ЭПИЗОД 11: ГЛАВА 03
Пейдж не совсем надрала мне задницу, но с тем же успехом могла бы это сделать, когда посмотрела на меня своими щенячьими глазами, обвинявшими меня в том, что я бросила её.
А я-то думала, что все сидели и беспокоились обо мне!
Больше казалось, что меня обвиняют в том, что всё случилось по моей вине, хотя я знала, что их гнев проистекает из беспокойства и переживаний.
Мы всё ещё жили в комнате для занятий, так как не было времени переехать в наши новые апартаменты. Кинг тусовался с Пейдж, и хотя он не сказал, что рад меня видеть, он улыбнулся мне, когда я вошла в комнату. Так и было.
— Нам нужно поговорить, — заявил Вон после того, как Пейдж закончила читать мне лекцию о том, чтобы я никогда больше не оставалась без Вона или Хендрикса рядом.
Даже восьмилетний ребёнок был умнее меня.
— Мы слегка в заднице.
Мы собрались вокруг Вона в углу скудно обставленной комнаты и сидели тихо, чтобы Вон мог говорить потише, и нас не подслушали люди, проходящие мимо по коридору.
Хендрикс не убирал от меня рук с тех пор, как снова появился Кейн, и Нельсон с Хейли вели себя точно так же. Хейли тоже протянула ладонь и схватила меня за руку, в то время как Пейдж так крепко прижалась к моему бедру, что я подумала, что сейчас упаду.
Итак, они немного разозлились на меня.
Но теперь я чувствовала себя любимой, такой любимой, что моё сердце разрывалось от их привязанности.
Ещё четыре месяца назад у нас с Хейли не было никого, кроме нас самих. И теперь я была так окружена любовью, что не знала, что со всем этим делать, кроме как держаться и никогда, никогда не отпускать это.
Хендрикс откинул мои волосы в сторону и нежно поцеловал меня в затылок. Он глубоко вздохнул и крепче обнял меня. Мы оба были грязными, измученными, и он был весь в крови, но не было места, где я предпочла бы быть больше, нежели в его объятиях.
— Сегодня вечером нам придётся встретиться с Матиасом Алленом. И я понятия не имею, чего от него ожидать. У нас с Гейджем было всего несколько минут, чтобы поговорить во время миссии, но он сказал мне, что Матиас хотел бы, чтобы те из нас, кто был заключён в тюрьму в Колонии, вернулись. Он также хотел бы, чтобы Риган вернулась под его опеку, поскольку технически она тоже была заключена в тюрьму. Гейдж уже сказал ему, что это невозможно, и планирует защитить нас, несмотря ни на что, но Матиас настаивает.
— У него нет никаких реальных полномочий, — напомнил нам Харрисон возбуждённым голосом, который немного дрогнул, заставив его покраснеть. — Он не может заставить вас вернуться туда.
— Ты прав, — согласился Вон. — Но Гейдж должен сыграть аккуратно. Колония лучше оснащена оружием, и их люди действительно обучены. Если они захотят напасть на этот комплекс, представьте себе всех людей, которые погибнут.
— Разве Гейдж не может просто бросить несколько юридических терминов, чтобы Матиас был удовлетворён? — спросила Хейли. — Например, амнистия и юрисдикция. Он мог бы сказать, что мы пришли сюда в поисках убежища, и он даровал его, прежде чем узнал, где мы были.
Мы все уставились на Хейли на мгновение, пока Нельсон не заявил:
— Боже, ты секси.
— Банка ругательств, — Пейдж пошевелила своей маленькой ручкой, словно Нельсон мог тут же достать свой доллар.
— За что? — он притянул Хейли ближе к своей груди и надулся, как ребёнок, через её плечо.
— За слово на букву "с", — очень серьёзно объяснила Пейдж.
— Слово на букву "с"? — Нельсон что-то пробормотал, но мы все думали о том, о чём она могла говорить.
Хейли была первой, кто понял это:
— О, сексуальна.
А затем она подняла руки вверх, сдаваясь, чтобы Пейдж не наказала и её тоже.
— Это не ругательство! — Нельсон чуть не заорал.
— Но это так! — возразила Хейли. — Для восьмилетнего ребёнка это ужасное ругательство. Ты должен ей доллар.
— Предательница, — Нельсон снова надулся.
— В любом случае, — протянул Вон, — вернёмся к более насущному вопросу экстрадиции...
— Прекрасно, — не удержалась Хейли.
Вон проигнорировал её.
— Очевидно, что нам нужно сохранять твёрдую позицию. Это должно звучать примерно так: мы ушли, потому что не чувствовали, что Колония подходит нам. Мы пытаемся связаться с семьёй на юге. В этом нет ничего личного, но мы ещё не готовы остепениться. Держите при себе любые комментарии насчёт убеждений Аллена или Колонии. Не упоминайте об их жестоком обращении с Пожирателями. И что бы вы ни делали, не упоминайте Тайлер или Миллера. Официальная история гласит, что мы расстались в Талсе после того, как совершили налёт на наш первый оружейный магазин. Если вам нужно дать объяснение, подробно расскажите им о том, что произошло, а затем скажите правду, Тайлер была напугана до смерти и хотела, чтобы Миллер был с ней и подальше от нас.
Вон сделал паузу для вопросов, но мы довольно привыкли к его способу организации и руководства, поэтому мы просто приняли информацию и позволили нашим мозгам усвоить всё важное.
— О, и ещё кое-что, — Вон сделал паузу, и встретился со всеми нами взглядом, но я могла бы поклясться, что он задержался на мне на несколько секунд дольше, чем на всех остальных. И я еще больше убедилась в этом, когда он сказал: — И нет, не будет абсолютно никаких мучеников. Никто не уйдёт отсюда без нас всех. Нет такого сценария, при котором вам было бы лучше с Матиасом Алленом, чем с нами. И более того, нет такого сценария, при котором мы были бы в большей безопасности, если бы один из нас ушёл. Мы будем держаться вместе. Мы остаемся вместе. И вся чёртова семья Алленов может катиться к чёрту, если они думают иначе.
Когда он закончил, мы все просто уставились на него. Я имею в виду, что он был прав, вопиюще прав и имел право произнести эту речь. Но также было немного шокирующим, что ему пришлось произнести такую речь в самом начале.
Тем не менее, эта семья была истинным символом жертвенной любви, так что, возможно, было важно, чтобы он напомнил нам не передавать нашу свободную волю садистской семье, помешанной на контроле.
— Почему Вону не напоминают про банку ругательств, Пейджи? — спросил Нельсон, когда удивление и шок прошли.
— Потому что он правильно употребил ругательство, — сказала Пейдж слишком взрослым тоном, надменно задрав свой милый маленький носик-пуговку.
— И ещё кое-что, — Вон снова переключил наше внимание на него. — Я поговорил с Гейджем о том, чтобы забрать кое-что из наших вещей из фургона, который мы бросили. Похоже, если мы собираемся заняться этим сами, то у нас есть разрешение на использование оружия и транспортного средства. Мы просто должны снова встретиться лицом к лицу с чашей.
— Чашей? — спросил Харрисон.
— Шоссе со всеми машинами, сдвинутыми вместе, блокирующими дорогу и создающими смертельную ловушку для нас и буфет для тех, кто там прячется. Ты знаешь — то место, где Хендрикс упал с крыши и чуть не умер.
— Для протокола, я не умер, — обиженно вмешался Хендрикс. — У меня всё было под контролем.
— Конечно, под контролем, — фыркнул Харрисон, — потому что твоя девушка выпрыгнула из фургона и спасла твою, прости, задницу.
— Банка ругательств! — пискнула Пейдж.
— Это не считается... — попытался объяснить Хендрикс, но Вон оборвал его.
— В любом случае, — строго сказал Вон. — Гейдж и его люди называют это Чашей. Потому что она имеет форму чаши или половины её.
— А, — в голосе Харрисона прозвучало безумное облегчение. — Я думал, это из-за того, как она работает. Ты знаешь? Ты заманиваешь людей в "чашу" и пожираешь их, как "чашку" с хлопьями.
— Креативно... — пробормотал Вон. — В любом случае, очевидно, что мы не можем строить определённые планы, пока Аллены и их приспешники не уйдут. Но я думаю, что это то, что мы все хотели бы сделать. Да? Мы могли бы вернуть наши вещи, оружие, боеприпасы, может быть, кое-что из запасов продовольствия. Мы действительно могли бы помочь этому месту, вместо того чтобы просто брать у Гейджа и его людей.
Мы все с энтузиазмом закивали. Возвращение наших вещей звучало потрясающе. Я соскучилась по подводке для глаз. Но у Вона было последнее замечание.
— В заключение, Хендрикс, Риган спасла твою задницу.
Хендрикс открыл рот, чтобы ответить, не заботясь о том, что я была прямо рядом с ним, и о том, что может задеть мои чувства. Эта ситуация выходила за рамки моих возможностей. Вероятно, это не имело ко мне никакого отношения. Это было что-то о братьях, писающих соревнованиях на дальность и гордости. Я просто позволила этому разыграться.
Нельсон заговорил прежде, чем Хендрикс смог парировать:
— Ты упал с крыши фургона! Кто так делает? У тебя была одна работа, и она заключалась в том, чтобы не свалиться с крыши фургона!
— У меня было больше одного дела, — наконец, произнёс Хендрикс. — Если ты правильно помнишь, я был там, чтобы убивать...
— А потом ты просто приземлился у их ног, как идиот, — продолжил Харрисон. — Серьёзно, каков был план игры? Ты хоть представляешь, через что прошли остальные из нас, пока ты играл в Капитана Америку?
— Пожалуйста, помоги мне выбраться отсюда! — Хендрикс повернулся ко мне, умоляя вмешаться.
Я сдержала улыбку и сказала:
— Конечно, если ты признаешь, что сначала я спасла тебя от неминуемой смерти.
Он посмотрел на меня сверху вниз, понимая, что попал в ловушку.
— Предательница, — прорычал он. Я наклонилась и поцеловала его в подёргивающиеся губы.
— У кого-нибудь есть проблемы с возвратом всех наших припасов и рюкзаков? Возможно, мы не сможем получить всё это, но если фургон всё ещё припаркован там, где мы его оставили, я не думаю, что это будет так сложно. Мы могли бы сначала разведать всё, прежде чем принимать какие-либо конкретные решения.
— Я полностью за то, чтобы вернуться. Одежда здесь неплохая, но есть затруднительная ситуация с нижним бельём, — вставил Кинг.
— Без шуток, — пожаловался Харрисон. — И, честно говоря, ты можешь ходить без нижнего белья так долго, что всё начнёт раздражать.