Когда женщины покончат с кукурузой, мы устраиваем праздник, на котором исполняется пляска журавля. В ней участвуют и женщины, одетые в лучшие свои наряды и украшенные перьями. На этом празднике молодые воины выбирают себе будущих жен. После юноша рассказывает о своем выборе матери, та идет к матери девушки и они договариваются обо всем и назначают время, когда юноша должен прийти в дом невесты. Он приходит в ее вигвам, когда все спят (или притворяются, что спят), зажигает спички, нарочно оставленные для этой цели, и вскоре находит место, где спит его избранница. Он будит ее и освещает свое лицо, чтобы она узнала его, а затем подносит огонь к ее лицу. Если девушка задует огонь, церемония заканчивается и утром юноша появляется в вигваме уже как член семьи. Если же она оставит огонь непогашенным, юноша покидает вигвам. Однако на следующий день он вновь появляется у ее дома и начинает играть на флейте. Молодые женщины по одной выходят из вигвама, чтобы посмотреть, для кого он играет. При их появлении юноша меняет мелодию, чтобы показать, что его игра предназначена не для них. Когда же у выхода появляется его избранница, юноша продолжает наигрывать ту же любовную мелодию до тех пор, пока она не возвратится в вигвам. Тогда он прекращает игру и ночью предпринимает еще одну попытку, которая обычно увенчивается успехом.
В течение первого года совместной жизни супруги решают, смогут ли они поладить друг с другом и жить счастливо. Если нет - они расстаются и каждый снова ищет себе друга жизни. Жить вместе и ссориться- так глупо могут поступать только белые. Даже самое необдуманное поведение не лишает женщину права жить под родительским кровом. Сколько бы детей ни привела она домой, ей всегда будут рады и тотчас же на огне весело закипит котел, чтобы накормить их всех.
Пляска журавля длится два-три дня, а затем следует еще один праздник, на котором исполняется обрядовый танец нашего племени. Для этой цели в деревне расчищается большая квадратная площадка. Вожди и старые воины садятся на циновки в верхней части площадки, барабанщики и певцы становятся рядом, а воины и женщины располагаются по ее сторонам, оставляя в середине свободное пространство. Раздается бой барабанов, и певцы заводят песню. На площадку выходит воин, двигаясь в такт музыке. Он изображает свою схватку с врагом: вот он подкрадывается к противнику, наносит удар и поражает его. Все хлопают в ладоши в знак одобрения. Потом его место занимает другой воин. Юноши, ни разу не побывавшие в военном походе, стоят пристыженно в стороне - они не имеют права войти в круг. Помню, как сам я не осмеливался даже взглянуть в ту сторону, где стояли женщины, пока не получил право входить в круг, как настоящий воин.
Какая радость для старого воина увидеть, как его сын выходит вперед и рассказывает в танце о своих подвигах. Он снова чувствует себя молодым и сам вступает в круг, чтобы еще раз пережить свои былые победы.
Танец племени воспитывает настоящих воинов. Прошлым летом, когда я плыл на пароходе по большой реке из Нью-Йорка в Олбани, мне показали место, где американцы исполняют свой национальный танец (Уэст-Пойнт). Старые воины рассказывают в танце о своих былых подвигах, побуждая молодежь брать с них пример. Это весьма удивило меня - я не ожидал, что белые воспитывают своих воинов так же, как и мы.
Когда заканчиваются весенние праздники, наступает время рыхлить и полоть кукурузу, и как только стебли поднимутся до высоты колена, все молодые мужчины племени уходят в ту сторону, где садится солнце, чтобы начать охоту на оленей и бизонов, не упуская при этом случая настигнуть и сиу, если те окажутся в наших местах охоты. Часть стариков и женщины отправляются на свинцовые копи, а остальные уходят ловить рыбу и плести циновки. Все покидают деревню и она пустует около сорока дней. Потом люди начинают возвращаться домой. Охотники приносят сушеное оленье и бизонье мясо, а иногда и скальпы сиу, если те имели неосторожность вторгнуться в наши охотничьи угодья. Бывает и так, что наши охотники наталкиваются на отряд сиу, значительно превосходящий их в силе, и тогда принуждены бывают отступить. Если в последней стычке были убиты саки, то сиу, ожидая мести, будут при встрече с ними спасаться бегством, и наоборот. Каждая из сторон знает, что противник имеет право мстить, и поэтому при встрече отступают те, кто в прошлый раз поразил врага. Только месть за родственников может побудить к смертельной схватке. Вражда между родственниками убитых и вторжение в чужие места охоты - вот основные причины наших войн.
Возвратившиеся из копей приносят свинец, а остальные - сушеную рыбу и циновки для зимних вигвамов. Каждая группа преподносит другим свои подарки. Охотники дарят сушеное оленье и бизонье мясо, а взамен получают свинец, сушеную рыбу и циновки.
Наступает самое лучшее время в году, когда у нас всего бывает вдоволь: вырастают бобы и кабачки, запасены сушеное мясо и рыба. Все лето до самого созревания кукурузы мы пируем, веселимся и ходим друг к другу в гости. Некоторые семьи ежедневно устраивают празднества, чтобы почтить Великого Духа. Боюсь, что белым людям это не совсем понятно, но у нас нет на этот счет каких-то определенных правил. Чтобы восславить Великого Духа, в чьей власти находятся все живые существа, каждый может устроить свой собственный праздник. Некоторые верят, что есть два Духа - добрый и злой, и устраивают праздники для злого, чтобы умилостивить его. Ведь Добрый Дух и так их не обидит. Сам я считаю, что наш разум должен помогать нам отличать дурное от хорошего. Мы призваны следовать по тому пути, который нам кажется правильным, и не сомневаться в его истинности. Если бы Великий и Добрый Дух пожелал, чтобы мы думали и поступали, как белые, он бы с легкостью изменил наши взгляды, и мы перестали бы отличаться от них. Ведь его могущество безгранично и мы знаем об этом, и можем ощущать это на каждом шагу. Среди нас есть люди, которые, подобно бледнолицым, притворяются, будто знают верный путь, но никогда не укажут его бескорыстно. Я не верю их знанию и считаю, что каждый человек должен прокладывать свой собственный путь.