14
НОВА
Харлан не потратил ни минуты на «реализацию моей идеи», цитируя его о том, чтобы позволить игрокам уйти за кулисы. Очевидно, способ сделать это — провести спонтанную вечеринку на заднем дворе с участием всей команды.
Но когда Мари добралась до организации, она настояла на том, что добавление нескольких важных персон из деловых кругов Денвера было бы наилучшим использованием их пейзажа.
Хотя я была рада, что Харлан принял мое предложение, моей первой мыслью было, не удивит ли нас своим рослым, сексуальным присутствием какой-нибудь конкретный игрок.
Игра в четверг была просто катастрофой. Клэй вел себя так, словно я была незнакомкой, которую он никогда раньше не встречал, и относился ко мне отстраненно, с ледяной холодностью. И я была уверена, что он видел мое красное лицо и горящие щеки, слишком смущенные, чтобы сделать хоть что-то, кроме как стоять, как идиотка.
С тех пор он писал мне несколько раз. Мне не хотелось отвечать. Дважды за неделю растоптать мое сердце — это не мое представление о хорошем времяпрепровождении.
Я сомневаюсь, что Клэй вообще появится сегодня. Скорее всего, не только из-за Харлана, и он не производит на меня впечатление любителя садовых вечеринок. Это знание должно успокаивать, но от него мне становится только хуже.
Около восьми утра приехали поставщики начали разгружать продукты, а я помогала Мари все подготовить.
Почти в полдень я уже собиралась переодеться в обрезанные шорты, когда Мари сказала:
— Эй, скажи мне, что ты это не наденешь?
Мое сердце замирает, когда я опускаю взгляд на свой наряд — майку с рюшами и джинсы.
— Что в этом плохого?
Мари закатывает глаза.
— Ты выглядишь как прислуга. Придет мэр, Нова.
В списке необходимых вещей нигде не было написано «модный наряд». Но Мари пригласила все деловое сообщество Денвера.
Я поднимаюсь наверх и, раздевшись до лифчика и стрингов, перебираю свою одежду, отбрасывая одну вещь за другой. Не уверена, что взяла с собой что-то подходящее для этого мероприятия. Черт, даже содержимое шкафа в моей крошечной квартире в Бостоне могло не подойти.
Внезапно в дверь резко стучат, и она распахивается, прежде чем я успеваю прикрыться. В дверном проеме стоит Брук, стильно одетая в коралловое мини-платье с высоким вырезом.
— Это то, что ты наденешь? Смелый выбор, — говорит она, пока я прикрываю обнаженную грудь. — Если у тебя есть грудь, выставляй ее напоказ.
Я смеюсь.
— Не уверена, что она у меня есть.
— Ты шутишь? — ее взгляд сканирует мое тело. — Ты великолепна.
Мои руки падают на бока. Если для нее это не странно, то, наверное, и для меня тоже. У меня нет особых претензий к своей фигуре, но я никогда не была так уверена в себе, как некоторые женщины.
— Я удивлена, что ты не на шпильках, — говорю я.
Брук переходит к моей кровати и грациозно садится на нее.
— Танкетки удобны для газона. Как бы мне ни нравилось сбивать людей с ног, с землей я сегодня не встречусь, — ее ноги скрещиваются, и она складывает руки поверх них, сияя. — Если тебе нечего надеть, я принесла несколько вариантов. Меня будут фотографировать, и я должна хорошо смотреться на заднем фоне.
— Звучит потрясающе.
— Договорились, — она поднимается и выходит из комнаты.
Я не знаю, почему она так стремится помочь мне, но я благодарна за спасение.
Через три минуты она возвращается с длинным чехлом для одежды, перекинутым через руку, и бесцеремонно опускает его на мою кровать. Она расстегивает молнию и достает кремовое платье в цветочек с глубоким вырезом и крошечными рукавчиками.
Мои глаза расширяются от шока при виде великолепного наряда.
— Оно прекрасно.
— Надень его.
Осторожно взяв его из ее протянутых рук, я надеваю платье и сочетаю его с парой босоножек на танкетке телесного цвета. Когда я поворачиваюсь, чтобы посмотреть на себя в зеркало, все слова, которые у меня были, улетучиваются.
— Вау, — это все, что я говорю, пока Брук застегивает на мне молнию.
— Точно.
Платье облегает мои изгибы, обтягивает грудь и сужается на талии, прежде чем перейти в кокетливый подол, дразнящий бедра. Я прихорашиваюсь перед зеркалом, довольная тем, как выгляжу. С растрепанными розовыми волосами и легким макияжем глаз я чувствую себя садовой феей.
— Что, если я захочу присесть? — спрашиваю я Брук с оттенком опасения.
— Это платье не для сидячих, — говорит она со смехом, поправляя мои волосы.
— Я не пытаюсь ни на кого произвести впечатление, — объясняю я. — Просто не хочу, чтобы меня приняли за официанта.
— Значит, ты не хочешь, чтобы какая-нибудь сварливая звезда посмотрела на тебя? — поддразнивает Брук.
Я осторожно выглядываю в окно, наблюдая, как на лужайке внизу начинают собираться группы людей.
— Он, наверное, не придет.
Но потом я замечаю его, стоящего с парой парней из команды и выглядящего неоправданно красивым, и мое предательское сердце замирает.
— Похоже, что он пришел, — шепчет Брук.