- Что стало с монстром? Он выжил?
- Нет. Взрыв уничтожил его.
- Ах да. - протянул Макензи, припомнив последние события. - И как же ты
доставил меня сюда. - он приложил руку ко лбу и вздрогнул от неожиданности. Правая конечность его была не из плоти. Попытался сжать пальцы в кулак, но у него ничего не вышло. Удивленно и тревожно взглянул на сидящего рядом. Тот боязливо опустил глаза.
- Я сожалею, - подавленно выговорил Абель.
- Я. лишился руки. - дрожащим голосом проговорил Генри, не веря в
произошедшее с ним, - . лишился руки.
- Все не так уж плохо, - попытался успокоить его Абель. Однако Макензи не желал его слушать.
- .и во всем виноват Ксенос. это он сделал из меня калеку..
- Вы не калека. Врачи пересадили вам новую нейроимпульсную руку.
- Мне не нужна новая рука.. Мне нужна моя!.. - в негодовании выпалил
больной. - Верните мне мою руку!
- Прекратите буянить.. Это вам совсем не к лицу. Вы ведете себя
как ребенок.. Да, вы лишились руки.. И что же? Разве из-за этого следует поднимать столько шума? Скажите спасибо, что вы вообще остались живы. Состояние ваше было настолько тяжелым, что здешние врачи уже не верили в ваше выздоровление. Вы перенесли несколько операций, пробыли в коме более месяца, и грех жаловаться на потерю руки, когда вас вернули к жизни. И, кроме того, - Абель приподнял его руку и показал на нейротрансплантат, - ваша новая рука сослужит вам службу куда лучше старой.
- Ты спятил! - раздраженно фыркнул Макензи и отдернул руку. Сделал
усилие, чтобы подняться, но не смог. Тело не слушалось.
- Я забыл вам сказать. - боязливо проговорил Брэстед. - Врачи
говорят, что.. что..
- Что еще утверждают эти недоумки?
- .что вы не сможете. ходить. - Абель съежился в ожидании грозы. Был
уверен, что реакция больного на новость будет куда хуже прежней. Однако его опасения были напрасны. Генри был спокоен. Лицо его выражало надменность и неприязнь.
- Ни черта эти неучи не знают. Генри Макензи не так легко сломить!
Если я жив, - я буду ходить. С тех пор как отважный экс-разведчик произнес эти слова, прошло два месяца, но он так и не смог исполнить своего обещания. Долгие занятия не приносили ожидаемого результата, и врачи готовы были оставить попытку вернуть пациента к прежнему образу жизни, но он не сдавался. Генри с большим упорством продолжал делать физические упражнения по восстановлению функций движения ног. К концу третьего месяца, когда лечебная методика инопланетных медиков не принесла результатов, уверенность землянина пошатнулась. Он был в отчаянии. С каждым днем неудачи ухудшали не только его физическое состояние, но и психическое. Брэстед ввиду своей молодости и неопытности не замечал изменений в своем покровителе. Возможно, это происходило и оттого, что Генри во время его визитов пытался выглядеть оживленным и веселым, в то время как на душе у него было неладно. В начале четвертого месяца неудач Макензи принял жизненно важное для него решение. Очередной день приходил к концу. Вечерние сумерки упали на Остис, серебристо-белый город в сердце Сиваса. Купола невысоких зданий в лучах закатного солнца переливались различными, колоритными цветами. Воздух звенел пением птиц, исполняющих свою последнюю песнь дня. На смену им временами раздавались голоса странных ночных животных, возвещающих о своем пробуждении. Закат на Астерии был столь же шумным, как и рассвет, с разницей лишь в изменчивых живописных оттенков небосвода. Любуясь чарующими красками предвечерья, Генри тщательно подбирал слова, которые должен был сказать своему племяннику в предстоящем разговоре. К концу беседы Макензи планировал расстаться со своим протеже, расстаться с ним навсегда. Ему было нелегко решиться на эту разлуку и, тем не менее, благоразумие призывало его положить конец их совместным странствиям. Молодому Брэстеду необходимо было найти свое призвание в жизни, и следовать повелению сердца и разума, а не потакать желаниям "калеки без будущего". Таковы были мысли и намеренья Генри, печальные, но трезво оценивающие положение. С наступлением сумерек в городском стационаре объявился ожидаемый визитер. Настроение у него было хорошим, и он прямо-таки сиял от радости. Он долго и красноречиво говорил о местных поселенках. Рассказывал о своих дневных приключениях и забавах, описывал различные причуды горожан. В ходе своих личных наблюдений Брэстед узнал, что Астерию населяли лишь женские особи, человекоподобные создания, обзаводящиеся потомством способом партеногенеза - особой формы девственного полового размножения. Но это ничуть не смущало юного землянина. После долгих лет жизни невольника ему было приятно очутиться в обществе прекрасных инопланетянок. Местные красавицы впервые видели человека мужского пола. Куда бы Абель ни пошел, везде он был желанным гостем. Он с таким воодушевлением рассказывал своему покровителю обо всем увиденном, что окажись на месте Генри другой слушатель, он, несомненно, отнесся бы к словам молодого человека с большим интересом. Однако в тот день Брэстеду так и не удалось привлечь его внимание. У его покровителя был отрешенный вид, он пребывал в глубоких размышлениях. Подавленность его передалась и Абелю. Мрачное расположение духа охватило землян, и давящее на разум молчание затянулось на несколько минут.
- Я долго думал, Абель, и решил, что тебе следует улететь.
- Как улететь? Куда? Зачем?
- Ты должен начать новую жизнь. правильную жизнь, а оставаясь
здесь, тебе вряд ли удастся сделать это. Возьми наш "Баллас" и возвращайся на Землю, получи хорошее образование, найди свое призвание и живи во благо общества.
- Возможно, я так и поступлю, но не раньше, чем вы поправитесь. Мы
вместе полетим на Землю.
- Нет! Я больше никогда не вернусь туда. Для меня обратный путь
заказан.
- Но почему? Правительство, очевидно, и не вспомнит о вас. Ведь с тех
пор минуло двенадцать лет, и, кроме того, они полагают, что вы погибли на Мегаклайте.
- Ты многого не знаешь, Абель.
- Ну, так расскажите, чтобы я мог понять вас. Я устал от всех этих
недомолвок и загадок. Отчего вы не можете вернуться на родину? Это все из-за Ксеноса? Я правильно догадался?
- Нет.
- Вы боитесь попасть в руки правоохранительных органов Земли?
- Вовсе нет.
- Тогда почему же вы отказываетесь лететь со мной? - Собеседник
молчал. - Ладно, если не хотите на Землю, давайте выберем другую населенную планету и разместимся там.
- Я никуда не хочу улетать.
- Вам нравится на Астерии? Ну что ж, останемся здесь вместе. Я не
покину вас. Макензи горько улыбнулся.
- Еще совсем недавно ты хотел прикончить меня и стать спейсджекером, а
сейчас так горячо печешься обо мне. Молодой землянин смущенно опустил глаза. Он никогда не говорил покровителю о своем желании стать космическим пиратом. И только сейчас понял, что разговор с главарем спейсджекеров уже не был тайной.
- Я был несправедлив к вам. ошибался.
- Молчи, Абель. Не люблю, когда кто-то вынужденно говорит слова
сожаления. У тебя больше, чем у кого бы то ни было, было причин убить меня. Я виновен перед тобой и твоими родителями. Если бы я послушался тогда Дисмаса на Терронге и вернулся с ним на Землю, возможно, череда неудач не затронула бы тебя и твою семью.
- Сфумато знает, что делает, - парировал Брэстед и заметил изумление
на лице слушателя.
- Что это значит? Абель прикусил губу, жалея, что сболтнул лишнее.
- Я к тебе обращаюсь, Абель! - Генри строго посмотрел на
племянника.
- Когда. когда отец вернулся с Терронга, - неохотно произнес молодой
человек, - он рассказал нам нечто. нечто касательно вас. - и умолк в нерешительности.
- И что же он рассказал? - насторожился Макензи.
- Помните на Терронге невольника по имени Дункан Робертсон?
- Да, и что же?