– Здесь закись азота?
– То самое, отчего смеются. – Терри усмехнулся. Он развернул маску, перемещая ее вместе с баллоном. – Желаешь испробовать?
– Что-то не хочется.
– Да ну... не будь таким букой, хотя бы сегодня.
– Может... позже.
– Ты будешь у нас главным. Идет? – Он похлопал по цилиндру. – Вход безбилетный.
Зак поигрывал маской. – Бывает без билета еще дороже...
Терри помолчал. – Значит, решили.
Вечеринка началась вяло, но к половине одиннадцатого стало тесновато. Кого только не было – дьяволы, вампиры, танцовщицы с оголенными животами, непременные итальяшки-гангстеры и хирурги-живодеры. Терри оделся в костюм оборотня, на щеках и подбородке торчали пучки волос, глаза были подведены красной косметикой. А Зак шокировал всех тем, что сбрил наголо волосы на голове. Вот таким и был его костюм: более чем хватало. В толпе он выделялся таинственной бледностью черепа, непонятной и пугающей.
В одиннадцать Зак принялся раздавать шарики. Всем по одному, их нужно было сразу защипывать, чтобы не выходил газ. Это было и показателем «улета». Если человек достаточно надышался газа, пальцы сами разжимаются и шарик улетал. Веселое опьянение длится лишь несколько секунд, так что шариков нужно много. К полуночи квартира была полна разноцветных шариков. Терри обратил внимание, что Зак идет к выходу из комнаты – и вдруг его лицо резко меняется. Проследив за его пристальным взглядом, он увидел девушку, одетую кошкой. Черный облегающий костюм, крашеные усы, уши из меха, привязанные лентой к голове. Она танцевала с ковбоем. Зак подошел, они о чем-то шептались недолго. Вскоре Зак вышел из комнаты.
Терри протолкался сквозь толпу к девушке, она уже не танцевала. Приблизившись, представился.
– А меня зовут Андреа, – ответила девушка.
– Ты подружка Зака?
– Я тоже так думала. Но, похоже, я ошибалась.
– Ты бросила его?
– Мы повстречались-повстречались и разошлись. – Она рассматривала Терри с любопытством. – А ты страж его, что ли?
– Нет, друг.
– Зак хороший парень. Только очень уж чувствительный.
– Что-то не так с его чувствительностью?
– Ну, знаешь... Извини, я ухожу. – Она повернулась, но Терри схватил ее за руку.
– Напрасно ты так.
– Я пришла сюда не для того, чтобы создавать проблемы.
– Тогда зачем пришла?
– Ну, я услышала, что вы тут устроили забавную вечеринку. Да ты сам знаешь, почему – Ее глаза засверкали. – А о тебе ходят легенды.
Она умела себя подать, эта девушка. Терри пригласил ее на танец. А после они курили. Она и в самом деле была хороша собой, только вот пустая. Терри не понимал, как может такая вызвать чувство голода.
К этому времени Зак вошел в другую комнату и закрыл за собой дверь. Оставалось еще достаточно закиси азота, хватило бы всем на три или четыре раза. Он решил не пользоваться шарами, а прикрепил зеленую пластиковую маску к концу трубки. Потом надел маску себе на нос и рот и крепко привязал эластичной лентой, обмотав ее вокруг головы. Под пальцами возникало странное ощущение – безволосый череп был еще непривычен. Так он просидел минуту-две, думая, что бы еще такое сотворить. Из другой комнаты доносилась музыка и обрывки смеха. Он вздохнул и открыл клапан.
С потоком газа на душе сразу стало легче, он вот-вот начнет смеяться. Открыл он до упора, и в мгновение комната затуманилась, отступила на задний план, голоса из соседней комнаты растворились в пустоте. Быстро приближалась ночь, мир превращался в булавку, а потом и ее не стало.
Андреа пришла на похороны. Позже у нее с Терри завязался короткий роман. В деканате занимались расследованием смертельного случая. Охранник сообщим им о той краже, и они никак не могли взять в толк, зачем человек пошел воровать баллон с газом второй раз, если уже попадался. Терри тоже ничего не мог объяснить, он был совсем раздавлен. И бороться за себя не было сил.
Его исключили, правда, с правом перезачисления по окончании консультационной программы. Он сделал попытку, но ничего не получилось. Чувствами он продолжал жить в прошлом, но говорить об этом вслух не решался. Через полгода он все бросил и уже не думал о повторном зачислении. Легче было найти себе другую работу.
Терри шел по пустынной местности, пока не уперся в забор с колючей проволокой поверху. По другую сторону дети играли в баскетбол. Они рассказали, как пройти, и уже через минуту Терри прогуливался по мощеной дорожке парка «Риверсайд». Слева текли воды Гудзона, слегка взъерошенные весенним ветром. Справа пробивалась трава, рядом с бетонным покрытием валялись окурки. Вопрос появился будто сам по себе: зачем останавливаться? Он не голоден, не устал. Единственное, что приковывало его к этому месту, к этому городу с сомнительной перспективой – его воспоминания. Если б он мог навсегда избавиться от них, как змея при линьке, он бы перестал страдать. Он бы просто ушел. Оставил бы Фрэнки, Зака и все остальное. Никогда не останавливаться, никогда не думать, ничего не планировать и не помнить. Если б он мог идти дальше...
Глава 7
У Андреа Галанг – мисс Тихоокеанское побережье США возникла проблема. Консультанты по красоте, всячески холившие ее в борьбе за право называться мисс США, предложили ей избавиться от шишечки на кончике носа. Ее личный консультант, бывшая мисс Америка, тоже участница первенства, согласилась с их мнением.
– Доверься им! – убеждала она. – Зачем быть идеальной на девяносто восемь процентов, если можешь на сто.
Это и было проблемой, трудно разрешимой для Андреа. Она играла с носом, поворачивала кончик то в одну, то в другую сторону. Недостаток был почти незаметен, да и хирургическое вмешательство было бы минимальным. Но Андреа колебалась.
– Эта шишечка всегда была частью меня! – возражала она. Но все склонялись к тому, что нос необходимо чуть-чуть подправить.
Тщательная подготовка и стремление к совершенству – вот критерии победы. Поэтому в погоне за совершенством девушка должна быть готова изменить себя.
Если этого не будет, считай, ты погибла. Красота – это как идеальный ландшафт. Исправь, что можно исправить. И будешь чувствовать себя хорошо. К этому стремятся все. Маленькие неудобства – пустячная плата за большой успех.
Фрэнки нервно прохаживался по комнате, ему надоело чувствовать себя в западне. Он был зол и всеми покинут. Много раз подходил к выходной двери и много раз возвращался. Страх не давал вот так сразу уйти. Телефон не помогал, наоборот, торчал как кость в горле.
Ему хотелось его выдернуть, чтобы не слышать чужие голоса, незнакомых друзей, фамильярное щебетание матушки. Однако и отвечать в трубку «вы ошиблись номером» было бы неправильно. Что еще оставалось делать, если хочешь узнать о себе... Разгадку загадки может принести телефон. Это как шантаж. Кто-то нашептывает цену и место, сделай это и ты получишь назад свое тело. Свою личность. Если уйти отсюда, буду скучать. Или хуже – вдруг кто-нибудь позвонит и скажет, что все это шутка, трюк, и если он закроет глаза и скажет магическое слово, все встанет на свои места. Так тоже может быть. Голос по телефону. Вестник счастья. Манна с небес.
Весь день он смотрел телевизор. Всевозможные шоу и реклама отвлекли его, алкоголя в доме не было, каким-то образом это помогло, он уже не казался себе беспомощным. Он часто смотрел в окно, иногда встречаясь взглядом с женщиной в окне швейной фабрики. Возможно, это была та самая, которую он видал раньше. Но она не подавала виду, а потом куда-то ушла. Незаметно, к недоумению Фрэнки, свет снаружи изменился, наступили сумерки.
Фрэнки не раздумывал и сразу полез в шкаф за ботинками. Майка на нем несколько припахла, и он сменил ее на кофту с длинными рукавами, поверх натянул стеганый пиджак с большими пластмассовыми пуговицами на непривычной стороне. Нашел немного денег, карту Манхэттена и связку ключей в верхнем ящичке комода, все это впихнул в карман. В гостиной из захватанного справочника списал себе адрес «Вирго», а потом подошел к выходной двери и убедился, что ключи подходят. Он колебался.