дивана и отбежала в угол комнаты.
- Ну нет, - она лукаво погрозила пальцем. - Сначала вы мне расскажете. Вы обещали, слово бизнесмена нерушимо.
Коммерсант пьянел на глазах. Лигейя не на шутку испугалась, что его мыслительные процессы вот-вот угаснут. Надо было поддержать жизненные силы Кейпла. Девушка подошла к нему, села рядом, прижалась к жирному боку и погладила его волосы.
- Гарри, милый, хороший, расскажите про убийство, а?
Кейпл вытолкнул сигарету из пачки, попутно разбросав содержимое по полу, закурить он так и не сумел.
- Я видел. - Он ткнул незажженной сигаретой в пепельницу. Координацию он утратил, но речь звучала достаточно четко и связно. - В тот день... Я как раз выходил из лифта, там коридорчик такой перпедии... Как его, Линда? - жалобно воззвал он о помощи.
- Перпендикулярный? - предположила Лигейя.
- Наверно. В общем, он меня видеть не мог, а я видел. И очень хорошо его разглядел.
- Опишите его, - в тон Лигейи вплелись казенные нотки, словно она вела допрос арестованного, но Кейпл не заметил этого или не придал значения.
- Типичный такой французишка. - Кейпл снова потянулся к бутылке, Лигейя отстранила его. - Кучерявый, темноволосый, лет тридцати или около... Шрам на щеке вот такой, - американец дугообразным жестом обрисовал шрам. Невысокого роста... - Он зевнул, встряхнулся, взял себя в руки и наклонился к уху девушки. - Но это не самое главное...
- А что? - заинтригованно подыграла Лигейя.
- Я знаю, как его зовут...
Лигейя разочарованно вздохнула. Кейпл явно начинал фантазировать в попытке произвести на нее выгодное впечатление. Тем не менее она все же спросила:
- И как его зовут?
- Каннингхэм...
Волна электрического тока пробежала по телу девушки. Кейпл истолковал это по-своему и навалился на нее.
- Подождите... - Лигейя вывернулась из-под громоздкой туши. Доскажите. Это так волнующе... Как вы узнали его имя?
Американец самодовольно оскалил зубы.
- А он представился.
- Вам? - Лигейя заставила себя засмеяться. - Так и сказал: простите, сэр, меня зовут Каннингхэм, мне тут надо кокнуть одного джентльмена, не подскажете, где он живет?
Кейпл надулся.
- Все-таки мозгов у женщин не больше, чем у французов... О, это две вечные проблемы цивилизации: французы и женщины... - Он не позволил себе утвердиться на философской стезе и снова снизошел до Лигейи: - Не мне, конечно... Я стоял в коридорчике у лифта...
- Да, да...
- А он постучал в дверь трехсотого номера...
Оттуда что-то ответили... Ну, это я не расслышал, но нетрудно додуматься... Спросили, кто пришел...
А он сказал: Каннингхэм. Причем как-то ненатурально, глуховато, будто хотел изменить голос.
- Гарри, милый, - умоляюще прошелестела Лигейя. - Расскажите, как выглядят убийцы?
- Я видел его сбоку, - промычал расклеившийся американец, - и недолго... Но что запомнил, то запомнил. Шрам, куртка просторная. Джинсы "Джордаш". Это точно. Я сам торгую джинсами, я разбираюсь... Линда, честное слово, я вам все... Наверное, это не так романтично, но... Я вас разочаровал?
- Напротив, - Лигейя сказала святую правду.
- А теперь немного любви? Вы тоже обещали.
- Я?! - изумилась девушка. - Не помню...
Впрочем, как хотите... Но я устала...
Это была кодовая фраза дня Шеннона, корпевшего над звукозаписывающей аппаратурой в соседнем номере. Ирландец снял наушники, молнией проскочил коридор и возник во всей красе на пороге апартаментов 406, как юный бог мщения.
- Что это? - строго спросил он Лигейю, наводя указующий перст на бедного мистера Кейпла.
Тот при виде внушительных габаритов соперника сначала побелел, потом покраснел, а потом и вовсе позеленел. Через секунду он пулей вылетел из номера.
- Итак, он назвался Каннингхэмом, - подвел итог Шеннон. - Теперь мы знаем, куда тот ехал в ночь своей гибели. И убийцы знали.
- Ну и что с того? - серебряно прозвенел голос
Лигейи в верхнем регистре. - С каких пор для нас стал сюрпризом факт плотной слежки за нашими людьми? Возможно, Эпилгейт о чем-то догадывался и поделился с Каннингхэмом, но у них не спросишь...
- Как ты не понимаешь, - рассердился Шеннон. - Телефон! Они контролировали телефонные переговоры Эпилгейта. Есть соответствующая техника. Можно прозвонить линии, автоматические станции. Коммутаторы здесь и в Америке и докопаться до точки. Куда они подцепились. Это уже кое-что.
- Они могли подслушивать Эпилгейта через окно с помощью лазерного дистанционного микрофона, - усомнилась Лигейя.
- Тем не менее с тех пор как Коллинз огорошил нас побегом треклятого террориста, у нас впервые появилась реальная нить. Где Корин? Надо подключить его немедленно.
- Дома или у мисс Джонсон, - предположила девушка. - Кстати, вы были у нее. Как она? Я имею в виду, осложнений не предвидится?
Шеннон ненадолго задумался.
- Как вам сказать... По-моему, Корин, а за ним и полковник допустили ошибку, когда ввели ее в курс дела. Вам известна ее биография?
- В общих чертах.
- Это активная личность, склонная к действию при полном отсутствии каких-либо профессиональных навыков. Гремучая смесь.
- Вы считаете, что она способна создать проблемы?
- Во всяком случае, - неуверенно произнес Шеннон, - ее тяготит домашний арест. Она из тех натур, какие предпочтут наломать гору дров, лишь бы не сидеть сложа руки. К тому же она любит Корина, а Корин, по ее мнению, ввязался в опасную игру.
- Тогда Корин пусть с ней и разбирается.
Ирландец подсел к телефону, набрал домашний номер Корина. После безответной серии гудков он позвонил Стефи Джонсон. И там никто не ответил.